Янтарное лето - Мидзуки Цудзимура

Норико на мгновение задумалась, а потом повернулась к Сае. Та отступила назад.

– Твои подружки, да? – сказала она и зашагала прочь.

Норико это встревожило, но атмосфера не располагала к тому, чтобы просить Юи с Ами принять в их компанию еще и Саю. Да и у Саи наверняка должны были быть хоть какие-то знакомые дети, с которыми она ехала в одном автобусе.

– Ну что, подружилась с кем-нибудь? – спросила Юи.

– Ага, – ответила Норико, переодеваясь в пижаму. – А ты, Юи?

– Я тоже. С девчонкой из Сэндая, ее Мива зовут.

– Ого…

Они с Ами и Юи уже легли, но ей столько всего еще хотелось обсудить. Впечатления об общей купальне, о первом ужине. Норико ужасно хотелось узнать, что Юи имела в виду, когда называла овощи «сладкими»…

– Все устроились? Или кто-то еще переодевается?

Норико услышала знакомый голос и, подняв голову, заметила маму Юи.

С самого прибытия в «Школу» Норико окружали одни только незнакомцы, поэтому она была рада ее видеть. Она пристально уставилась на нее, надеясь, что их взгляды встретятся, но та не посмотрела в ее сторону. Может, даже не заметила, что Норико и остальные здесь.

– Тихару-сэнсэй, у меня наволочка порвалась, – окликнул ее кто-то.

– Да ты что? Точно. Спасибо, что обратила внимание!

Мама Юи ушла на зов. Теперь она точно уже сюда не вернется. Норико перевела взгляд обратно на Юи. Она была уверена, что та тоже следит за матерью, но все оказалось совсем не так. Юи спешно переоделась и устроилась на своем футоне.

Норико уже было хотела сказать ей, что ее мать здесь, но замерла на полуслове. Она вдруг почувствовала, что – как бы это лучше выразить – эту тему сейчас поднимать не стоит.

Лежа на футоне, Юи подняла взгляд на Норико.

– Ну и как тебе Така – правда, классный?

– Така?

– Тот, который поздоровался со мной в зале. Это Такаси, он из средней школы.

– А-а…

Наверное, он из тех, кто учится в «Школе» на постоянной основе. Но Норико не смогла сразу вспомнить, который именно.

– Така вообще много кому нравился в прошлом году, – подхватила Ами. – Некоторые даже хотели отправить ему письма уже после того, как смена закончилась.

– Точно. В прошлом году я не особо обращала на него внимание, но теперь – вы только поглядите! Мне даже кажется, что он похож на кого-то из «Hikaru GENJI»[9].

– На кого, на кого?

– Хм-м-м, может, на Утиуми-куна…

– Да ну! Он же из «Hikaru»? А мне больше те, кто в «GENJI», нравятся.

– Мне тоже.

Юи с Ами начали обсуждать артистов, и Норико чувствовала, как ей становится все скучнее и скучнее. Она почти не смотрела музыкальные шоу и сериалы. Может, еще и из-за этого она не могла влиться ни в одну компанию в классе.

Когда они закончат, Норико все же хотела обсудить с девочками еду и все остальное. А еще послушать об Училище, об обязанностях, которые будут распределять завтра, и о том, как здесь весело…

– Выключаю!

Ей кучу всего нужно было с ними обсудить, но тут учительница погасила свет. Юи и Ами сразу же замолчали.

– Спокойной ночи.

– Спокойной.

– Сладких снов.

Так они сказали друг другу.

И тут раздался голос:

– Наконец-то этот день закончился.

Голос этот принадлежал Юи.

Норико это просто поразило. Но от удивления она не смогла выдавить из себя ни слова.

– Осталось шесть, – добавила Юи.

– Что тут уже говорить, – сказала Ами. – Удачи нам перетерпеть это время.

На этом их разговор прервался. И стало тихо. Норико поняла, что девочки уже готовятся ко сну.

Лежа под одеялом, Норико чувствовала, как бешено бьется ее сердце. Что происходит? Норико помнила улыбку Юи и то, что она сказала ей тогда, до отъезда.

– Там очень весело!

Юи улыбнулась, и Норико увидела ее сдвоенный зуб. Она так старалась, рассказывая Норико обо всем.

– Кормят очень вкусно, а каждый день после купания в реке мы еще и фруктовый лед делаем, а потом едим все вместе. А так у нас «шведский стол». И еще рис, он такой сладкий, совсем не похож на тот, что дают дома. Овощи закупают напрямую у местных фермеров, поэтому они тоже очень сладкие и свежие.

А потом в голове Норико зазвучал еще один голос. На этот раз он принадлежал не Юи, а Эри.

– Не надо тебе туда ехать, Норико.

Сердце все продолжало быстро колотиться. Юи хорошая девочка. Добрая, замечательная. Норико это знала. Вот только…

Здесь не было весело.

Норико тоже наконец-то это осознала.

Здесь не было весело.

Она слышала, как дышат во сне Юи с Ами. И не только они, но и все остальные дети тоже.

– Смотри, не заскучай.

Теперь в ее памяти всплыли слова матери. «Не буду» – вот что Норико тогда ей ответила. Да, именно так. А ведь прошел всего лишь день. Впереди еще шесть. И до этого момента она была уверена, что точно не станет скучать по дому.

Норико надела пижаму с оборками, которую купила для нее мама, но Юи с Ами так увлеклись беседой, что даже не похвалили ее и вообще ничего не сказали. Наверное, они и не обратили внимания.

Она свернулась на футоне и крепко зажмурилась. Горячие слезы покатились по щекам, и Норико поняла, что если она сейчас же не прекратит об этом думать, то точно разрыдается в голос. Она как будто различила чьи-то тихие всхлипы, смешивавшиеся со звуками сонного дыхания остальных детей, если ей только это не показалось. В огромном, бесконечном холле, заполненном футонами, Норико все еще слышала, как кто-то плачет – прямо как она сама.

* * *

Следующее утро прошло как в тумане.

Столько разных мыслей лезло ей в голову ночью, что, хоть Норико и проснулась, ее взгляд все не мог как следует сфокусироваться хоть на чем-то. А Юи с Ами вели себя в точности, как и вчера, словно ничего не произошло.

– Доброе утро! Ну что, новый день впереди! – весело поприветствовали они ее и шмыгнули к умывальникам.

Норико поплелась за ними.

«Нет, все же они не могли меня обмануть», – так думала Норико, пока чистила зубы. К этому заключению она в итоге пришла после всех своих ночных размышлений.

Юи не водила ее за нос. Не могло быть такого – даже если представить, что мама велела ей заманить сюда как можно больше детей.

Но потом Норико снова задумалась обо всем, что здесь происходило, и ее опять начали терзать сомнения.

Ами с