Разговор с тенью - Георгий Юрский

* * *

«Элла. Ты в подметке Миле не годишься. И не смей о ней ничего говорить плохого. И о сыне моем. Не отдашь ему долю, я позакрываю все магазины в Москве, и сама пей свое пойло. Все!»

* * *

Элла отреагировала на сообщение смайликом человека с тошнотой, но отвечать ничего не стала. Артем подумал о прочитанном, затем набрал Александру, но та была вне зоны доступа. Тогда он забил в поисковик: «Элла Родионова винодельческое хозяйство» и нашел массу информации. Виноградник был довольно широко известен и даже получал медали на каких-то выставках. Финансовое состояние было вполне устойчивым, так что побороться было за что.

Но самое интересное было не это. Оказалось, что Элла Родионова издала более десяти книг под псевдонимом «Элла Да». Это были женские романы, детское фэнтэзи, детектив и даже сага о вампирах. Но Артема заинтересовал видеоролик, содержащий интервью с Эллой, взятое два года назад. Это был какой-то блогер, отчаянно пытающийся походить на признанных мастеров жанра, отчего он поворачивался к камере только одной стороной лица и перемежал ход интервью съемками в разных локациях.

– Элла Сергеевна, почему Элла Да? Я читал версии и про Древнюю Грецию, и про девичью фамилию, – худой юноша с длинными волосами спросил уже знакомую Артему женщина.

Элла была принаряжена и накрашена, и выглядела симпатичнее, чем в видео-сообщении Родионову. Артем подумал, что ему импонирует такой тип женщин, как он сам сформулировал: «стареющих красиво».

– Обе версии правильные. Моя девичья фамилия Данилюк. Постоянно были сложности с транслитерацией. Поэтому после развода я оставила фамилию мужа. Родионова. Но для себя всегда оставалась Данилюк. Ну и сократила в почте и в Живом Журнале. Ну а там пошло-поехало. Люди привыкли.

– Вы сказали – после развода. В одном из ваших интервью я прочитал, что это был самый лучший день в вашей жизни. Объясните, пожалуйста, нашим зрителям, почему вы так сказали? – журналист явно готовился к беседе.

– А я до развода не жила. Оказалось, что я существовала в вымышленной реальности. Как мне казалось, я была любимой женой, но вот только не смогла родить ребенка. Думала, что вместе с мужем это переживем, предлагала ему малыша в детдоме взять, – в голосе Эллы появилась патетика.

– Насколько я понимаю, вы ребенка так и не взяли? – журналист что-то подсмотрел в своем планшете.

– Ну Родионов, это мой первый муж, клялся мне, что это никак не повлияет на наши отношения, ему не нужны дети, а нужна только я, – Элла Сергеевна как будто скривилась, вспоминая что-то неприятное. – А затем я узнала, что у него есть сын от другой женщины. Некая Людмила. Милочка, как он ее называл, – женщина состроила брезгливую гримасу. – Я, конечно, тут же его выгнала. Но вы себе не представляете, как мне было тяжело. Это было так унизительно. Столько лет жить во лжи.

– И именно в этот момент вы начали писать?

– Да. Я купила какой-то дамский роман. Ну, чтобы отвлечься. Но я не смогла его дочитать. Вы не представляете, какой это был какой-то адский трэш. Я решила сама для себя, что я напишу лучше. И я написала. Вы не поверите, мне даже заплатили за него гонорар триста долларов. Для одна тысяча девяносто девятого года это было более чем прилично. Правда, я закатила такой банкет в честь публикации, что потратила на него пятьсот, но было очень пафосно.

– Это ведь была «Бескрайняя любовь»?

– Да. Сейчас мне за эту книгу немного стыдно, но тогда это было нормально. Даже, я бы сказала, хорошо. Два переиздания было.

– Следующим вашим произведением был детектив?

– Совершенно верно. И по той же самой причине. Я прочитала какую-то бездарную книжицу, и на спор написала лучше. Но это такой мрачный жанр, больше не стала им заниматься, – Элла Сергеевна вновь состроила гримасу, но уже другую.

– Ваша самая знаменитая вещь, «О чем я молилась», это ведь, по сути, автобиография?

– Ну конечно же нет. Это художественное произведение, основанное на моем жизненном опыте. Все, что касается встречи героини с мужем, это и вправду автобиография.

– Это же невероятно. Расскажите нашим слушателям, вдруг кто-то еще не успел прочитать ваше произведение. Хотя таких, наверное, нет, – молодой журналист не стеснялся льстить маститой писательнице.

– Ну смотрите. Действительно, со своим будущим мужем я познакомилась в строй-отряде. Для наших молодых слушателей, – Элла Сергеевна явно имела ввиду журналиста, – расскажу. Это были такие молодежные бригады, с легким оттенком военизированности, у нас были форменные куртки цвета хаки. Так вот, мы ездили по стране и усиленными темпами что-то возводили. Кто-то проводниками в поезде работал. А меня позвали в Астраханскую область арбузы собирать. В первый год я рублей пятьсот там заработала. Это, молодой человек, для Советского Союза были фантастические деньги, – Элла покровительственно взглянула на журналиста и продолжила: – Стипендия тогда была сорок рублей в месяц. Командиром строй-отряда был Володька Родионов. Активный, умный. Не то чтобы красавец, но мужское начало в нем было развито. Знаете, как сейчас говорят, альфа-самец, – Элла Сергеевна говорила, чуть прикрыв глаза, как будто вспоминая своего первого мужа. – Так вот. В один из дней нам дали выходной. Кто-то из ребят договорился взять моторную лодку, чтобы поплавать по Волге. Но потом все напились, и мы на этой лодке вдвоем с Володькой уплыли.

– И вас с ним там действительно похитили? Извините за спойлер, – журналист сделал вид, что не выдержал.

– Не торопитесь. Мы плавали, любовались закатом, но потом заблудились в темноте в рукавах Волги. Вдруг увидели какие-то огоньки и к ним подплыли. А это, – Элла Сергеевна сделала мелодраматическую паузу, – оказались браконьеры. Которые черную икру добывали. Увидели наши куртки полувоенные и решили, что мы Рыбнадзор или что-то в этом роде. Связали нас и посадили к себе в лодки. Меня в одну, Володьку в другую. Повезли куда-то. Я думала топить. Уже с жизнью попрощалась. Мне так страшно никогда в жизни не было, – Элла картинно закатила глаза. – Но через три часа нас с почетом привезли обратно в строй-отряд. Оказалось, Володька с ними успел договориться на выкуп всего их улова черной икры. Потом лет десять она у нас трехлитровыми банками в холодильнике стояла.

– И тогда вы решили, что это ваш мужчина?

– Совершенно верно, – как показалось Артему, с грустным вздохом ответила Элла Сергеевна.

Дальше они ушли на довольно скучные для Артема вопросы ее творчества. Историю про вино женщина упомянула вскользь, назвав это второй своей страстью в