Искатель, 2006 №7 - Валентин Александрович Пронин

Капитаны переглянулись и тяжело вздохнули.

— Пожалуй, в Индии нас не ждет ничего хорошего. И повторить снова наш теперешний путь мы не сумеем из-за отсутствия матросов, воды и пищи, — сказал Альвариш. — Лоцман считает, что мы поторопились отплыть из Каликута. Еще нет постоянного попутного ветра.

— У нас не было другого выхода. Заморин взял бы нас в плен вместе с кораблями. Или подошел бы флот египетского султана.

Португальцы плыли восемьдесят девять дней. Африка явилась из знойного и душного марева вечером, когда багровое солнце закатывалось за темную полоску земли. Боясь сесть на мель или напороться на камни, командор велел убрать паруса, и каравеллы остановились на ночь. Всем казалось, что они приблизились к берегу Мозамбика.

Однако утром кормчие определили широту, и выяснилось — забрались слишком далеко на север. Скоро мореплаватели увидели белый мавританский город, а на рейде несколько кораблей.

Стоя на палубе и рассматривая издали заманчиво белевшие домики и мечети, Васко да Гама спросил лоцмана:

— Что это за город?

— Это Магадокшо, господин. Самый богатый и оживленный город, выросший на торговле рабами. Сюда тянутся караваны невольников из самых отдаленных мест Африки. За рабами приходят корабли из Аравии и Ирана. Сейчас их мало, нет попутного ветра, — объяснил ибн Маджид.

— Много ли у здешнего султана войска?

— Наверно, тысячи три воинов, господин.

— Хорошо, ты свободен. — И командор обратился к Нуньешу и Альваришу: — Очень опасно приближаться к этому городу. Наши корабли превратились в плавучие лазареты. Лучше избежать столкновения с маврами. Здешние жители могут отомстить нам за Момбасу и Мозамбик, с которыми мы поссорились. Надо идти дальше, не заходя в этот порт.

И португальские каравеллы поплыли к югу, хотя на них по-прежнему свирепствовала цинга. Здоровые на вид люди испытывали вялость и апатию. Пресная вода была на исходе, ее выдавали по мерке. Вблизи берега прибавилось новое мучение. Тучи насекомых осаждали корабли. Черные и зеленые мухи заражали пищу. Пользуясь отсутствием ветра, с прибрежных болот мириадами нападали москиты.

На следующий день спокойно двигались вдоль зеленого берега. Огибая скалистый мыс, вахтенные увидели, как из гавани к ним устремилось множество длинных остроносых лодок с вооруженными воинами. Матросы закричали, зазвонил колокол на «Сао Габриэле». Все, кто мог двигаться, оказались на палубе. Вышел командор.

— Это пираты, здесь их логовище, — взволнованно сказал ему лоцман из Мелинди.

— Что будем делать, ваша милость? — спросил Нуньеш, напряженно вглядываясь в несущиеся к кораблям лодки.

— Прежде нам были не страшны негры с их копьями и стрелами. Но теперь солдаты лежат вповалку. Если подпустить пиратов, положение станет безнадежным, — ответил командор и приказал: — Все к бомбардам! Привести пушкарей под руки. Быстро заряжайте! Упустим несколько минут — погибнем!

При поддержке товарищей пушкари подошли к бомбардам. С трудом зарядили орудия.

— Стрелять по моей команде, — сказал Васко да Гама.

Черные воины приближались полукольцом, беря каравеллы в обхват, перекрывая путь к отступлению. Их лодки стремительно разрезали тихую гладь залива. Слышалась боевая песня. Блестели на солнце мускулистые тела. Одни негры дружно и сильно гребли, другие уже натягивали луки.

Васко да Гама подошел к борту и взмахнул платком. Прогремел залп, корабль вздрогнул, все заволокло дымом. Раздались залпы бомбард с других кораблей.

Когда дым рассеялся, португальцы увидели, что полукруг пиратских лодок распался, некоторые перевернуты вверх дном, остальные спешат к берегу.

Каравеллы пошли дальше. Ночью вахтенный и лоцман из Мелинди позвали командора и обратили его внимание на странно светящуюся поверхность океана. Лоцман ибн Маджид предположил, что будет шторм.

Васко да Гама в рупор сообщил об этом другим капитанам. Подняли всех, кто мог стоять на ногах. Укрепили бомбарды, закрыли отверстия трюмов, проверили снасти, убрали паруса.

С утра начался шторм. Океан заревел, ветер засвистал в реях. Шипя, обрушились косматые волны. К счастью для португальцев, шторм трепал каравеллы недолго и скоро умчался на восток.

На другой день лоцман показал дальнюю, белеющую строениями, зеленую полоску берега. Он улыбался.

— Мелинди, — сказал лоцман.

Васко да Гама тоже невольно улыбнулся. Наконец измученные мореплаватели могли рассчитывать на отдых. Здесь можно было полечить больных и привести в порядок суда. Трубач, по приказу командора, заиграл звонко и торжественно, пушкари дали залп холостыми. Матросы, крича от радости, хлопали друг друга по плечам.

Васко да Гама велел украсить корабли флагами и лентами. Корабли вошли в гавань Мелинди, а навстречу им уже плыли разукрашенные лодки. Посланники султана привезли португальцам овец, кур, апельсины, плоды мангового дерева, кокосовые орехи. Султан Сайид Али поздравлял Васко да Гаму с удачным плаванием, передавал, что давно ждет командора и приглашает его со всеми приближенными во дворец.

Командор на этот раз решил полностью довериться султану Мелинди. И все-таки он взял с собой только брата Пауло, Монсаида, Нуньеша да лоцмана из Мелинди Ахмеда ибн Маджида, верно служившего португальцам и на пути в Индию, и в Каликуте, и на обратном пути. Остальных капитанов, солдат и матросов он оставил на кораблях.

Когда лодка португальцев подошла к берегу, султан Мелинди встретил их, стоя по колено в воде. Не дожидаясь причала, братья да Гама выпрыгнули из шлюпки в воду, чтобы обнять султана. Васко да Гама вел себя как искренний друг, помнящий услуги и знающий им цену.

Они вышли на берег с мокрыми ногами и начали говорить любезности.

— Да сохранит тебя Всевышний и даст тебе славу, достойную тебя, твоих родных и твоих предков! — восклицал Сайид Али, то поднимая руки к небу, то прижимая их к груди. — Как я рад, что вижу тебя снова, доблестный начальник мореходов, и твоего смелого брата, и твоих воинов и матросов! Вы все достойны наивысших похвал, потому что выполнили желание могучего государя, прославленного короля Португалии! Все мое достояние, моих слуг и придворных, весь мой город с его населением, базарами и причалами я предоставляю в полное твое распоряжение, о мой долгожданный гость!

Васко да Гама не остался в долгу и отвечал султану в том же духе цветистого восточного красноречия, при переводе еще и подслащаемого ловким Монсаи-дом.

— Я молю всевидящего и всезнающего наградить тебя, о достойнейший правитель Мелинди, блистающий несравненными достоинствами ума, щедрости, великодушия, гостеприимства и благородства! Только твоя неоценимая помощь, твоя искренняя поддержка, твое благожелательство, твои превосходные и преданные лоцманы дали мне и моим людям возможность исполнить поручение нашего владыки, короля Португалии. Ничтожно беден мой язык, чтобы выразить тебе благодарность, преданность и дружбу. Я сам, и мой брат, и все