Люди за спиной. Том 1 - Александра Маринина

Однако когда Варя пришла, Ульяна уже была дома. Варя обнаружила сестру в спальне неподвижно сидящей перед зеркалом, установленным над туалетным столиком. И выражение лица у нее было странным, таким, какого Варя никогда у нее не видела.

– Люля, что-то случилось? – встревоженно спросила она. – Что с тобой?

– Ничего, – ответила Ульяна каким-то механическим голосом. – Рассматриваю себя. Пытаюсь понять.

– Что ты хочешь понять?

– Я это или не я.

Варе стало страшно. Неужели у Ульяны проблемы с головой? У Ульяны, всегда такой рассудительной, уверенной в себе, умной и циничной?

Она подошла, встала за спиной у сестры, немного наклонилась. Теперь в зеркале отражались две молодые женщины, удивительно похожие друг на друга: рыжеволосые, белокожие, голубоглазые, с одинаковыми чуть вздернутыми носиками, красивыми пухлыми губами, широкими темно-рыжими бровями. Только прически разные, у Барби волосы до плеч, непослушные густые кудри, у Люли волосы длинные, собранные в свободный узел на затылке.

– Вот это – ты, – Барби положила руку на плечо сестры, – а рядом – я. Что тебе непонятно?

– Дура ты! – внезапно выкрикнула Ульяна и резко сбросила Варину руку с плеча. – Ничего не понимаешь! Разговариваешь со мной как со слабоумной!

– Прости, я действительно не поняла, – растерянно проговорила Барби. – Но если ты расскажешь, что случилось, я, наверное, смогу понять.

Ульяна обхватила руками голову, сделала несколько глубоких вдохов, выпрямилась.

– Меня сегодня вызывали безопасники. Ах да, ты не в курсе. Это служба собственной безопасности Следственного комитета. Следят, чтобы мы не путались с криминалом в неслужебных целях. Спрашивали, почему мой номер телефона находится в контактах какого-то уголовника, которого недавно убили. Назвали его имя и фамилию – я такого не знаю. Показали фотку трупа.

– И? Ты его узнала?

– Узнала, – устало кивнула Ульяна. – Это Саша. Ну, тот, о котором я тебе рассказывала. С которым на папиных похоронах познакомилась. Только он никакой не Саша, а Вячеслав. Уголовник, ранее судимый за убийство. Правда, по неосторожности, но все равно…

Варя тяжело опустилась на кровать, чувствуя, что ноги начали дрожать.

– Тебя теперь подозревают в убийстве?

– Еще чего! – фыркнула Ульяна. – Его убили далеко отсюда, в каком-то райцентре и вообще в другой области, а я каждый день на работе, меня по сто человек в день видели. Нет, никто меня не подозревает, но знала бы ты, какими глазами на меня смотрели эти безопасники! Дескать, как это я, опытный следователь, могла встречаться с человеком, ничего о нем не зная и даже не видя его документов.

Варя ошарашенно смотрела на сестру.

– А ты что, действительно не видела его документов? Даже фамилию не знала? Просто Саша – и всё?

– Зачем мне его документы? Мне ребенок нужен, а не документы. Меньше знаешь – крепче спишь, как говорится. Конечно, всей правды я безопасникам не рассказала, себе дороже вышло бы. А так – да, человек подошел на похоронах отца, назвался Александром, сказал, что благодарен папе за то, что кому-то там помог, я не вникала. Потом встретила его на девятый день и на сороковой, начали общаться, показался приятным собеседником, стали перезваниваться, периодически встречались. Ни о каких услугах по линии моей службы не просил, о своих связях с криминалом не упоминал, денежные вопросы не поднимал. В общем, ни к чему не обязывающее поверхностное знакомство.

– И тебе поверили?

– Господи, Барби, ну конечно же не поверили! Кто поверит в такую чушь? Но доказать, что я вру, они не смогут. По крайней мере, пока не смогут, – уточнила Ульяна. – И теперь я смотрю на себя в зеркале и пытаюсь понять, какой меня видели эти безопасники, как меня воспринимали? Как следователя, который спокойно и уверенно объясняет им факты? Или как смазливую дуру, поверившую первому встречному и пустившую его в свою постель? Теперь по комитету пойдут разговоры, мол, Яскевич настолько опупела от женского одиночества, что спит с уголовниками. Или Яскевич напрочь утратила профессиональное чутье и доверилась человеку, не проверив его документы. Что так, что эдак, все равно противно. Но самое главное – я не могу понять, почему не почуяла опасности? Почему не заподозрила ложь, фальшь, притворство? Я же всегда была такой…

Ульяна снова вздохнула, помолчала, потом продолжила:

– Короче, ты знаешь, какой я была.

– Не знаю, Люля. Странно это признавать, но я ведь тебя совсем не знаю, – медленно проговорила Барби.

Сестра кивнула.

– Правильно, ты меня не знаешь. И теперь оказалось, что я сама себя не знаю. Вот смотрю в зеркало и думаю: я это или не я?

Она быстро повернулась и встала.

– Всё, хватит об этом. Закрыли вопрос. Что у тебя с документами?

– Все сделала, все оформила, взяла билет на завтра, на пять утра.

«И ни одного слова сожаления о человеке, от которого ты собиралась забеременеть, – с недоумением подумала Варвара. – Его убили, его больше нет, он умер, а ты думаешь только о том, что о тебе скажут и как это ты не догадалась… Неужели тебе ни капельки его не жаль? Неужели между вами не было даже толики тепла и нежности? Наверное, я совсем ничего не понимаю ни в тебе, ни в твоей жизни».

* * *

Уже почти подъехав к театру, Настя сообразила, что на вопрос об обстоятельствах гибели генерала Кудина ответа так и не получила. Сама виновата, что и говорить, она не спросила. Растяпа. Все ее внимание было приковано к заметной фигуре криминального мира, бесследно пропавшей в 2018 году, а момент смены руководства областного УВД она упустила. «Старею, что ли? – недовольно подумала она. – Плохо, теряю хватку».

Варвару Яскевич Настя нашла в репетиционном классе в обществе уже знакомого Юрия Дебора. Оба сидели по разные стороны стола, на котором разложены какие-то бумаги. Да, их разделял стол, но все равно с первого же взгляда стало понятно, что они – вместе. Они – единое целое.

Даже головы они подняли и повернули одновременно и почти одинаковым движением. А вот выражение на их лицах было разным, у Варвары – недовольным, режиссер же явно обрадовался.

– Хорошо, что вы пришли, – сказал он с улыбкой, – Варя меня измучила, вы не представляете, какая она требовательная и строгая.

Он легко поднялся.

– Варенька, я пойду посижу в зале, потом продолжим.

Варвара кинула на него неодобрительный взгляд и укоризненно покачала головой.

– Работать над спектаклем он готов с утра до ночи, без сна и отдыха, а все остальное – только из-под палки, – со вздохом проговорила она, когда за Дебором закрылась