Белый слон - Тэви Тернер

– Меня загнали в угол, что мне ещё оставалось? – вздохнул Дуарте и поглядел на доску. – А память тебя не подводит, на этом месте мы и закончили. Дама на c4, забираю пешку.

Кёнинг убрал со стола свою фигуру, переместил даму Дуарте на её место. После этого детектив пододвинул папку с делом Эванс и кивнул ей.

– Значит, ты думаешь, он был за решёткой? – уточнил Кёнинг.

– Необязательно, но его взаимоотношения с копами хорошего ему точно не принесли.

Николь раскрыла папку и положила её рядом с шахматной доской. Зрачки Гектора жадно заскользили по строкам. При этом его лицо, вопреки её ожиданиям, не вытягивалось от волнения, и стонов удовольствия он не издавал. Просто читал сухое канцелярское описание обстоятельств обнаружения тела.

– Дальше, – попросил он, пока Маркус вытирал ему платком слюну с лица.

Эванс забрала папку, перелистнула страницу и извлекла из закреплённого на следующей конверта стопку фотографий. Одну за другой она начала выкладывать их перед Гектором на стол, точно карты для пасьянса. Он рассматривал их не спеша, стараясь запомнить все детали.

Кёнинг передвинул свою пешку на c6. Заметив движение, Дуарте метнул взгляд к доске и последовательно сосредоточился на нескольких фигурах, по-видимому, рассчитывая их возможные ходы.

– Пешка на e4, – сообщил он.

Николь отчётливо увидела, как убийца проследил за стрелками наручных часов Кёнинга. Только в этот момент она поняла, что в его палате не было ни часов, ни календаря.

– Лейтенант, вас не затруднит подержать мне снимки? – попросил он. – Я не могу наклонить голову, а они сильно бликуют.

Кёнинг одобрительно кивнул и уставился на доску, похмыкивая в раздумьях над партией. Помощница детектива была вынуждена подняться и, обойдя Гектора, встала слева от него. Она взяла фото, на котором крупным планом было сфотографировано лицо погибшего сержанта. У Николь задрожала рука, когда она вспомнила его взволнованное лицо там, возле разорванного автобусом в клочья легкового автомобиля.

В этот момент в палате погас свет. Исчезли и звуки. Вся лечебница точно замерла в ожидании возобновления подачи электричества.

– Не волнуйтесь так, лейтенант, – прошептал Дуарте. – Скоро всё включат.

Она автоматически потянулась к пистолету, но промахнулась мимо рукоятки и ухватила лишь воздух. Найти оружие получилось лишь с третьей попытки. Классический костюм помощника детектива имел совершенно иной крой по сравнению с формой оперативников отдела по борьбе с организованной преступностью. Из-за этого Эванс никак не могла привыкнуть к высоте пояса.

Шагнув назад, Николь сняла предохранитель и направила ствол в сторону, с которой прозвучал голос маньяка. Свет под потолком зажёгся, больно хлестанул по уже начавшим привыкать к полумраку глазам. Когда зрение наконец сфокусировалось, Эванс увидела перед собой сидящего всё в той же позе Гектора.

Расположившийся напротив него Маркус передвинул своего коня и поднял на помощницу осуждающий взгляд. Она вернула пистолет на предохранитель и опустила его в кобуру.

– Вы боитесь темноты, лейтенант Эванс? – спросил Дуарте. – Или во всех подряд тычете своим оружием?

– Я просто никому не доверяю, – ответила она.

– В таком случае не удивляйтесь, если вдруг доверие исчезнет и к вам. Ладья на d1.

Детектив почти сразу ответил своим ходом, повторно переместив всё того же коня, и соперники завязали стремительную перестрелку.

– Дама c5… Слон g5… Дама a3… – только и успевал называть ходы Гектор. – Король f1… Офицер b6, забираю даму… Король g1…

Помощник детектива едва успевала взглядом за ходами. Казалось, все действия оппонентов были беспорядочными и не имели под собой никакой стратегии. Маркус съел пешкой офицера противника, и темп вдруг оборвался. Внезапно потерявший интерес к игре убийца вернул взгляд к фотографиям.

– Повыше, – попросил он у Эванс. – Что это на стекле?

Лейтенант подалась вперёд, чтобы получше рассмотреть кадр, и случайно пихнула локтем в шею Гектору.

– Я не нарочно, – вместо извинений сказала Николь. – Но мне не жаль.

– Да хоть и специально, я всё равно не чувствую тела, – буркнул Дуарте. – Да вон же виднеется часть бокового водительского…

Маркус встал и забрал снимок. Разместившись под лампой, он покрутил его под разными углами и заметил след, оставленный пальцем на стекле.

– И как мы не заметили?.. – бросил он под нос себе.

Детектив вернулся к столу, где перебрал несколько фотокарточек, пока на очередной не увидел полную картину выведенного кем-то изображения. Это было небольшое сердечко, внутри которого некто вписал символы «Ч + Н». Маркус извлёк телефон.

– Алло, Том, можешь срочно послать кого-то из своих проверить пальчики домой к Ромелям? – выпалил он. – Отлично, пусть первым делом проверит боковое стекло у водительской двери их автомобиля там выведено сердце с буквами. Спасибо.

Николь забрала снимок машины из рук детектива и осмотрела. Буквы «Ч» и «Н», обведённые символом любви, она заметила не сразу. Сердце внутри её грудной клетки будто остановилось. На неё испытующе смотрели глаза Дуарте. С такого расстояния радужки слились с белками, и казалось, что у него посреди них только две маленькие точки зрачков. По шраму вновь пробежала волна жара. «Ч» и «Н» – Чейз и Николь.

– Я знаю, кто будет следующей жертвой, – вдруг сказала она.

7. Выдержки из дневника Николь К. Эванс

за 14.06.2010 – 20.06.2010

Четверг

Уже и забыла о существовании Чейза. Мне это стоило больших усилий, но всё же я сумела перебороть эмоции и даже умудрилась не перевестись никуда из Центрального управления. Наши с ним отношения продлились недолго – всего-то около полугода после моего выпуска из академии и поступления на службу.

Приятным было только первоначальное чувство влюблённости, но и то довольно быстро раскрошилось о кошмарный характер Шоу. Вот бывают абьюзеры хитрые, как рыбы-удильщики, манящие жертв огоньком во тьме. Они под видом заботы постепенно ограничивают контакты партнёра и увеличивают его зависимость от себя, усыпляя бдительность своим вниманием, а потом вдруг срывают с себя маску и выпускают скрывавшегося внутри монстра, от которого больше не убежишь. А бывают абьюзеры тупые. Прям в лоб из пушки. Вот Чейз из таких.

Контроль контактов в соцсетях и номеров в телефоне начался с первого же дня. Будучи наивной ещё девочкой, принимала это за тестостероновую брутальность и добровольно ограничивала себя ради него. Естественно, требования распространялись только в одну сторону, а сам он себе позволял… Да всё он себе позволял.

Дошло до того, что, когда я вдруг застукала его в машине возле дома обнимающимся с какой-то гологрудой девицей, он меня ударил. А я сломала ему палец. Хотелось свернуть и шею, но вовремя взяла себя