Лучший крутой детектив - Александр Чернов

спине, я ударил его сверху по шее и мужик распластался передо мной на мраморном полу. Тут и мне досталось. Вскочивший с полу Леня ударил меня, попал в челюсть, зубы мои клацнули, но, слава богу, ни один не выпал. Я схватил мужика за воротник, потянул резко на себя и, заваливаясь на бок, подбил обе ноги Лени. Он упал спиной на пол, я навалился сверху на него и ударил головой в лицо. Отпустив рубашку мужика, вскочил на ноги, с силой врезал уже успевшему встать мужику с квадратной физиономией в скулу, тот сделал шаг в сторону одной ногой, потом второй, ноги его заплелись, и он рухнул на пол. Пока оба не очухались я, не мешкая, снял с ручки замок с дужкой из троса, выскочил за двери, навесил тросик на две ручки с наружной стороны дверей и повернул в замке ключ. Все, мужики оказались в ловушке запертыми внутри поликлиники.

Не теряя времени, я быстрым шагом пересек двор поликлиники, затем улицу и, пройдя между домами, подошел к автомобилю Арины. Скользнув на переднее сиденье, сказал:

— Трогай!

Арине не пришлось повторять дважды, она тронула автомобиль с места. Когда выехали на перекресток и стала видна улица, на которой располагалась поликлиника, я заметил, что к воротам лечебного учреждения подъехал автомобиль, из него выскочили двое мужчин с автоматами и бросились к дверям поликлиники. Мысленно я перекрестился. Слава богу, успел вовремя смотаться из столь опасного для меня места.

На следующий день рано утром я в бейсболке стоял у одного из домов на Сиреневом бульваре. Здесь, как я знал, работала Маша, а, следовательно, и Женя Сафронова, поскольку обе женщины трудились бухгалтерами на одной фирме по выпуску всевозможных штор. Я заранее облюбовал подъезд соседнего с фирмой дома, который находился на середине пути от автобусной остановки — откуда как я рассчитывал должна пойти Сафронова Женя — до самой фирмы и провел кое-какие подготовительные действия для встречи Сафроновой Жени. А именно. Дождавшись, когда кто-то выйдет из подъезда я скользнул внутрь, открыл пошире дверь подъезда и, чтобы она не закрывалась под действием доводчиков, подставил под низ двери камешек. Отойдя ближе к фирме, принялся ждать. Я не ошибся, действительно Женя сошла на той остановке, на которой я и рассчитывал. Она двинулась к своей работе, и я пошел навстречу к ней, нахлобучив на голову бейсболку и надвинув на глаза козырек, чтобы скрыть лицо. Случилось так, что до облюбованного мною подъезда я, не рассчитав время, подошел первым, а потому присел на корточки, сделав вид, будто завязываю развязавшийся шнурок. Женя, встретив в качестве меня преграду на своем пути, попыталась обойти препятствие. И тут я, разогнувшись, словно пружина, сгреб в охапку женщину и вместе с нею влетел в подъезд. Она попыталась было закричать, но я с силой наложил ей руку на рот и крепко сдавил.

— Только заори! — проговорил я ей на ухо громким шепотом. — И тут же весь мир узнает, что ты делала аборт от любовника, пока муж твой работал на севере.

Глаза у Жени стали огромными от страха.

— А сейчас, как говорят в боевиках, я убираю с твоего лица руку, и ты не кричишь. Если договорились, кивни.

Женя кивнула. Я очень медленно стал убирать руку с ее лица, Сафронова не кричала. Постепенно в ее глазах пропал страх, я сами глаза приняли обычное положение.

— Ты чего, Игорь, с ума сошел?! — накинулась она на меня. — Я думала, меня ограбить и убить собираются.

— Тихо, Женя, тихо! Не возникай.

— Откуда ты узнал, что я делала аборт? — напористо проговорила она. Кажется, молодая женщина перехватила у меня инициативу.

Я тоже попер на нее.

— А вот знаю!

— И что, доказательства есть? — вскинулась она.

— Есть.

— Предъяви! — потребовала Сафронова.

— Когда возникнет необходимость, предъявлю. У меня на мобильном телефоне есть фотография из твоей медицинской карточки, где указано, что ты как раз в то время, когда твой супруг Саша был на севере, делала аборт.

— И как к тебе попала эта карточка?

— У меня нет времени объясняться с тобой. Да и тебе нужно на работу. Поэтому давай-ка перейдем ближе к делу.

— Какому еще делу? — изумилась женщина.

— К нашему! — отрезал я. — Я так думаю, что Маша узнала о том, что ты сделала в свое время аборт и, чтобы эти сведения не дошли до твоего мужа, убила Горбунову.

Женя вновь округлила глаза, на сей раз не от страха, а от удивления.

— Чего это ты валишь с больной головы на здоровую? Ты убил Машу, это всем известно. Тебя и полиция-то разыскивает по всему городу.

— Я Машу не убивал! — отрубил я.

— А я уж тем более, — всплеснула Женя руками. — С чего ты взял?

— Во-первых, у тебя был мотив, а во-вторых, ты выходила во время застолья у Марии на улицу. Так вот, мне думается, что в это время ты как раз-таки влезла с улицы в окно кабинета и убила Машу. А потом вновь присоединилась к застолью.

— Ха! — рассмеялась мне в лицо женщина. — Никуда я не выходила.

— А ты вспомни хорошенько.

— А-а, — махнула рукой Сафронова. — Теперь, кажется, вспомнила. Да действительно я выходила на улицу, но только для того, чтобы покурить.

— И ты можешь это каким-то образом доказать?

— А чего доказывать-то? Я стояла на противоположной от окна кабинета стороне дома, курила и в окно видела сидевшую за столом в комнате Балагурову Аню. Ну, а если я ее видела, то и она должна была меня видеть. А раз я все время находилась на виду Балагуровой Анны, то уж никаким образом не могла в то же самое время влезть в кабинет и убить Машу. Так что алиби у меня есть, Игорь. А тебе, Гладышев, я советую, не перекладывать на кого-то другого убийство Маши, а самому признаться в убийстве как должен поступить настоящий мужчина и сдаться в полицию. А то ты как заяц бегаешь по Москве и пугаешь людей. Вон посмотри, что со мной наделал.

Женя была одета в юбку коричневого цвета в клетку и розовую блузку. Блузка выбилась из юбки, когда я втаскивал женщину в подъезд. Сама юбка как-то криво сидела.

— Отвернись! — буркнула Женя. — Я заправлюсь.

— И не подумаю, — буркнул я в ответ. — От тебя все что угодно можно ждать. Ударишь еще чем-нибудь сзади по голове.

— Ну как знаешь.

Она расстегнула сбоку юбку, и в этот момент в подъезд вошла какая-то женщина. Увидев нас, она ойкнула, а потом, проходя мимо, с