Колодец Смерти - Селин Данжан

— Хорошо. Послушай меня, Давид. Мы должны обязательно выявить убийцу и преподнести его на блюдечке следователям. Это единственный способ для нас выйти из этого целыми и невредимыми.

— Но я спрашивал Валериану, у нее нет ни малейшей идеи, кем может быть этот тип, черт побери!

— Может быть, но у меня есть идея, вполне правдоподобная идея.

— Правда? — с надеждой спросил Давид.

— Ты помнишь того толстяка? Друга детства Клары?

Наступило короткое молчание, затем Давид сказал:

— …Да-да. Да, я помню, еще бы! Мы его с грязью смешали, — добавил он голосом, полным раскаяния.

— Ммм… детские проделки, мы не отдавали себе отчета.

— Ох, черт! Ты думаешь, это он? Но какой… какой в этом смысл… я имею в виду — через двадцать лет?

— Давид, есть кое-что, о чем я вам никогда не рассказывал, — вздохнул Александр, — потому что в глубине души не очень-то этим гордился.

— О чем ты?

— Этот парень, после того, что мы с ним сделали, нашел меня. Он посмотрел мне прямо в глаза и пообещал отомстить всем нам.

У Давида вырвался нервный смешок, и он недоверчиво воскликнул:

— Чувак, ты сам-то себя слышишь? Мы были подростками! А этот парень — даже младше нас! Это пустые угрозы, Алекс! Сказанные от безнадеги пацаном, который только что пережил самый большой позор в своей жизни! Ты не можешь серьезно относиться к угрозам двадцатилетней давности…

— «НЧС», Давид! — перебил его Александр. — Это ведь было двадцать лет назад, так или нет?

Ответ — лишь растерянное молчание.

— Этого «пацана», как ты его называешь, мы публично унизили. Растоптали его. Украли у него Клару. Ограбили его, разбили его чертово сердце, полное любви к ней. И в довершение всего он поклялся отомстить. Какие аргументы тебе еще нужны?

— Но откуда он мог узнать об «НЧС»?

— Помнишь дурацкий дневник, который Клара вечно таскала с собой?

— Да, — прошептал Давид.

— Валериана сказала, что так и не нашла его.

Давид издал что-то похожее на стон, и Александр встревожился.

— Давид, с тобой все нормально?

— Да… то есть нет… Я не знаю, твою мать! Ты говоришь мне, что этот тип забрал дневник себе! Ты понимаешь, что это значит?!

Брат-близнец напомнил ему контейнер, наполненным нитроглицерином, который может взорваться при малейшем движении.

— Успокойся, Давид… Дыши, ладно? Давай, дыши, я жду.

Давид подчинился, и в телефоне послышалось его вдохи. Александр выждал достаточно времени, внимательно прислушиваясь к дыханию брата. Почувствовав, что тот успокоился, он продолжил:

— Ну, хорошо, братец. А теперь слушай меня внимательно: даже если дневник у толстяка, он не может знать, что произошло в последний день. Тебе это понятно? — медленно сказал он, выделяя каждое слово.

— Да, вполне понятно.

— Значит, нет смысла паниковать, согласен?

— Ладно.

— Этот тип мстит за то, что мы с ним сделали. И подписывается «НЧС», чтобы напомнить нам то время и показать, что он ничего не забыл.

— Да, и кстати, он говорит нам, что теперь мы поменялись ролями, — объяснил Давид.

— Возможно, ты прав… Как бы то ни было, мы должны его найти. Это единственный выход из ситуации.

— Ты не можешь взломать школьный сервер и найти в нем список бывших учеников?

— Представь себе, Давид, я это уже сделал! Только 2001 год был эпохой динозавров. Я надеялся, что они оцифровали свои бумажные архивы, но нет. Поэтому нам нужно действовать по-другому.

— Я поговорю об этом с Валерианой, хорошо? Она должна знать о нем многое. Клара наверняка ей рассказывала.

— Если она хотя бы запомнила фамилию, это уже хорошее начало! Тогда я смогу найти какую-нибудь информацию в интернете.

— А если этот тип и есть тот самый гребаный психопат, тогда что? Как нам сообщить о нем в полицию и самим не спалиться?

— Всему свое время, Давид. Сначала найди мне этого парня.

***

Давид Шаффер подождал, пока дыхание спящей Денизы станет ровным, и осторожно вылез из постели. На цыпочках он пересек комнату, замер на пороге и прислушался. Жена по-прежнему спала. Отлично. Крадучись, он спустился по лестнице и вошел в кабинет, где его уже ждал одноразовый телефон с предоплаченной связью. Электронные часы на стене показывали 23:12, но в СМС Валериана ему написала, что он может позвонить в любое время. Взяв телефон, Шаффер вышел из кабинета и отправился в гараж. Адский холод пробрал его до костей, но он предпочел эту неприятность, лишь бы Дениза ничего не слышала. Все-таки он немного задержался, чтобы надеть старую парку, висевшую на крючке, прежде чем нажать кнопку вызова. Валериана ответила после первого гудка.

— Это я, — сказал он, чувствуя, что это звучит довольно глупо.

— Да. Что-то случилось?

— Я говорил с Александром сегодня днем.

И Давид начал излагать свой разговор с братом. Валериана его ни разу не прервала. Он закончил, и в ответ повисло долгое молчание.

— Валериана, ты здесь?

— Да… я просто размышляю… — ответила она нервно. — Александр действительно думает, что убийцей может быть этот парень?

— А кто еще, если не он? — возразил Давид как можно убедительнее.

— Но это совершенно бредовая гипотеза! Ты представляешь себе кого-нибудь, кто ждал бы двадцать лет, чтобы отомстить за унижение, пережитое в школе?!

Давид почувствовал, как огромная тяжесть навалилась ему на плечи. Александру хорошо! Ему легко рассуждать, укрывшись в Веллингтоне! Это не ему приходится иметь дело с реальностью.

— Послушай, Лери, если ты считаешь это бредом, скажи ему об этом прямо! Я ведь прислал тебе его номер телефона!

В трубке послышался усталый вздох. Затем долгое молчание, и наконец Валериана прошептала:

— Тибо. Его звали Тибо.

— А фамилия?

— Не знаю! — рассердилась она. — Я что, должна ее помнить?! Я даже не уверена, что была с ним знакома!

— Эй, не надо на меня набрасываться!

Пока он отвечал, в телефоне раздавалось тявканье. Судя по всему, у Валерианы была собака.

— Тсс… Все в порядке, Бальто, извини, что я кричу… Он был в обычном втором классе, без спортивной программы, — добавила она, и Давид заметил, как напрягся ее голос.

— Ему не светило попасть в КАС, у него было ожирение, Лери!

— Я это сказала, чтобы ты понял: он не был в одном