Люди за спиной. Том 1 - Александра Маринина

Возьмет пару заказов, управится за пару часов, остальное время сидит дома, за матерью присматривает. На два-три часа ее еще можно было оставить одну, только газ на кухне перекрыть и дверь запереть, чтобы не ушла. Два заказа с утра, два вечером, вот и какая-никакая копеечка. В своем доме в подъезде повесил объявление, дескать, обращайтесь с любой проблемой, никому отказа не будет, особенно если вы готовы побыть с моей мамой, пока я в вашей квартире работаю. Иногда все-таки приглашал кого-нибудь за небольшую плату посидеть с матерью, дня на три примерно, и на эти дни набирал заказов с раннего утра до позднего вечера: создавал что-то вроде финансовой подушки безопасности. Этой подушки хватало где-то на месяц. Вот так и жил.

А потом провел ночь в клубе и убил девушку, с которой там познакомился. Убивать не хотел, просто напился, повздорил с ней, толкнул, а она и упади неудачно – виском о камень. Вину признал, раскаялся, произвел хорошее впечатление на следствие и суд, потому и срок дали небольшой, всего шестерик отвесили. Пока шло следствие, Мезенин в Спасском СИЗО перечинил и перелатал все, что можно, и после приговора его не в колонию отправили, а перевели для отбывания наказания в следственный изолятор Крюковска, определили в хозотряд. Здание СИЗО в Крюковске старое, капремонтом там и не пахнет, все разваливается, денег на строительство нового корпуса не выделяют, а народ там содержится такой, что только дай повод – бунтовать начнет. То трубу прорвет, то канализацией все затопит, то электричество вырубится. В хозотряде у них уже был один сантехник и один электрик, но они не справлялись, безрукие были, мало что умели, а Мезенин мог один всех заменить. Он и двери в порядок приводил, и замки чинил, в том числе электронные, и мебель реставрировал, и стены красил. Одним словом, проще сказать, чего этот молодой мужчина не умел, чем перечислить все, что он делал.

Через три года Мезенина освободили условно-досрочно по отбытии половины срока. Придраться было не к чему: спокойный, вежливый, безотказный, добросовестный в работе. Врагов вроде бы не нажил, друзьями вроде бы не обзавелся, содержался в «элитной» четырехместной камере вместе с другими такими же, как он, осужденными, оставленными для обслуживания нужд изолятора. Двое работали в пищеблоке поварами, один – санитаром в медсанчасти. Опасных и агрессивных в СИЗО ведь не оставят, так что четверо зэков делили свою камеру без конфликтов и эксцессов.

После освобождения Вячеслав Мезенин вернулся к своей основной профессии, подряжался в качестве прораба на разные стройки, работал вахтовым методом, дома бывал редко.

– Погоди, а мать? – поднял брови Сафонов. – Как же его мать?

– Так ее сдали в интернат для престарелых, когда сына арестовали. Она там и умерла где-то через пару лет. В общем, когда Мезенин вышел, мать уже давно схоронили. Но ты не думай, – Серега откусил знатный кусище от пирожка с яблоками и принялся интенсивно жевать, – я проверил, ее похоронили за счет государства, ну, на самом деле, кремировали, дешевле же, а урну захоронили рядом с могилой ее родителей, на том же участке. Я позвонил в тот интернат, мне сказали, что Мезенин после отсидки к ним приезжал, узнал, где захоронен прах матери. Ну и на кладбище я тоже съездил, проверил, поговорил с администрацией, они мне могилку показали. Все чин по чину: у мезенинской матери аккуратное маленькое надгробие из мрамора, сын сразу заказал, оплатил работу, заключил договор на уход за могилой и потом приезжал несколько раз, цветы привозил.

– А жена, дети, может, любовницы?

– Жены не было и нет, про детей ничего не известно. Ну а бабы-то у него наверняка были и до отсидки, и после, молодой же мужик, чуть за тридцать, как без баб? – со знанием дела изрек старший лейтенант. – Думаешь, он просто так в ночные клубы наведывался?

– Ладно, – вздохнул Сафонов, – иди пиши справку, все изложи, как положено. И вот возьми, это биллинг по номеру Мезенина, пробей абонентов.

– Вань, ну ты чего, – заныл Серега, – я же только с самолета, дай хоть помыться с дороги и выспаться.

– Потом помоешься, работать не обязательно чистым, на результат не влияет, – отрезал Сафонов. – Если среди абонентов Мезенина нарисуется кто-нибудь интересный, сразу сообщи. Особенно если это наш местный житель.

Поздно вечером Иван Сафонов, отвернувшись от укоризненно глядящей жены, выпил полстакана коньяку, чтобы заснуть. Раньше у него не было трудностей с засыпанием, но бесконечные проблемы, связанные с временно замещаемой должностью, совершенно выбивали из колеи.

Он уже почти провалился в сон, когда тихо зажужжал лежащий на прикроватной тумбочке мобильник. Мысленно чертыхнувшись, капитан выпростал руку из-под одеяла.

Звонил Серега Прокофьев. На какое-то мгновение Сафонов почувствовал укол вины: он уже почти спит, а парень, вернувшийся из поездки, до сих пор работает. Ладно, ничего, он офицер, хоть и младший, знал, на что подписывался.

– Другого времени не нашел? – сердито буркнул в трубку Иван, стараясь говорить как можно тише, почти шепотом.

– Ты сам сказал сразу же сообщать, если что, – беспечно откликнулся Серега, который капитана ни капли не боялся и на недовольный тон не реагировал.

– Ну сообщай.

– Насчет биллинга нашего покойничка. Среди его абонентов есть любопытный персонаж.

Выслушав старшего лейтенанта, Сафонов осторожно, чтобы не разбудить жену, вылез из-под одеяла и направился на кухню. Кажется, с расследованием убийства назревают проблемы. Вот только этого не хватало! И никого из начальства, как назло.

Теперь фиг заснешь. Разве что еще полстакана тяпнуть…

* * *

Водить машину Анастасия Каменская не любила, делала это исключительно потому, что так надо. И теперь втихомолку радовалась, что получила хотя бы временное оправдание для поездок на такси. Конечно, непонятная штука с глазами мешает работе, а поездки на такси стоят денег, зато время, проведенное на пассажирском месте, можно полностью посвятить обдумыванию текущих дел. Когда сам сидишь за рулем, погрузиться в мысли удается не слишком глубоко, приходится постоянно отвлекаться.

Сегодняшняя поездка долгая, можно успеть проанализировать все, что удалось узнать Мише Доценко, Геннадию и Зое.

Итак, Курпатова Людмила Владимировна сняла квартиру в доме на Истринской улице в декабре 2018 года, платила наличными за год вперед. Где жила до этого – неизвестно, но в школьные годы проживала в городе Берсеневе Крюковской области. В период проживания по последнему адресу ни с кем из соседей в близкие контакты не вступала, посещала салон красоты в том же доме, любила круассаны с миндальным кремом. Вполне вероятно, имеет медицинское или фармацевтическое образование. В феврале текущего года о ней