Воспоминания убийцы - Юн Ина

на него и мать. Отчим, отец Тувона, к которому они переехали жить, был совсем другим. Каждый месяц он выдавал матери сумму на бытовые расходы, ночью, бывало, покупал всякую всячину, чтобы заморить червячка, выбрасывал мусор. Кроме того, каждый раз, когда мужчина видел Меха, он рылся в карманах и пытался всучить тому деньги, пусть даже всего лишь пару десятков тысяч вон. Хотя Мех редко проводил время дома, он был прекрасно осведомлен, как там обстоят дела.

Постепенно они вчетвером привыкали друг к другу, им становилось все комфортнее и комфортнее проводить время вместе. И вдруг отец Со Тувона погиб в результате несчастного случая. Ровно три года прошло с момента, как они начали жить в одном доме. По выходным мужчина мотался по окрестным селениям, будучи занятым на двух работах. И однажды на стройке произошел несчастный случай. После этого мать переехала в родительский дом вместе с Мехом и Со Тувоном.

– Тувон, ты до сих пор звал меня тетей, но с этого момента зови мамой. Хорошо? Иначе я буду ругаться.

– Хорошо.

– Вот и славно, пойдем. – Ее теплая рука похлопала его по плечу.

* * *

Недавно Со Тувон впервые за долгое время встретился с Мехом, а поскольку его еще и допрашивали в полицейском участке по этому поводу, он, вероятно, вспомнил те времена. Чону был опустошен. Ему хотелось выяснить правду не об отношениях между Со Тувоном и Мехом или о чем-то подобном. Он не хотел знать, как жил Со Тувон, ему не требовалось это. Он было рассердился на свою беспомощность и неспособность контролировать ситуацию. Но мгновенно пришел в себя: «Он подозревает. Это опасно».

Чону немедленно рванул домой к теще, где сейчас пребывала Суа.

«Мама, поскольку у Суа сейчас каникулы, как насчет того, чтобы слетать в США навестить вашу сестру? Суа часто говорит, что скучает по двоюродной сестре. Если вы согласны, я немедленно забронирую билеты на самолет…»

Со стороны выглядело так, будто за Чону кто-то гнался.

– Отдышись немного, затем говори. Что вдруг случилось? Ты какой-то странный в последнее время. Вроде у тебя и нет вороха проблем, но при каждой нашей встрече ты как будто не здесь. Что-то происходит?

– Нет. Ничего такого. Просто дел много, вот и выходит так.

Оба на короткое время замолчали.

– Мама, на самом деле у меня есть вопрос, который я уже какое-то время хочу задать.

– Какой?

– Об отце Чису. Ее тетя сказала, что он жив.

На мгновение теща, казалось, растерялась, но затем вновь вернула себе спокойствие:

– Она много болтает языком. В любом случае мне все это не по душе. Но раз уж слышал, значит, знаешь. Когда я ходила беременная Чису, он встретил другую и ушел к ней. На этом все. Можно ли назвать такого человека отцом Чису? Разве заслуживает этого звания мужчина, который прыгнул в объятия другой женщины, даже не взяв на руки собственную кровиночку? Я сейчас нисколько тебе не солгала.

– Может, у вас есть его номер?

– Зачем? Хочешь встретиться? Номер я и сама не знаю. Но можно поискать в интернете. Он гендиректор какой-то венчурной компании. Если четко решил с ним встретиться, отговаривать не буду, ффух… Но тут… В общем, делай как знаешь.

– Мама, кое-что случилось, и у меня огромная просьба. Берите Суа и уезжайте с ней на какое-то время в США. Сейчас, как можно скорее.

– Да что ж происходит-то? Страх какой…

– Не могу ничего рассказать пока. Мама, прошу, позаботьтесь о Суа.

– Поняла. Сейчас – это когда?

– Сейчас – это хоть завтра.

* * *

Через неделю Чону сдавал багаж тещи и Суа в аэропорту. Несмотря на внезапность, Суа была взбудоражена предстоящей поездкой и в возбуждении слонялась по зданию аэропорта. Чону подумал, что Суа, которая лучилась от счастья и скакала вприпрыжку всякий раз, когда приезжала в аэропорт, выглядела в точности как Чису.

– Папа, а ты когда приедешь?

– Закончу здесь дела и прилечу следом. Возможно, уйдет какое-то время, ты пока развлекайся с бабушкой и двоюродной сестренкой. – Чону притянул Суа к себе, будто укутывая ее всем своим телом. Маленькое теплое тельце ребенка завозилось у него в руках.

– Мама, вы тоже воспользуйтесь шансом и отдохните вдоволь.

– Конечно. Ты береги себя.

– Мама, Суа, вы ведь знаете, что я вас люблю?

Они втроем обнялись, раскинув руки. Чону с грустью попрощался и развернулся на выход. С одной стороны, он чувствовал крайнее опустошение, а с другой – будто гора свалилась с плеч. По крайней мере, он защитил Суа и тещу от этого отморозка.

Чону разъедала изнутри воцарившаяся там пустота; возможно, виной тому была особенная атмосфера, присущая аэропорту, поэтому он поспешил покинуть здание. В это время раздался звонок от Инука.

– Инук, я сейчас в аэропорту, только проводил маму с Суа.

– Брат! Сучжин недоступна.

* * *

Последнее, что запомнил Со Тувон, – это мерно капающая жидкость в капельнице: кап-кап.

«Не слишком ли быстро течет раствор? Может, так и надо».

Сознание путалось, но одна мысль сумела прорваться: в последнее время ему было сложно уснуть.

Он продолжал бездумно пялиться в потолок, затем включил телевизор, нашарив рядом с собой пульт. Участники программы, посвященной текущим событиям, сидели за круглым столом и говорили о том, что педофилу Чо Тусуну оставалось всего полгода до выхода на свободу:

– Ему запрещено приближаться к детям, которые подверглись насилию с его стороны, ближе чем на сто метров. Это расстояние, которое взрослый мужчина может преодолеть секунд за двадцать. Какой в этом смысл тогда? Оно должно быть минимум пятьсот метров.

– Мера наказания за изнасилование детей должна быть ужесточена. Через двенадцать лет в общество возвращается человек, которому следовало бы гнить в тюрьме всю оставшуюся жизнь. Стыд и позор таким судам.

– Ведь существует риск и повторного правонарушения?

– Если он выйдет в указанное время, то со стопроцентной вероятностью возьмется сразу же за старое.

Со Тувон раздраженно схватил пульт и вырубил телевизор совсем, чтобы не шумел. Ему пришло в голову, что зеленый лук и патиссоны, которые он заказывает для своего ресторана, в последнее время быстро портятся. Решил, что пора менять поставщика. Как-то сегодня лежать на больничной койке ему было некомфортно, он все ворочался с боку на бок, пока не уснул глубоким сном.

Разлепив глаза, сквозь моргающие веки он почувствовал свет от флуоресцентных ламп за ширмой. Со Тувон резко сел, выпучив глаза. Ему приснилось, что он сорвался вниз с обрыва. Мужчина проверил телефон: прошло около 2 часов 35 минут. Он нервно выдернул иглу из руки. Затем стянул верхнюю одежду с ближайшей небольшой вешалки