Личное дело полковника Багрова - Юлия Юрьевна Бузакина

Глава 2. Багров

Кортеж из трех бронированных внедорожников плавно притормаживает у роскошного особняка. Водитель, один из лучших оперативных сотрудников отдела по борьбе с организованной преступностью, внимательно осматривается по сторонам.

Судя по громкой музыке, в доме проходит шумное празднество.

Старший следователь Тагир Курманов с тревогой посматривает на Багрова.

— Что делать будем, Виктор Константинович? Там праздник.

Полковник криво ухмыляется. В серо-голубых глазах мелькает сталь. Отныне он новый начальник отдела, а значит…

— Штурмом брать будем. Ребята из спецназа готовы на выход, ждут команды в соседней машине.

— Но там же люди? Женщины, дети. А мы с автоматами наперевес?

— Работа у нас такая, Тагир. Чай не пироги печем. Мы с организованной преступностью боремся, — жестко отрезает Багров.

У него за плечами горячие точки, несколько успешных антитеррористических операций. Он воробей стреляный. Его жалостью не пронять.

Три года назад местная криминальная группировка устроила кровавую расправу над его младшим братом Русланом. Три года полковник ждал распределения, чтобы встретиться с отморозками лицом к лицу. Теперь он не отступит. Ему терять нечего.

Щелкает кнопка в переговорном устройстве.

— «Калина один», готовьтесь на выход, — приказывает полковник отрывисто.

Водитель поворачивает ключ в зажигании, заводит мотор, чтобы отъехать чуть дальше и не мешать операции.

Едва машина трогается с места, как распахивается калитка. Разметая в стороны подмерзшие листья, на улицу выскакивает молодая женщина в красивом платье цвета бургунди.

Ее волосы цвета пережженной карамели собраны в высокую прическу, над которой не один час трудился дотошный парикмахер, а сама она — нежная, точеная. Просто воплощение шарма.

За ней следом выбегает женщина постарше, тоже наряженная в вечернее платье и увешанная драгоценностями.

— Мам, забудь. Я ни за что за него не выйду! — игнорируя порыв ледяного ветра, громко выкрикивает незнакомка.

— Ева, так решил отец! Ты ведь знаешь: его слово закон! — женщина пытается схватить ее за руку.

— Он мне не отец! Я за бандита замуж не пойду!

— Да кому ты нужна?! Наконец нашелся благородный мужчина, готовый взять на себя твой позор, а ты что делаешь?!

— Сказала: не пойду!

Красавица гордо вскидывает подбородок и едва не падает под колеса служебной машины, в которой находятся полковник Багров и его люди.

Опалив оперативников полным досады взглядом, она рвется вперед.

У Багрова внутри что-то вспыхивает болезненным пламенем. Ещё ни разу в жизни ему не приходилось видеть таких выразительных голубых глаз. Откуда только взялась здесь, в захолустье, такая природная утонченность? Отточена, как самый дорогой бриллиант. Кто такая?

Из калитки выскакивают мужчины. Все крепкие, молодые, как на подбор, в нарядных белых рубашках, черных классических брюках, сверкающих лоферах. На шеях поблескивают золотые цепи с палец толщиной.

Обернувшись к преследователям, девушка сплевывает на асфальт, показывая свое презрение.

В машине замирают все, даже Багров. Здесь, на Кавказе, за такое поведение женщина может жестоко поплатиться.

Самый рослый из гостей бросается вперед. Грубо хватает беглянку за локоть у капота служебной машины, в которой за сценой завороженно наблюдают Багров и его люди.

— Бааа, какая удача в руки, — не веря глазам, произносит Тагир Курманов.

Багров даже моргает от удивления. Он узнает одного из лидеров местной криминальной группировки: Арсен Набиев, правая рука Эдуарда Галаева. Это за ним охотились его люди последние несколько недель. Выслеживали, прослушивали разговоры родственников, да все тщетно. И вот он, Набиев, до него рукой подать. Что это, как не удача?

В проеме распахнутой настежь калитки появляется молодой мужчина в стильном костюме цвета горького шоколада. В его почти черных глазах мелькает негодование, но на резковатом лице не двигается ни один мускул. Глубоко внутри мигает интуиция — надо брать. Интуиция полковника не подводила ещё ни разу.

— «Калина один» на выход! — рычит в переговорное устройство Багров.

Распахиваются дверцы стоящей поодаль черной машины. Из нее выскакивают сотрудники СОБРа. Все в бронежилетах, с автоматами. Завязывается потасовка. Кто-то из бандитов стреляет в воздух, но его быстро валят на землю.

Багров выбирается из машины, следит неотрывно за беглянкой.

Незнакомке с красивым именем Ева удается вырваться из цепкой хватки Набиева, и его в тот же миг толкают на землю оперативники.

Она оборачивается. Взгляды встречаются. В ее голубых глазах плещется отчаяние. Но спустя мгновение ему на смену приходит злость.

Колко усмехнувшись, незнакомка бросается через дорогу к стоящему у обочины такси.

Молодой мужчина в костюме цвета горького шоколада провожает дерзкую девчонку уничтожающим взглядом почти черных глаз и исчезает в дверном проеме.

— Тагир, этого нельзя упустить! — рычит Багров, и Курманов, дернув пистолет из обоймы, бросается во двор.

Но тот исчез. Как будто и не было его вовсе.

Выругавшись, Тагир возвращается ни с чем. Багров хмурится. Нехорошо это, ох, нехорошо.

Арсена Набиева и его подельников обыскивают и надевают наручники.

— Девушку, что сбежала на такси, зовут Ева. Она падчерица хозяина дома, Эдуарда Галаева, — встав рядом с Багровым, поясняет Тагир Курманов. Поправляет бронежилет и вздыхает украдкой: — Красавица, каких поискать. Видимо, отчим выбрал ей жениха, и нашла коса на камень. Здесь так часто делают. Мнением женщин не интересуются. Договорные браки — залог процветания бизнеса.

«Получил, Багров? — злится на себя полковник. — Нечего на чужих баб заглядываться».

А в слух произносит стандартный вопрос:

— Ты хотел сказать, теневого бизнеса?

— Именно это и хотел сказать, товарищ полковник, — вытянувшись по струнке, кивает Курманов.

— А где же отчим прячет такую красоту от жадных мужских глаз?

— Не прячет он ее. Держит за прислугу. Девушка на одной из заправок на выезде работает. На кассе стоит. Бензин и кофе продает. Они с матерью едва концы с концами сводят.

— И что же, ее замуж выдадут против воли? — срывается у Багрова гнетущий вопрос. Ему непонятно, отчего бензиновый король держит приемную дочь за прислугу.

— Выдадут, конечно. А куда она денется? Видимо, время пришло повыгоднее ее продать. Не захочет по доброй воле, отец и будущий муж силой ее заставят.

Багрова передергивает.

— Что значит, силой? — прищуривается он.

Курманов пожимает плечами.

— Разве мало способов сломать нежную девичью натуру? У нас здесь со строптивыми особо не церемонятся.

Багров устало проводит по коротким темным волосам крепкой рукой. Ох, уж эти бензиновые войны! Сколько можно топтаться в грязи на краю света? Ни конца ни края.

Перед глазами встает родная Москва. Пустая холостяцкая квартира на окраине, любимые мать и сестра Серафима, дача в Подмосковье, что досталась в наследство от отца.