Деловая поездка - Джесси Гарсиа

class="p1">Следующие два часа мы слушали ораторов, жаждущих поделиться с нами всевозможными данными и продемонстрировать презентации. Дороти и Алан старательно все записывали. Я ничего не писал, Стефани тоже. Скоро мне стало скучно: несколько раз я вытаскивал телефон, стараясь не показывать, что смотрю соцсети. Стефани тоже пару раз бралась за телефон, но тут же снова убирала его в сумочку.

Не зная, чем еще заняться, я теребил свои часы и думал о том о сем. То, что говорили выступающие, по большей части совершенно меня не занимало. К чему вообще это выслушивать? Мне нравится, как идут дела у нас в студии, и никакие результаты опросов не смогут меня переубедить.

Перед самым перерывом на обед лекции наконец сменились чем-то поинтереснее. Нам предложили обменяться мнениями с соседями по столу – пусть, мол, каждый расскажет, как строит работу у себя в студии. Я откашлялся, решив, что, разумеется, заговорю первым. За нашим столом я лидер, это же очевидно!

– Дороти… Алан… Стефани! – после имени каждого я делал паузу и окидывал его пристальным взглядом. – У себя в Атланте я установил железную дисциплину. Долгие годы работы на руководящих должностях заставили меня понять: уступишь подчиненным палец – они тебе руку откусят. Для босса важны решительность и упорство; так что именно я выбираю, какие темы мы освещаем день за днем, и строго придерживаюсь плана. Первоочередное внимание мы уделяем громким уголовным делам. Сейчас время разгула преступности: именно это интересует людей, именно ради этого они включают новости – и мы стремимся отвечать их ожиданиям. Как говорится, чем больше крови, тем выше рейтинги. Согласны со мной, Ал? Теперь расскажите, как вы руководите новостной студией у себя там, в этом вашем Калама-зоопарке?

И я расплылся в улыбке, гордый тем, какое остроумное прозвище изобрел для родного города Алана.

Алан поправил очки и ответил мне долгим взглядом.

– Ну, откровенно говоря, – начал он неуверенным тенорком, – в своей работе мы придерживаемся подхода, прямо противоположного вашему. Состав новостных выпусков мы обсуждаем с коллегами и стараемся выслушать все мнения. На мой взгляд, это создает наилучшую рабочую атмосферу. В студии нужна демократия, а не диктатура.

Я постарался не морщиться. Неудивительно, что Алан застрял в этой своей дыре! С таким подходом он никогда не выберется на широкую дорогу. Следующей подала голос Дороти.

– Мы в Бостоне стремимся к созданию качественной журналистики, посвященной локальным темам. Наши репортеры прикреплены к определенным районам города: они постоянно там бывают, многие в этих районах и живут. Мы освещаем события в масштабе района или даже квартала, делаем сюжеты о местных ресторанах, о необычных людях – в дополнение к текущим новостям, политике и… да, криминальной хронике. Но криминал для нас стоит не на первом месте. На мой взгляд, люди не хотят, чтобы их бомбардировали проблемами, – они хотят слышать о решениях проблем. Так что мы не бежим сломя голову на место любого громкого происшествия. Да, преступления случаются, и освещать их легко – но это не значит, что они должны автоматически занимать первое место.

«Еще один канал для слюнтяев!» – подумал я и повернулся к Стефани. Старался не пялиться слишком откровенно, но в вырезе ее платья виднелась ложбинка меж грудей и… черт, кажется, там мелькнул краешек кружевного лифчика! А у меня уже давно не было секса. Очень давно. Полгода, если быть точным. Да и что это за секс – несколько часов с проституткой в гостиничном номере в Вегасе!

– А вы что скажете, Стеф? Как вы у себя там, в Мёде-и-соли, ведете дела?

– М-м… – начала она. – Ну… мы, наверное, сочетаем все, о чем вы здесь говорили. Просто стараемся работать как можно лучше, каждый день сообщать людям интересные новости.

– Ага, – сказал я. – И все же, каков ваш стиль? – Будь я проклят, если позволю ей отделаться таким ответом! Я ведь журналист, в конце концов. Мое дело – докапываться до истины.

– Мой стиль?

– Да, стиль руководства студией, – ответил я, отпив из стакана воды и смерив ее долгим взглядом. Я выжму из нее приличный ответ, даже если придется прождать весь день! – Вы из тех, кто любит… гм… наказывать? Или предпочитаете… ну, знаете… бархатные коготки?

Я подмигнул, рассчитывая, что она поймет мои тонкие намеки – и, возможно, даже ответит на флирт. В конце концов, она же видит, что привлекательнее меня никого в этом зале не найти!

– Я… м-м-м… – Она заерзала на стуле. – Ну, мой стиль в том, чтобы быть со всеми милой, но, когда нужно, я умею и настоять на своем. Да, я могу… м-м… ну, все могу!

Теперь, пожалуй, смотрели на нее все трое. М-да, красноречием Стефани не блещет. Зато какая красотка! В зале, полном мужиков, старух и толстух, где из молодежи только Уиллоу, Стефани Монро – как глоток свежего воздуха! –  Прошу прощения, – торопливо проговорила она, – мне нужно в туалет.

Схватила свою голубую сумочку и быстрым шагом вышла за дверь. Я проводил ее взглядом. Длинные ноги, упругая задница. Просто конфетка! Еще бы помочь ей немного раскрепоститься… Ну, может, за обедом?

Глава 27. Трент

После обеда

Полтора часа спустя мы снова собрались в зале.

Участники начали рассаживаться, а я оглядывался вокруг. Не меньше семидесяти процентов составляли мужчины: этому я одобрительно кивнул. Что бы там ни кричали феминистки, но можно ли винить директоров телеканалов за то, что руководство студиями новостей они поручают нам? Все мы знаем, что мужчина руководит лучше. Никогда не произнесу этого вслух, иначе леваки меня линчуют, – но, черт возьми, все же понимают, что так и есть! Мужчину не разжалобишь, не разведешь на эмоции: он в тебя вцепится мертвой хваткой и не выпустит, пока не сделаешь все, что от тебя требуется. А бабы – просто размазни. Мне случалось видеть, как начальница лила слезы на глазах у подчиненных. Что это за хрень?! Если у меня дом сгорит дотла, я и то на глазах у коллег не разревусь! Вообще не могу вообразить себя плачущим. Не знаю, что должно случиться. Последний раз ревел в третьем классе, когда Томми Риз толкнул меня на детской площадке. Учительница позвонила маме, но та не брала трубку; тогда она вызвала папу. Папа приехал и забрал меня – а в машине распек за то, что я разревелся как девчонка, а главное, струсил и не врезал Томми как следует! С тех пор я ни разу не плакал на людях.

Усаживаясь на свое место, я заглянул в программку конференции. Час от часу не легче! Еще