В поисках Сары - Дэниел Сверен-Бекер

мне, что произошло. Сказал, что Сару на самом деле никогда не похищали, что мой отец солгал об этом, чтобы украсть деньги, но теперь Сара действительно мертва. Я не поверил ему. Как я мог поверить в такое? Но когда я спросил маму, она сказала, что да, все это правда.

Если честно, вникать в детали было выше моих сил. Моей старшей сестры не стало. Она… Она всегда завязывала мне шнурки. Когда я был маленьким. Миллион раз на день я чувствовал себя тем малышом. Она всегда была рядом, всегда готова помочь…

Джанет Парселл (мать): Дэйв разрушил жизнь каждого из нас. Просто взял молот и разгромил абсолютно счастливую семью. А самое худшее… в этом не было никакой необходимости. Я уверена, он рассказал вам душещипательную историю о своем достоинстве, о том, что всегда был гвоздем, а не молотком. О том, как его мучил стыд из-за того, что наши дети лишены всех этих возможностей. Это полная чушь. Наши дети были в порядке. Они были счастливы. Они в жизни ни разу не остались без обеда. Да, мы не могли позволить себе то, что могут позволить себе богатые. И что с того? Дети даже не думали об этом, сам Дэйв всегда указывал на это! Он посчитал трагедией, что Сара не брала уроки верховой езды. Вздор. Сара нашла бы свой путь в жизни, даже если б пропустила тот летний курс в Джульярде. Это была мечта Дэйва, а не ее. Конечно, она хотела поехать, но Дэйв на этом просто помешался.

Его родители были бедными, нищими. Жили в доме на колесах с трубой из туалета, торчащей во двор. Он всегда гордился тем, что смог вырваться из той захолустной жизни, понимаете, что добился большего, чем его родители… И, надо отдать ему должное, хотел такого же будущего для наших детей. Всегда говорил: «Если мы не сделаем свою работу как надо, однажды наши дети будут чувствовать себя неловко из-за нас». Оказалось, что только он один чувствовал себя неловко из-за того, как мы живем.

Джек Парселл (брат): Мне потребовалось время, чтобы наконец все понять. И тогда я осознал: Сара погибла из-за моего видео. Если б все случилось так, как планировали они с отцом, она была бы жива. Я не говорю, что у них все получилось бы и их не поймали, но ее точно не убили бы. Она вернулась бы домой через несколько дней. Никогда не стала бы знаменитой. Все изменилось, как только Кейси увидела мое видео и примчалась сюда, чтобы найти нас.

Знаю, вину можно возложить на многих. Но никто не сможет убедить меня, что это случилось бы, даже если б я не выложил видео с плачущими в гостиной родителями.

Беверли Гири (бабушка): Я плевала в лицо этому человеку после того, как все раскрылось. И, господи, я сделаю это снова, если мы столкнемся. Я говорила Джанет, когда они только начали встречаться: «Этот идиот сломает тебе жизнь».

Джанет Парселл (мать): Это совсем не правда. Моей маме он всегда нравился, вплоть до того дня, когда она узнала, почему погибла Сара. Впрочем, надо отдать ей должное, она действительно плевала ему в лицо.

Беверли Гири (бабушка): Он не мужчина. Настоящий мужчина не пойдет на обман, чтобы обеспечить семью. Он идет и работает. Меня не волнует, что его бизнес прогорел. Соберись и исправь ситуацию. Мой муж – который, кстати, ни разу в жизни не солгал – давал Дэйву много возможностей в магазине. Дэйв был слишком горд, чтобы принять их.

Эзра Филлипс (критик поп-культуры): Хрупкость белой маскулинности – это реальная вещь, и я чувствую себя более чем компетентным, говоря об этом, и вижу в Дэйве трагическое ее воплощение.

Это демографическая группа, которая всегда занимала высший слой общества – финансовый, политический, физический, социальный. И хотя люди не любят это признавать, социальные изменения – это игра с нулевой суммой. Успехи других демографических групп достигаются за счет тех, кто ранее имел преимущества. Я надеюсь, все мы согласимся, что эти сдвиги в структуре власти необходимы и заслуживают похвалы, но скорость изменений оказалась губительной для белых мужчин.

Я называю момент, в котором мы сейчас находимся, «великим выравниванием». Да, условия становятся более равными для многих маргинализированных групп. Но есть и другое прочтение этой фразы: белых парней просто сносят. Все встроенные преимущества белой маскулинности становятся бесполезными или, что хуже, токсичными, и неудивительно, как эти мужчины реагируют. Они – группа с наименьшим опытом преодоления неудач, с наименьшей институциональной устойчивостью к трудностям. Иногда за современный прогресс приходится платить реальную человеческую цену, и предсмертные судороги превосходства белых мужчин оказались уродливым зрелищем.

Я постоянно слышу слово «стойкость» как универсальный термин для обозначения упорства… адаптивности… способности преодолевать препятствия. У белых мужчин нет стойкости, потому что никогда раньше она не была им нужна. Я не хочу сказать, что никто из них никогда не сталкивался с трудностями. Или что работа в сфере физического труда или личная трагедия не требуют стойкости. Я говорю, что белые мужчины – буквально единственная демографическая группа, которая никогда не сталкивалась с предрассудками, и, следовательно, их «мышцы стойкости» атрофировались.

К чему это приводит? У Дэйва Парселла, без сомнения, была череда неудач. Он потерял свой бизнес. Его возможности сузились. Он перестал чувствовать себя опорой семьи и лидером. И как он отреагировал? Попытался смошенничать, чтобы получить то, чего не заслуживал. Вместо того чтобы найти путь вперед, который не ущемлял бы других, он посчитал, что имеет право продвинуться. Он верил, что заслуживает этого, потому что это было все, что он когда-либо знал. И когда этот статус оказался под угрозой, он оказался способен на все.

Вот что такое хрупкость белой маскулинности. И после всех этих рационализаций и оправданий у нас остается сложный вопрос: заслуживают ли эти люди, это новое, испытывающее трудности поколение белых мужчин хоть капли сочувствия?

Я в себе его не нахожу.

Джанет Парселл (мать): Я знаю, почему Дэйв это сделал. Мне не нужны все эти заумные слова. Он чувствовал себя неудачником и не мог с этим смириться. Все это увидели, когда правда раскрылась. И они имели полное право судить нашу семью. Как можно было не судить?

Томми О’Брайен (сотрудник «Гири хоум энд гарден»): Нет, чувак, не круто. Вот что я подумал, когда узнал. Я пахал как проклятый, разыскивая ее, понимаете? Я тратил деньги на бензин, колесил повсюду, бродил по лесам, пропускал работу, и все