Искатель, 2007 №1 - Станислав Васильевич Родионов

Ну вот, после этих событий, через год приблизительно, я и родился. Конечно, пока рос, лет до восьми ничего не знал. Никто, само собой разумеется, об этом ребенку не говорил. Будучи старше, стал я примечать в разговорах старших людей, в том числе и моих родителей, упоминание о странном явлении, происходившем иногда в наших местах. Зябко поеживаясь и понизив голоса, толковали женщины (бывало и мужики) про какую-то Дарью-утопленницу, называли ее Белая Дарья. Всякие несуразности болтали — особенно старухи, знавшие эту Дарью еще живой.

У одних, свидетельствовавших о встрече с ней, призрак был не больше нормального человеческого роста. Другие очевидцы утверждали обратное: то есть что Белая Дарья иногда вырастала с вековую сосну, а то и выше. Случалось мне слышать, будто фигура ее похожа на клубящийся туман, вытягивавшийся вертикально, но лицо этой зыбкой фигуры не всегда возможно было различить. И для того, как считали скептики, требовалась значительная помощь воображения. Но некоторые упорно клялись, что лицо ее виделось отчетливо, все черты хорошо различались и даже понятно было, в каком призрак настроении — доброжелательном или мрачном. Случалось будто бы видеть, как в особых случаях лицо Белой Дарьи искажал гнев.

Никто не мог пожаловаться на какой-либо ущерб или неблагоприятное воздействие на людей со стороны этого явления. Да и не всегда тот, кто хотел бы лицезреть призрак, мог рассчитывать на удачу. Белая Дарья иной раз не появлялась несколько месяцев. Как-то ее исчезновение длилось почти год. Стали даже про нее забывать. Однако тут Дарья снова и предъявилась. Да еще и по скандальному, довольно страховитому поводу.

Дело в том, что двое местных парней, отслужив армию, вернулись в колхоз, но за работу браться не торопились. Не особенно прислушиваясь к понуканию председателя и бригадиров, они предпочли наняться на карьер грузить песок (получали там наличными). А еще повадились глушить рыбу в дальних уголках озера, что категорически запрещалось. Но в те годы гранат, снарядов и всякого прочего оружия валялось по окрестным лесам сколько угодно. Парни были пьющие, не раз затевавшие в деревне скандалы и драки. Короче говоря, дебоширы, пьянчуги и браконьеры. Милиционеров и егеря они не очень боялись. Первых задабривали вялеными лещами под пиво, а во втором случае действовали лихо и быстро, успевая погрузить оглушенную рыбу в лодку и скрыться.

И вот однажды, заехав в какой-то отдаленный бочаг, эти двое рванули шашку из тола. Всплыла рыба, к тому же тысячи мальков, которым теперь не суждено было стать взрослыми окунями, сигами и лещами. Плавая на лодке, браконьеры сгребали крупную рыбу. Неожиданно вокруг начали происходить странные явления. Слетевшиеся поживиться всплывшей мелочью чайки, крича, вились над ними. Вдруг горланящая стая разом умолкла и, будто сметенная незримой метлой, беспорядочно унеслась прочь. Вода в бочаге забурлила, а лодку неведомым течением понесло вдоль берега к тому приозерному холму, где еще чернела брошенная изба Савелия.

Парни гребли против течения что было силы, но бесполезно. Их лодку будто тащили на буксире, пока она не оказалась на середине озера. Поверхность воды успокоилась; подняв глаза, озадаченные браконьеры увидели Белую Дарью. Она шла по воде босыми ногами, как по земле, не проваливаясь, и молча смотрела на них. Парней охватил ужас, они уцепились за борта лодки и окостенели. Белая Дарья была в белой полотняной рубахе, с распущенными седыми волосами. Лицо нахмуренное, без кровинки. Она указала на свое бывшее жилище, потом (также гневно и размашисто) в ту сторону озера, где они устроили взрыв.

Рядом с ней началось какое-то сгущение прозрачного воздуха, и через минуту обозначились три фигуры — два парня примерно того же возраста, что и нарушители, третий совсем молоденький, лет семнадцати. Двое в военной форме, третий в расстегнутой рубашке, в латаных брюках и с одним ботинком на правой ноге, а на левой только рваный носок. У первого черный шрам поперек лба, у другого под гимнастеркой словно отсутствовала половина туловища, а молоденький в рваном носке со странно перекошенной шеей.

Браконьеры завыли от страшных видений и уже ждали смерти. Однако ничего не случилось. Трое неизвестных так же кротко развеялись, как и появились в прозрачном воздухе. Белая Дарья еще раз посмотрела на перепуганных парней, покачала укоризненно седой головой и пошла, ступая по воде, как по суше. Дошла до места чуть правее мыса с избой; не двинув ни рукой, ни ногой, будто водолаз в тяжелом скафандре, медленно опустилась в глубину. Тут только браконьеры очнулись и схватились за весла.

Приплыли в Антипово бледные, волосы дыбом, побежали к сельсовету, где немало селян собралось перед выездом на работы. Стали рассказывать про Белую Дарью и про все, что произошло. Некоторые не верили, смеялись и, подходя, говорили: «Дыхни», — подозревая, что перепуганные дураки пьяны. Но пожилые люди выспрашивали подробности, и по выражению их лиц было ясно: в историю с появлением призраков — Дарьи и троих ее сыновей — они верят. Одна из старушек, знавшая в былые годы бедную Дарью, как раз и напомнила об ее сыновьях. Поскольку в деревне у всех кто-нибудь погиб на войне, это напоминание никого особенно не смутило, но опечалило. Решили, кстати, покрасить ограду у братской могилы казненных партизан. А старую пустующую избу Савелия предложили разобрать. На месте былого хутора взялись выстроить домики под туристическую базу и двухэтажный Дом рыбака. Это предложение внесли в повестку дня собрания. Председатель Василий Сучков, давно выбранный вместо Анны Мартыновой, занес это решение в протокол, обещая доложить районному начальству. А парней, незаконно глушивших рыбу на озере, сговорились приструнить и воспитывать.

Однако браконьеры, навлекшие на себя раздражение Белой Дарьи, полностью пришли в себя, распетушились и стали кричать:

— Плевать нам на утопшую каргу! Как хотим, так и будем жить! Чего нас попрекаете? А на карьере работать или рыбу глушить никто нам не запретит. — После чего еще и разразились совсем нехорошей руганью.

— Окститесь, — говорили буянам старушки. — Подумайте про себя, дуроломы. Зачем зря смуту вносите? Глядите, как бы плохо не кончилось.

— Я эту уродину, которая по воде ходит, в следующий раз гранатой взорву! — заявил один из «дуроломов». — Развели тут привидений и нечистую силу.

— Гранаты и прочее сдать в милицию без разговоров, — приказал председатель Сучков. — Нет такого закона, чтобы вооружение иметь.

— Нечего нам нести в милицию, — ответили ему браконьеры. — А когда надо будет, в лесу найдем.

Вечером они отправились на станцию Подозерье, купили у тайной самогонщицы бутыль, напились