Самая милая пара - Мэри Кубика

но фары по-прежнему не горят. Я стою и смотрю ей вслед, пытаясь перевести дыхание. Надо было сказать ей про фары. Пробегаю остаток пути до своего дома, радуясь, что не промокла насквозь. Открываю гараж, вхожу, и дверь опускается за мной. Я одна. Отдуваюсь и пытаюсь осмыслить случившееся.

Чего я испугалась?

Кто, как мне казалось, мог меня преследовать?

Жду, пока дыхание придет в норму, и вхожу в дом.

– Ты быстро, – говорит мама.

Я оправдываюсь, виня погоду.

– Ты запыхалась, Нина.

– Дождь пошел, пришлось бежать.

– Промокла. Возьми-ка полотенце.

Одежда под плащом осталась сухой, только на рубашку упало несколько капель, но волосы мокрые, и туфли поскрипывают. Я снимаю их и отношу в заднюю прихожую.

– Не надо, все в порядке. – Вытираю мокрые следы на полу. – Я пойду, переоденусь во что-нибудь сухое. Сейчас вернусь и начну готовить.

Я поднимаюсь по лестнице в спальню. Закрываю дверь и сажусь с ноутбуком на кровать. Сердце еще не успокоилось. С минуту просто сижу, пытаясь собраться с мыслями. Дождь перешел в ливень и стучится в окна. Оглядываюсь, проверяю, все ли закрыты.

Захожу на свою страницу в соцсети. Наши друзья Анна и Дэмиен уже объявили о ее беременности в социальных сетях, использовав для этого фелт-доску [10]. На доске слова: УЖЕ СКОРО. Анна держит ее около заметно округлившегося живота, а Дэмиен стоит рядом, обняв жену за плечи. Анна сияет от счастья, на ней потрясающее мини-платье с многослойным силуэтом, и я ощущаю укол зависти, потому что не знаю, будет ли когда-нибудь на такой же фотографии женщина, похожая на меня. Мне уже тридцать восемь. В наши дни это называют гериатрической беременностью. Другими словами, я слишком стара, чтобы заводить детей. Я чувствую себя так, будто мне девяносто лет. Да и ситуация у нас с Джейком не та, чтобы всерьез думать об этом. Мы не разговариваем, я не знаю, могу ли положиться на него, и даже не знаю, где он сам. Дэмиен с обожанием смотрит на Анну. Она так же смотрит на него. Они любят друг друга, это видно.

Джейк ни разу не смотрел на меня так.

Я захожу на соседскую страницу в соцсети и ищу ответы на свой вопрос. Мне нужно увидеть лицо Джейка. Мне нужно знать, почему он был здесь.

В комментариях к моему посту кто-то написал, что иногда посылку по ошибке отмечают как доставленную, хотя фактической доставки не было. Предлагает подождать еще день, а потом сообщить в службу об ошибке. Мне нужно не это.

К счастью, это не единственный ответ. Дом, расположенный по диагонали от нашего, поделился видеороликом с комментарием. Не уверен, что это поможет, пишет автор, но хронология подходит.

Я разворачиваю видео на весь экран ноутбука. Камера захватывает крыльцо и участок домовладельца, а также улицу и частично дом на другой стороне. Качество изображения лучше, чем я ожидала. Единственный минус – это то, что разглядеть наш дом с этого ракурса я не могу.

Тем не менее на видео есть кое-что, что, по мнению автора, может иметь отношение к моему делу, и я смотрю, не понимая, какое именно отношение он имеет в виду.

На крыльце растения в горшках. Это декоративная трава, гигантские плюмажи которой колышутся под ветром. Динамики улавливают звук ветра, усиливая его так, что звук становится невероятно громким, и ветер уже напоминает торнадо.

Я не отвожу глаз от экрана. Жду, зная, что что-то должно произойти, но не зная, что именно.

Сначала слышу звук автомобиля. Потом в кадр попадает черная машина, четырехдверный седан. Я не сильна в машинах. Джейк на моем месте разобрался бы лучше. Качество видео хорошее, но вот насчет ракурса я не уверена. Вид сзади не позволяет определить ни марку, ни модель автомобиля, а регистрационного знака просто не видно.

Машина останавливается на обочине прямо напротив камеры дверного звонка. Стоит. Водитель не выходит, и я уже не уверена, что он вообще выйдет.

Может ли это быть Джейк? Возможно ли, что с его машиной что-то случилось? Может быть, Джейк взял автомобиль напрокат или одолжил у кого-то?

Дверца открывается. Из машины выходит мужчина. И на меня накатывает волна разочарования. Не то. Все не то. Этот человек не Джейк. И машина не Джейка. Незнакомец выше Джейка и более подтянут. Джинсы, куртка, что-то на голове. Руки он держит в карманах, походка уверенная, и уже только по ней я могу сказать, что это не Джейк. У моего мужа походка тоже уверенная, но совсем другая.

Мужчина обходит машину сзади, пересекает газон и, по-прежнему держа руки в карманах, выходит на тротуар и из поля зрения камеры видеозвонка.

Его лица я не вижу, оно повернуто в другую сторону, но это не имеет значения, потому что по тысяче разных признаков я знаю: это не Джейк.

Видео заканчивается.

И мое сердце сжимается от отчаяния. Это уже не важно. Тот, кто поделился со мной этим видео, думал, что поймал вора, укравшего мою посылку. Но никакого похитителя посылок нет. Это просто кто-то, приехавший навестить друга. Никакого отношения ко мне он не имеет.

Я сворачиваю экран.

Благодарю за видео. Спасибо. У кого-нибудь есть доказательство того, что именно этот человек украл мою посылку? Другими словами, есть ли у кого-нибудь реальная запись с моим домом или дверью? Это то, что мне нужно. Я хочу увидеть Джейка. Я не хочу видеть какого-то незнакомца. Придется ждать и надеяться, что у кого-то есть более значимое видео.

Кристиан

Посреди ночи что-то вырывает меня из сна, и вот я уже сижу, толком еще не проснувшись, в постели. Что это было? Что я услышал? Я не смог бы ответить, даже если бы от этого зависела моя жизнь. Но я знаю, что где-то там, на самом пороге, разделяющем сознательное и подсознательное, сигнальная система отреагировала на какой-то звук.

Рядом со мной крепко спит и тихонько посапывает Лили. Я не бужу ее.

Задерживаю дыхание, прислушиваюсь. Всматриваюсь в темноту.

Я так хорошо спал. Впервые за несколько ночей я заснул, как только голова коснулась подушки. И как будто провалился в беспамятство.

Часы в другом конце комнаты показывают 4:12.

Шарю взглядом по комнате. В спальне темно, как в угольной шахте. Темнота мутная и непрозрачная, разглядеть в ней что-нибудь невозможно.

Дверь закрыта и заперта. Пока что мы будем спать вот так. