Гостиница заблудших душ - Юлия Миллер

«Боже, что я несу?» – пронеслось в голове. На периферии встрепанных мыслей мелькнула досада на Карину, подписавшую ее на эту авантюру, но злиться было некогда. Нужно выкручиваться.

– Спасибо… наверное, – ошарашенно ответил парень.

Лина нервно хихикнула, рваным движением подергав воротник рубашки. Судя по порозовевшим щекам паренька и его застывшему где-то на уровне ее груди взгляду, расстегнутая пуговица все же показала больше, чем следовало. Лина торопливо застегнула ее.

– Я тут хотела… Ну, понимаешь, мы с подругой…

Парень угрюмо молчал, не прогоняя, но и не помогая, а Лина вдруг отчетливо увидела себя со стороны. Лицо в красных пятнах от смущения, палец посинел от затянутых на нем волос, голос что-то невнятно блеет. Она давно не испытывала такого отвращения к себе, но, как ни странно, именно это помогло ей успокоиться и выпрямиться, отпустив, наконец, многострадальную прядь.

– Ладно, не обращай внимания. Забудь…

Она уже сделала шаг обратно к двери, но прилетевший вдруг в спину вопрос остановил ее:

– Что у вас там за расследование?

Лина обернулась. Парень смотрел на нее с интересом, и стало понятно, что она зря изображала из себя невесть что. Оставаясь собой, можно добиться гораздо большего, и даже не придется краснеть за свое поведение.

Она медленно вернулась и присела на краешек стула для посетителей.

– Есть вероятность, что со смертью одного человека, Короткова Василия Петровича, все не так просто. Он якобы покончил с собой в две тысячи третьем в гостинице «Золотой берег». Повесился. И мы хотим узнать, действительно ли все было именно так.

– Думаешь, полиция что-то пропустила или скрыла?

– Нет, что ты! – поспешила успокоить Лина мгновенно напрягшегося парня. – Даже мысли такой не было. Но знаешь, как говорят? Лицом к лицу лица не увидать, большое видится на расстоянии. Больше двадцати лет прошло. Достаточное расстояние, как по мне. Поэтому и хочется взглянуть на то дело. Просто убедиться.

– То есть вы, типа, неравнодушные граждане? – с иронией спросил парень. – Не боитесь влезать в такие дела? Мало ли что можно найти. Правда порой убивает. Так тоже говорят.

– Боимся, если честно. Но это тот случай, когда отсутствие информации страшнее любой правды. Так что, в каком-то смысле, дело личное. Но, если тебе так больше нравится, можешь считать нас неравнодушными гражданами.

– Ничего не понятно, но очень интересно. Представишься хоть, неравнодушная гражданка?

– Меня зовут Лина. А подругу – Карина.

– А я Гоша, – ответил парень. – Будем знакомы. Так зачем вам это дело-то? Почему именно оно?

– Если я сейчас попытаюсь тебе это объяснить, ты решишь, что я спятила, – печально улыбнулась Лина. – Просто я попала в одну историю… Очень странную. И этот Коротков с ней как-то связан. Мы знаем крайне мало о нем и о его смерти. Нужно узнать больше, прежде чем идти дальше. Когда мы соберем все кусочки пазла, общая картина, вероятно, перестанет выглядеть так… фантастично.

Гоша пристально смотрел на нее, как будто рентгеном просвечивал. Лина спокойно и уверенно смотрела на него. Ей многое приходилось скрывать, но точно нечего было стыдиться. Видимо, он это понял, потому вдруг заявил:

– Я помогу при условии, что ты пообещаешь потом рассказать мне всю историю, когда соберешь ее в единую картину. Идет?

Лина кивнула. Гоша повернулся к компьютеру и щелкнул клавишами.

– Так, посмотрим, что у нас есть на вашего… Короткова, правильно? Когда он умер?

– В марте две тысячи третьего. Двадцатого марта.

– Ага, есть такое дело. Идем.

Он поднялся со своего места и оказался не только худым и нескладным, но и очень высоким. Лина, шагая очень тихо, последовала за ним.

В местном архивохранилище все было немного непривычно, не так, как у них на работе. На стеллажах стояли ряды картонных коробов с цифрами и едва различимыми в тусклом свете надписями на торцах. Некоторые дела хранились в папках-сегрегаторах, те тоже стояли ровно и строго. А на дальнем стеллаже Лина заметила сложенные стопками обычные скоросшиватели. Видимо, в архиве МВД тоже не хватало рабочих рук, времени и сил на то, чтобы привести все в соответствие со строгими требованиями правил и ГОСТов.

Гоша, убрав в задний карман тяжелую связку ключей, позаимствованных из стола начальницы, уже с энтузиазмом рылся на полке. Лина с интересом выглянула из-под его руки, через плечо не получалось из-за разницы в росте. В коробах стояли твердые папки и плотные скоросшиватели, тоже с какими-то цифрами и буквами, и она благоразумно не стала лезть, боясь помешать и перепутать. Гоша и без нее справлялся, длинными пальцами быстро перебирая папки и что-то бормоча себе под нос.

– Так, вроде эта, сейчас глянем…

Он достал из короба папку и раскрыл ее, но Лина лишь разочарованно охнула: к первому листу была прикреплена фотография кудрявой женщины с поджатыми губами.

– Это точно не Василий Петрович, – заметила она сдержанно.

– Странно, – нахмурился Гоша, – это же март, две тысячи третий, гостиница «Золотой берег»… А, нет, пардон, это февраль!

– Постой! – Лина не дала ему убрать папку обратно в короб. – В феврале в той гостинице тоже кто-то умер?

– Похоже на то, – протянул Гоша, быстро пролистывая документы. – Ничего себе… Это практически такой же случай. Кузнецова Ольга Юрьевна, сорок семь лет. Официальная версия: самоубийство. Выпила целый пузырек снотворного. Умерла седьмого февраля две тысячи третьего в гостинице «Золотой берег», в которой на тот момент жила почти две недели.

Они недоверчиво посмотрели друг на друга. В глазах Гоши зажегся азарт.

– Стало быть, Коротков не единственный, кто умер в той гостинице в две тысячи третьем, – пробормотала Лина.

– Вижу, вы с подругой правы: здесь не все так просто. Может, смертей было и больше. Надо бы порыться… Только времени очень мало, скоро начальница с обеда вернется. И если она тебя тут увидит…

– Можешь не объяснять, – кивнула Лина. – Сама знаю, что за такое может быть. Голову оторвет…

– И скажет, что так и было, – с улыбкой закончил за нее Гоша. – Давай сделаем так… Я уже понял, что нужно, вот и поищу по-тихому, сделаю копии материалов дел и вам передам. Только в виде распечаток и при личной встрече, файлы по интернету пересылать не буду. Извини, но оставлять цифровой след – последнее дело, когда нарушаешь закон. Давай провожу тебя, пока мы не спалились. Только номер оставь, я сообщу, как все будет готово, тогда и назначим встречу.

– Договорились!

Глава 13

– Знакомься, Кирюша, это тетя Лина, я тебе о ней рассказывала.

На следующий день после работы они поехали