Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 - Сергей Павлович Бакшеев

— Речь не о ней, а обо мне.

Валеев опешил:

— Ты… беременна?

— Думаешь, я настолько стара, что не способна на это? — нервно усмехнулась Елена.

Валеев вконец растерялся:

— Нет, Лен, я хотел сказать… если ты…если это…

— Иди уже, — махнула рукой Петелина. — Мне действительно пора заняться Сорокиным.

31

Ночь, проведенная в камере, подействовала на Вадима Сорокина отрезвляюще в прямом и в переносном смысле. Оказалось, что звездный статус, выручавший при нарушениях правил парковки, утрачивает свое значение, когда речь заходит об убийстве. Никто не помогает, никто не выручает, а журналисты были бы счастливы, если бы обвинения в двойном убийстве подтвердились.

Увидев в кабинете знакомую женщину-следователя, Сорокин воспрял духом. Общение с дамами ему удавалось лучше, чем с мужчинами. Ключик к женской душе — это искренность. Показная или настоящая — не важно. Главное — мастерство исполнения.

В кабинет Сорокин шагнул как на сцену. Черты его лица обострились, глаза сияли трагической решимостью праведника, взошедшего на эшафот, а руки, как надломленные крылья, пытались доказать, что он не трусливый сурок, а сокол, рвущийся к небу.

— Я все расскажу. Все, без утайки. Мне нечего скрывать. Я чист перед законом, я…

— Для начала сядьте, — остудила актерский пыл следователь, указывая жестом на стул.

Актер повиновался, набрал в грудь воздуха для новой реплики, но его опередила следователь. Включив диктофон, она спросила:

— Ваше фамилия, имя, отчество?

— Как? Я Сорокин! — актер приосанился и приложил руку к груди.

— Представьтесь полностью, для протокола. Также сообщите род занятий и место жительства.

Сорокин скороговоркой продиктовал формальные сведения и переключился на объяснения:

— Да, у меня был секс с Рудаковой, я этого не скрываю.

— Скрывали, — напомнила следователь.

— Я не хотел компрометировать женщину. Тем более, ничего особенного не произошло. Милена была жутко расстроена из-за неудачной пластики. Я заверил, что она прелесть, и в доказательство утешил ее по-быстрому в гримерке.

— Звучит, как песня. Что было дальше?

— Все! Больше ничего не было, мы расстались.

— Где?

— Я сел в свою машину, она пошла к своей.

— Так же, как Леся Нестеренко. — Петелина нарисовала на листке два чулка и провела к ним стрелки из одной точки. — Странное совпадение, Сорокин: как только вы расстались, или якобы расстались, обе женщины стали жертвами жестокого преступления.

— Никаких якобы! Я сам — жертва! — воскликнул актер абсолютно искренне.

— Звездной болезни? Захотелось острых ощущений или решили, что вам все дозволено?

— Я жертва шантажа, — убеждал покрывшийся потом Сорокин. — У меня есть доказательство. Верните мой телефон, я покажу, что мне прислали.

Петелина, подумав, извлекла из стола изъятый телефон и придвинула актеру. Технику уже проверили криминалисты и скопировали информацию.

— Сейчас, сейчас, — он вцепился в телефон, но через минуту уже хватался за голову: — О, боже! Я все удалил. Я пропал!

— Хватит истерики, вы не на сцене. — Петелина дала артисту стакан воды и салфетки. Когда тот чуть успокоился, она спросила: — Что именно вы удалили?

— Мне прислали видео и потребовали денег.

— Что там было?

— Я и Милена в гримерке в тот самый момент, когда…

— Когда вы утешали ее, по-быстрому?

Сорокин кивнул, опустил глаза и признался:

— А в конце видео — ее труп. В машине. Крупным планом.

— Тело сфотографировано ночью или утром? — встрепенулась Петелина.

— Что?

— Кто прислал запись?

