Зарубежный детектив 2026-19. Книги 1-10 - Грегг Олсен

вернется домой. Мне приснилось, что он стоит у воды с каким-то стариком и старушкой, а потом они все навещают меня. Не знаю почему, но я почувствовала себя лучше и наконец-то немного ощутила покой.

А вот мой муж после исчезновения Джека так и не нашел покоя. Никогда не видела, чтобы человек катился под откос так, как это случилось с Большим Питом, а ведь он даже не был настоящим отцом мальчика. Он был алкоголиком, да еще и обозлился на весь мир. Он не мог позаботиться ни о своей семье, ни о себе самом. Когда у него заболел желудок, он отказался обращаться к врачу. Он ударил меня один только раз, но то и дело оскорблял меня, называл уродливой, глупой, дурой. Его любимым словечком было «толстуха». Когда я начала думать, как бы убить его, то поняла, что пришло время уходить отсюда.

Я сказала ему, что мы с детьми уезжаем, а он просто рассмеялся и сказал:

– Ты поешь одну и ту же песню годами.

Когда я указала свое имя по другому адресу, он понял, что я настроена серьезно, и позволил врачам удалить ему желчный пузырь. Это спасло ему жизнь, но не наш брак. Мы с детьми съехали. Мне очень не хотелось покидать Уотер-стрит. Я прожила в этом доме с перерывами без малого тридцать пять лет. Это был мой дом, дом моей мамы, дом всех остальных Лоутонов.

Через какое-то время мне пришлось отправить Пита в психиатрическую больницу из-за алкоголизма. Он с остальными своими дружками пристрастился к наркоте и довел себя до того, что у него случился разрыв печени, все вокруг заляпал кровью.

Я навестила его в больнице сестер милосердия. Он был в коме, так это называется? Я дотронулась до его руки и спросила:

– Пит, ты меня узнаешь?

Он открыл глаза и попытался сесть. Потом застонал и упал на подушку. Я благословила его, сказала, что люблю, и пусть Господь упокоит его душу.

Пит так и не пришел в себя. Мне всегда было интересно, каким бы он был с двумя здоровыми руками.

14.

Избавившись от Артура Шоукросса – теперь их разделяли триста двадцать километров холмистой местности, – жители Уотертауна пытались забыть педофила и его преступления. Родители наконец перестали крепко держать своих чад за руку. Бассейн и игровая площадка за «Кловердейл апартментс» заполнились детьми, в том числе детьми Мэри Блейк. Подростки снова гуляли вечерами без присмотра. Поскольку убийца оказался за решеткой, гражданам больше нечего было бояться Артура Шоукросса. По крайней мере, они так думали.

Старый город продолжал жить своей непростой жизнью. Горожане стояли вдоль городской площади и протирали глаза, глядя, как бульдозеры сравнивают с землей отель «Вудрафф», где останавливались президенты и где в течение пятидесяти лет проводили выпускные вечера выпускники средней школы. Лагерь Кэмп-Драм расширился и стал называться Форт-Драм, а приток новых солдат обеспечил торговцев дополнительной прибылью, но ее было недостаточно, чтобы вывести город из ставшего привычным экономического застоя. Выпускники старших классов возвращали взятые напрокат шапочки и мантии и уезжали учиться в колледжи или устраиваться на работу – следуя по накатанному миграционному пути. Возвращались из них немногие, разве что в гости.

Оставшиеся, как правило, обсуждали избитые, удобные темы: республиканскую политику, воспитание детей, охоту, рыбалку, законы об азартных играх, футбольную команду «Нью-Йорк Джайентс»[38]. Радиотрансляции бейсбольных матчей «Янки» слушали по старому радиоприемнику в баре ресторана «Кристалл» на центральной площади. Разговоры оживали, когда речь заходила о новейших снегоочистителях, зимних шинах и других средствах борьбы с метелями, ледяным дождем и вызванных «снежным эффектом озера» ветром, дувшим со стороны озера Онтарио с такой силой, что валились деревья, а с магазинов срывало вывески.

Где бы ни собирались люди – будь то за выпивкой по пятьдесят центов в «Нью Пэррот» или за трехдолларовым ужином в «Энрико» и «Кристалле», на прогулке по городской площади или во время покупки футболок в новом торговом центре «Сэлмон Ран», часто поднималась и еще одна тема.

Что превратило Артура Джона Шоукросса из невинного маленького мальчика в монстра? «Для тех из нас, кто вырос вместе с ним, – заметила его наблюдательная кузина Нэнси Макбрайд Бейкер, – вопрос никогда не заключался в том, убьет ли он снова, а только в том, когда это случится».

Он оставался самой большой загадкой на севере штата Нью-Йорк.

Часть шестая

Ребенок-убийца

Каждое убийство будет раскрыто, но убийство само по себе никогда не будет разгадано. Вы не сможете раскрыть убийство, не разобравшись в человеческом сердце или истории, которая сделала это сердце таким темным и опустошенным.

Микал Гилмор [брат Гэри], Гранта

1.

Историки, изучавшие генеалогическое древо Шоукроссов, обнаружили несколько запутанных ответвлений, но не нашли ничего, что указывало бы на длительные врожденные дефекты или появление в итоге серийного убийцы на свет.

Сама эта фамилия считается древней и почетной. По словам дяди, заказавшего фамильный герб, «Шоукросс» (Shawcross) происходит от древнеанглийского crede cruci, что в вольном переводе означает «вера в крест». В Соединенных Штатах насчитывалось около пяти тысяч Шоукроссов, а в Англии – еще больше. Сэр Хартли Шоукросс, бывший генеральный прокурор Великобритании и главный британский обвинитель на Нюрнбергском процессе, приходился ему дальним родственником.

Самым ранним известным предком детоубийцы был Дэвид Шоукросс, бродячий проповедник, который эмигрировал из Англии в Канаду, оттуда перебрался в Чикаго и наконец поселился недалеко от Уотертауна, женился на местной женщине немецкого происхождения Нетти Буш и стал отцом четверых детей, включая сына Фреда Дж. Шоукросса, родившегося в 1897 году. Юный Фред бросил школу в шестом классе и пошел работать на бумажную фабрику у реки Блэк – это был типичный карьерный шаг в эпоху, когда состояния строились на фундаменте из детского труда. На рубеже веков женщины считались придатками своих мужчин (тем более на суровом севере штата Нью-Йорк), так что о Нетти и ее собственном генеалогическом древе никакой информации не сохранилось.

В двадцать один год Фред Шоукросс привнес в семейную историю первое дыхание скандала, совершив опрометчивый поступок, эхо которого будет отзываться в жизни трех поколений мужчин, носящих фамилию Шоукросс. Работая кондуктором в компании «Блэк ривер трэкшн компани» в Уотертауне, он влюбился в Мюриэл Блейк, симпатичную пятнадцатилетнюю девушку, работавшую в «Нью-Йорк эйрбрейк». Когда ее родители воспротивились этим отношениям, Фред тайно перевез девушку в Осуиго, нашел работу на фабрике по производству теневых тканей и снял квартиру, записавшись как «Фред Шоукросс и его супруга». Родители девушки обвинили его