Охота на Призрака - Александр Шичкин

— Не под рукой сейчас они, Евгений Иванович. Спасибо, что напомнили, очень помогли.

Положив трубку, Денис продолжил размышления: «Получается, те, кто заставил Лившица признаться, понятия не имеют, откуда угнали «Калину». Куда зарядили бомбу. И не учли про камеры. Так себе профессионалы, конечно, в отличие от подрывника. Я ведь до сих пор так и не догадался, откуда он наблюдал и нажимал кнопку настоящего пульта».

В дверь постучали.

— Открыто, — крикнул Давыдов.

— Разрешите, — закрывая дверь изнутри, спросила Марина.

— Так ты уже зашла, — рассмеялся следователь.

— Я по поводу вашего поручения, — начала помощница, присаживаясь на стул. — Ситуация может иметь несколько вариантов развития событий.

Денис уселся поудобнее, чтобы лучше воспринимать услышанную информацию.

Марина продолжила: — Вариант первый: Устав общества с ограниченной ответственностью может содержать особые положения о переходе доли. В этом случае всё произойдёт согласно положениям Устава. Но! Необходимо в обязательном порядке… — Марина подняла указательный палец вверх и посмотрела на своего руководителя, оторвавшись от записей, которые зачитывала. — Получить свидетельство о смерти, уведомить нотариуса и налоговую о смерти соучредителя, а также подать заявление в налоговую о внесении изменений в ЕГРЮЛ.Всё это необходимо сделать в течение тридцати дней. Второй вариант: помимо тех же манипуляций, что и в первом, необходимо провести общее собрание участников ООО, на котором должно быть вынесено решение о дальнейшей судьбе доли умершего соучредителя. Затем общество обязано выплатить стоимость доли умершего соучредителя государства, если нет наследников.

— Подожди, подожди, Марин, — перебил её Денис. — А при чём тут государство?

Помощнице Давыдова очень нравились ситуации, когда её начальник не владел какой-либо информацией и ей приходилось объяснять ему базовые основы. Она тут же преображалась в учительницу начальных классов.

— Ну как же, Денис Юрьевич? После смерти соучредителя его имущество признаётся выморочным и переходит государству в лице «Росимущества». Дальнейшая судьба доли зависит от действий других участников общества, от наследников, если они есть, и от того, как выглядит устав ОООшки.

Денис глубоко задумался. Кажется, всё начинало сходиться.

— То есть, если от других участников общества нет необходимых действий, доля умершего остаётся у государства. Верно? — на всякий случай, уточнил он.

— Именно так.

— А если другой учредитель находится в местах лишения свободы? — задал Денис вопрос, глядя в пустоту.

— Я не знаю, Денис Юрьевич, такого поручения вы мне не давали. На эту тему я не консультировалась.

— Не обращай внимания, Марин, это я так вслух рассуждаю.

Дискуссию прервала трель мобильника. Звонил Андрюха.

— Да, слушаю.

— Ваше благородь, — как всегда начал весёлый опер, — стою сейчас с Вованом вот. Ну, ты понял, с каким?

Денис не смог сразу переключиться. Уж больно глубоко погрузился в размышления, которые были спровоцированы информацией, добытой помощницей.

— Пока не очень, Андрюх.

— Ну, которому ты сказал фотки показать. Те, что утром переслал мне по почте.

— А, ну всё-всё понял. Продолжай.

— Они это, в общем, ваше благородь. В полном составе. Всех узнал, Владимир.

— Ну, спасибо тебе, Андрей батькович. Огромное спасибо. Я скоро освобожусь на сегодня. Найдёшь для меня время? Подскочу куда скажешь. Нужно ещё поговорить. Не по телефону.

— А через сколько освободишься-то? Я просто недалеко от работы твоей. Могу здесь подождать, если не до глубокой ночи.

— Не-е-е, до ночи не придётся. Минут через 20–30 думаю, освобожусь.

— Вован нужен или у нас будет приватное свидание, — откровенно веселясь, уточнил Андрей.

Денис, подхватив настроение товарища, пропел в трубку: — Только ты мне нужен, только ты.

— В таком случае, жду здесь же, на набережной. Как выйдешь из здания, на лево и метров пятьсот по прямой, — сквозь хохот ответил опер.

Положив трубку, Денис вновь обратился к Марине.

— На чём мы остановились?

— Не знаю. Вы начали вслух, как обычно, размышлять про другого учредителя в местах лишения свободы.

— Точно! Спасибо, Марин. На сегодня можешь быть свободна. Поручений у меня для тебя никаких нет, — развёл руками Давыдов.

Как только помощница покинула кабинет, Денис набрал Диману.

— О, Денчик, рад тебя слышать. Что? Решил всё-таки пообщаться с насильником-стукачём?

— Здорово, Диман! Стесняюсь спросить, как ты догадался, — рассмеялся Давыдов. — Неужели провидцем стал?

— Обижаешь, Денис Юрьевич. Я опер, как-никак. И если мы с тобой созваниваемся раз в полгода, обычно. И это в лучшем случае. А сегодня ты мне второй день подряд звонишь. То с учётом нашего предыдущего разговора, вчера который состоялся, вывод сам собой напрашивается.

— Всё в ёлочку, товарищ оперуполномоченный.

— Ну, говори, когда и куда подъехать, где брать его будем, товарищ следователь по особо важным делам? — в тон Давыдову ответил Диман.

— Воооот, — протянул Денис. — Как мы можем узнать, где он обитает? Воды много утекло. Адрес, который ты вместе с его портретом так любезно мне предоставил, может, уже давно не актуален. Хорошо бы пообщаться с операми из МВД, которые его делом занимались.

— А смысл? Думаешь, они до сих пор его опекают?

— Ну, вот смотри, Диман… Как ты относишься к растлителям малолетних?

— Понятное дело, как. Кастрировал бы их без наркоза и в камеру на пожизненное.

— Как и любой нормальный человек. Тем более сотрудник, — продолжил за своего товарища Давыдов. — А тут откровенное покровительство. С чего это вдруг, опера из МВД, такую заботу о насильнике малолетних проявляют?

— Хм, очень интересный нюанс, действительно, — согласился Диман. — Никогда бы не стал рассматривать этот вопрос под таким углом.

— В общем, Диман, чтобы нам не ночевать под окнами несколько вечеров, да ещё может оказаться, что напрасно, очень нужны фамилии оперов. И отдел, который занимался нашим насильником.

— Сделаю, Денчик. Но только завтра. А ты ведь и сам можешь дело запросить из архива суда?

— Могу, конечно, но ты же понимаешь, что надо будет неделю ждать как минимум.

— Это точно. Бюрократия в нашей стране неистребима.

— Ну что, до связи тогда, Диман.

— До связи.

После разговора со своим студенческим товарищем Денис зашёл к своему руководителю.

— Добрый вечер, Дмитрий Васильевич.

— А он добрый?

Полковник пребывал явно не в самом лучшем расположении духа.

— И да, и нет, — огорошил его Давыдов.

— Ну, давай, выкладывай, почему да и почему нет?

— Добрый он, Дмитрий Васильевич, потому что у меня есть очень чёткая и с вероятностью девяносто девять процентов достоверная версия.

— Рассказывай свою версию, чуть приободрился хозяин кабинета.

— Необходимо ряд деталей проверить сначала. Мне на это дня два-три, думаю, понадобится.

— Так, понятно. А недобрый почему? — вновь нахмурился полковник.

— Ну, как раз потому, что ещё пару дней нужно. Вы же сейчас результат