Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

– Он ищет признания?

Снейдер кивнул.

– Вашего?

– Вероятно. И как вы видите, он преуспевает.

– Но уже недолго осталось, – сказала она. – Мы его поймаем.

Снейдер уставился в пустоту.

– Надеюсь.

Сабина еще никогда не видела его таким неуверенным, как в этот момент. Но, в отличие от Снейдера, ей не мешала эмоциональная предвзятость. И она была полна решимости и желания схватить Пита ван Луна.

– Все это связано с театральной постановкой Пита, – подумала Сабина вслух. – Она служит ему сценарием для убийств. Поэтому нам нужна копия пьесы или запись спектакля со всеми декорациями, чтобы буквы тогда и цифры сегодня приобрели смысл.

Снейдер поднялся и подошел к комоду.

– Поэтому мы здесь. – Он открыл несколько ящиков, порылся в вещах и наконец вытащил тетрадь.

– Это то, что я думаю? – спросила она.

– У бабушки Пита был один экземпляр. Вот та самая пьеса.

46

Понедельник, 28 сентября

Бад-Бентхайм был последним населенным пунктом перед немецко-голландской границей. Ничто больше не напоминало о таможенном контроле на бывшем пограничном КПП, который был упразднен с тех пор, как открыли внутренние границы. Какой подарок! Автобан напрямую соединял обе страны. Еще этот последний рубеж, и он в Голландии.

Пит ван Лун сделал последний глоток кофе и смял жестяную банку. На полу рядом лежал пластиковый пакет с мусором: банки, бутылки, салфетки, упаковки от сэндвичей и батончика мюсли.

Он снизил скорость и позволил нескольким легковушкам обогнать себя. До сих пор он ехал не быстрее восьмидесяти километров в час и поэтому преодолел четыреста пятьдесят километров за семь часов вместо четырех с половиной. Вероятно, его осторожность была излишней, а подозрительность неоправданной, но никто не мог предугадать, получится ли у Френка – несмотря на скрупулезную подготовку – сыграть его роль настолько хорошо, что никто не заметит подмены в первые двадцать четыре часа.

В нескольких сотнях метров перед ним показался голубой знак с желтыми звездами: Nederland. Он взглянул в боковое зеркало и посмотрел по сторонам. Никакого полицейского контроля. Никаких подозрительных автомобилей. Никакого патруля с рацией и собаками-ищейками.

Пит опустил козырек от солнца, чтобы камеры не смогли распознать его лицо. Затем открыл окошко в перегородке, которое соединяло кабину водителя с кузовом автофургона. Оттуда пахнуло мочой.

Он постучал по металлической перегородке.

– Ты как? Все в порядке?

– Я больше не могу стоять, – выдавила Ханна с пересохшим горлом.

Последний раз он давал ей пить час назад. Для этого кляп пришлось вытащить, и он увидел, что ее вырвало, и она чуть не захлебнулась рвотными массами. С тех пор она стонала и плакала, стоя со связанными над головой руками. Иногда, когда ноги ослабевали, она повисала на одних руках. Ее запястья были стерты в кровь. Она даже обмочилась, поэтому в кузове отвратительно пахло мочой. С тех пор он больше не давал ей пить.

– Через пару часов мы будем на месте.

– Я больше не могу, – простонала она. – Пожалуйста, отпусти меня, я обещаю, что никому не скажу…

Он рассмеялся.

– Я даже верю, что ты собираешься так поступить. Честно! Но мы оба знаем, что как только ты окажешься в полицейском участке с чашкой горячего чая и пледом и заговоришь с психологом, то почувствуешь себя в безопасности. Решишь, что я уже ничего тебе не сделаю. Будешь думать, что все позади, разозлишься на меня и заговоришь. Нет, Ханна. Ты останешься со мной. Извини.

– Тогда хотя бы развяжи меня.

– Хочу тебе напомнить, что это ты пришла ко мне в камеру. Ты хотела ответов. И ты их получишь, обещаю. Немного терпения.

До знака пересечения границы с Нидерландами осталось всего несколько метров.

– А сейчас заткнись! – Он закрыл окошко и сконцентрировался на дороге.

Слегка прибавил скорости, чтобы машины позади него не начали гудеть. Никаких патрулей! Никакого преследования! Никакого выборочного контроля! Значит, Френк Бруно отлично играл его роль.

Миновав знак, Пит нажал на педаль газа.

Наконец-то он в ненавистной Голландии. Что за дерьмовая местность! Господи, какое отвращение он испытывал к этой стране!

Пит почувствовал, как его мышцы невольно напряглись, а пальцы впились в руль.

Нидерланды.

Здесь начнется его путь через боль, отчаяния и безумства. С той лишь разницей, что в этот раз он не даст себя остановить – до тех пор, пока не окажется лицом к лицу с отцом. Все-таки у него было время, чтобы научиться на своих ошибках.

47

Пятница, 2 октября

Электрический свет в родительском доме Мартена Снейдера заморгал. И без того тусклые лампочки на мгновение погасли, потом снова вспыхнули.

Сабина испуганно подняла глаза.

– Старая электропроводка. Такое иногда бывает, – объяснил Снейдер.

Сабина взяла тетрадь со стола. Желтоватый картон был в пятнах. На обложке бордовыми и бурыми красками был нарисован гниющий мухомор. Под ним стояли три строчки на датском языке, которые она, однако, легко смогла перевести:

СКАЗКА О СМЕРТИ

Спектакль Пита ван Луна

В трех актах и пятнадцати сценах

– Спектакль назывался «Сказка о смерти?» – спросила Сабина.

– Сказки Андерсена часто заканчиваются смертью. Возьмите хотя бы «Девочку со спичками».

– А почему Пит захотел поставить спектакль именно по сказкам Андерсена?

– Он учился в Копенгагене, там это напрашивалось само собой, – объяснил Снейдер. – И он обожал все виды сказок, историй и саг. Еще в детстве читал классические мифы о Ясоне, Геракле, Одиссее и Персее.

Сабина подумала о своих племянницах.

– И это ему нравилось?

– Да, все-таки Персей был умным парнем, который обезглавил медузу. Еще больше его восхищала история о троянском коне. Но любовь к сказкам, видимо, возникла еще раньше: тогда я часто читал ему перед сном. Гримм, Гауф, Андерсен, Лагерлёф и Эбнер-Эшенбах.

– И затем, молодым человеком, он ставит этот спектакль, чтобы добиться признания своего отца, – предположила Сабина. – Ему уже тогда были важны ваши уважение и признание?

– Вероятно.

– Правда, что спектакль был показан всего три раза и прошел без особого успеха? – спросила она, вспомнив слова Френка Бруно.

– Так и было.

– Вы присутствовали хотя бы на одном представлении?

– Мне помешала работа. Но я слышал, что это было фиаско. Жидкие аплодисменты. Спектакль был слишком мрачным и жестоким.

– И все это в пятнадцати сценах. – Сабина полистала тетрадь. – Можно разобрать ее по листам?

– Если вам это поможет. – Снейдер пожал плечами. – Моей матери уже все равно.

Сабина вырвала листы и разложила их на столе. Три акта