Современный зарубежный детектив-15. Книги 1-16 - Рада Джонс

две ступеньки. Я знала, что это Эйлса, у меня не было никаких сомнений. Я узнала ее голос и поняла, что случилось. Она все знает. Что-то ее насторожило. Она видела их прошлой ночью, или утром Том сам ей рассказал. И теперь они уехали, а она осталась одна.

Я добралась до площадки. Передо мной оказалось несколько закрытых дверей, звук шел из дальней правой, из спальни, расположенной над гостиной. Нужная мне дверь была приоткрыта, и я шагнула к ней. Звуки стали громче. Я снова остановилась, меня все еще одолевали сомнения. Не хотелось вмешиваться и смущать Эйлсу, но мысль о ее печали и отчаянии была невыносима. Я все-таки толкнула дверь, хотя не стала сразу же заходить в комнату.

Кровать стояла у дальней стены, между двумя окнами. Эйлса лежала на ней в одиночестве, на животе, повернув лицо, лежавшее на подушке, в сторону. Ее тело было странно изогнуто под одеялом, руки находились под телом, глаза закрыты. На подушке лежал телефон со светящимся экраном. Эйлса тяжело дышала, тихий гул не прекращался.

Кровь прилила у меня к лицу. Я прикрыла рот рукой. Мне с трудом удалось подавить возглас – увиденное страшно смутило меня. Я попятилась из комнаты и прикрыла за собой дверь.

На протяжении всего дня я вспоминала то мгновение, когда осознание происходящего совпало со страхом быть обнаруженной. Ужас, что Эйлса может увидеть меня. Это было совершенно особое чувство стыда, смешавшееся в моей голове с романом Тома. Я тайком наблюдала за ними обоими, что привело к какому-то отвращению к самой себе и плохому самочувствию.

Всего через несколько минут у дома появились машины, захлопали дверцы, захрустел гравий под ногами. Я сидела за кухонным столом, делая вид, что разгадываю кроссворд, когда они ввалились толпой, заполняя дом шумом и пакетами. Дети понеслись купаться, Роза и Гэри отправились наверх собирать вещи. Том и Далила принялись разбирать покупки – литр молока, пачка сливочного масла, листья салата, грязные на вид, крем для рук Neutrogena и прямоугольная коробка с надписью «Телохранители».

Выкладывая листья салата на стол, Том заметил:

– Вы пропустили интересную поездку, Верити. Мы ездили на блошиный рынок в Баркомбе[108]. Там столько всего – как раз по вашей части.

– Я проспала, – сказала я. – Следовало встать пораньше, конечно. Простите.

– Да ничего страшного. Мальчишки были рады, что их занятие с вами откладывается.

Далила в рваных джинсах и кружевном топе весело кружила по кухне.

– Извини, – сказала она, протискиваясь перед Томом, чтобы открыть холодильник.

Она включала кофеварку, когда в кухню зашла Эйлса с влажными после душа волосами.

– Ты как раз вовремя, – излишне бодро произнесла Далила. – Кофе?

– Да, пожалуйста. С удовольствием.

Эйлса прошла мимо нее и стала разгружать посудомоечную машину, со звоном расставляя тарелки в шкафчике.

– Я не знала, что куда ставить, – сказала я.

– Неважно, – отмахнулась Эйлса. – Я все сделаю.

– Я нашел аптеку, – сказал Том, кивая на коробку с надписью «Телохранители», стоявшую на столе. – Виниловые, не латексные, но все равно должны помочь.

– Спасибо.

Эйлса сняла крышку с крема для рук, выдавила немного на ладонь и намазала обе руки. Потом открыла коробку, достала пару тонких перчаток – такие используют врачи – и надела их. Она пошевелила пальцами, как злой ученый, планирующий свой следующий шаг.

Я рассмеялась, чтобы как-то компенсировать свое бездействие – могла бы расставить посуду. Далила изобразила на лице сочувствие.

– Бедняжка, – сказала она. – А ты не думала попробовать…

И она начала перечислять всякие гомеопатические средства. Я не знаю, как Эйлса воспринимала все эти советы – она стояла спиной ко мне: сверилась с рецептом из книги, достала контейнер из холодильника, выложила курицу на противень из нержавейки и отправила ее в духовку, с грохотом захлопнув дверцу.

Я продолжала прятаться за кроссвордом из субботней газеты. А подготовка к обеду шла все более напряженно, так что я перебралась за стол в саду. Я понимала, что могла бы помочь, только не знала, как. Я хорошо помню первые дни работы в муниципалитете, свою досаду и раздражение. Знала, что должна что-то делать, но была слишком застенчивой, чтобы спросить, что именно. И сейчас я почувствовала, как немеют руки и ноги, застывшее невнятное выражение на лице. Раскладывая на столе приборы, Гэри очень вежливо спросил меня, на каком поезде я планирую ехать в Лондон – у него определенно сложилось впечатление, что я уезжаю в этот день. Я подняла газету, чтобы освободить место для ножа и вилки, и сказала, что останусь еще на одну ночь. Он кивнул. На меня нахлынула волна стыда от собственной никчемности и чувство, что все ускользает от меня, что я все делаю неправильно.

Мы уже обедали, когда приехали гости. В кухне и на террасе восхитительно пахло сочной жареной курицей с луком и чуть менее приятно подгоревшим чесноком. Эйлса открыла духовку и объявила, что курица «совершенно испорчена». Роза и Гэри не находили себе места – им не терпелось поскорее отправиться в Корнуолл, пока не стемнело. А дети, по словам Эйлсы, «умирали от голода», что было не очень правдоподобно, учитывая, что все утро они ели хлеб с шоколадной пастой. Том несколько раз выходил на дорогу – проверял, не сидят ли в кустах два медиамагната? – но в итоге согласился начать без гостей.

За столом оставили свободные места, и он напоминал челюсть, в которой не хватает зубов. Том сидел во главе, место справа от него пустовало, за ним расположился Гэри. Слева от Тома сидели Далила, Роза, потом было пустое место, потом Эйлса. Я устроилась в дальнем конце, с одной стороны от меня был Макс, с другой Мелисса. Я была рада отвлечься на детей. Мы с Максом играли в игру, которую я позаимствовала у «Радио 4». Я называла три слова и их определения, а он должен был догадаться, какое слово выдуманное. К нам присоединились даже Мелисса с Беа, хотя Ферг заявил, что игра скучная. На другом конце стола Том усиленно жевал, всем видом демонстрируя, что мясо слишком жесткое. Эйлса чувствовала себя несчастной. Она положила себе совсем крошечный кусочек курицы, но постоянно отщипывала подрумянившуюся корочку с краев картофельной запеканки, так что явно съела больше, чем собиралась. Далила рассказала длинную историю, как еще подростками они с Томом ходили на вечеринку, не успели на последний автобус и им пришлось идти домой пешком. Это было так скучно, что даже Роза не могла реагировать с энтузиазмом.

Все почувствовали облегчение, когда услышали звук подъезжавшей машины. Рики выскочил из нее первым и сразу же направился