— Он подписался Memento Mori.

Петелина заинтересовалась информацией и позвонила в лабораторию Устинову:

— Миша, можешь восстановить стертые записи в телефоне?

— Легко, если это произошло недавно и их уничтожил обычный пользователь.

— Речь идет о телефоне Сорокина. Зайди ко мне.

— Ну, этого не требуется, — снисходительно признался эксперт. — Подсоедините, пожалуйста, телефон к вашему ноутбуку.

Следователь положила трубку, включив громкую связь, соединила смартфон Сорокина с ноутбуком и собралась сообщить об этом Головастику, как тот опередил ее:

— Я вижу.

Петелина не прикасалась к клавиатуре, а по ее монитору двигалась стрелочка, открывались вложенные окна, мелькали списки файлов.

— Так, данные восстановлены, — докладывал Устинов. — Что ищем?

— Видеофайл от Memento Mori.

— Секундочку… Этот?

На мониторе появилось видео, о котором рассказал Сорокин. Было немного жаль, что кадры с задушенной Рудаковой были сняты в светлое время, после обнаружения трупа. Если бы снимки были ночными, то причастность фотографа к убийству стала бы практически доказанной.

— Вот видите, я не обманываю, — оживился актер. — Меня шантажировали. Потребовали тридцать тысяч долларов.

— И вы согласились?

— У меня был план не просто отдать деньги, а узнать, кто такой Memento Mori.

— Узнали?

Сорокин поморщился и потер ссадину на голове.

— Он встретил меня около ресторана, завел во двор. На нем была куртка с застегнутым капюшоном и большими очками. Я отдал деньги и достал пистолет. С виду, как настоящий, но только звук издает. Я потребовал, чтобы он расстегнул капюшон. Он так и сделал, но… На его лице оказался чулок.

— Черный чулок?

— Да. Этого я не ожидал и растерялся. Буквально на секунду. Он воспользовался, и ударил меня по голове. Кажется, рюкзаком. Он пришел с рюкзаком на встречу.

— Вы потеряли сознание?

— Да, но в последний момент я успел выстрелить. Очнулся — ссадина на голове, денег нет, а пистолет он не взял, понял, что бутафорский. Я пошел в ресторан, при входе обнаружил черный чулок на шее. Быстро снял его, сунул в карман, чтобы не заметили. И забыл! А вы нашли.

— Вам повезло: чулок не совпадает с тем, которым задушили Нестеренко.

— И вы называете это везением? — готовый расплакаться актер, покосился на конвоира, оставшегося у двери.

Вместо утешения Петелина приказала конвоиру присмотреть за Сорокиным, а сама спустилась в лабораторию. У нее появилась идея.

— Миша, проверь удаленные файлы в телефоне Нестеренко.

— Так же, как у Сорокина? Нет проблем.

Светлана Маслова при появлении следователя отключила микроскоп, встала из-за стола и взяла несколько фотографий.

— Елена Павловна, а я собиралась вам звонить, — радостно призналась она.

— Нашла что-то важное?

— Не исключено. Помните, в момент убийства Нестеренко была без перчаток, — Маслова показала снимок с места преступления.

— Да, точно. Или руль с подогревом, или много выпила и забыла надеть.

— Лопахин при описании повреждений на теле указал, что ноготь на среднем пальце правой руки частично сломан.

Петелина кивнула, подбадривая криминалиста.

— Я еще раз обследовала автомобиль Нестеренко и нашла там сломанный ноготь. — Маслова продемонстрировала крупный снимок из салона автомобиля. — Под ногтем есть засохшая кровь, пригодная для идентификации.

— Нестеренко сопротивлялась и поцарапала убийцу?

— Руку.

— Почему именно руку? Она могла дотянуться до лица душителя.

Маслова покачала головой и указала на микроскоп.

— Там есть и микрочастицы латексной резины. Убийца был в перчатках. Она прорвала их и царапнула по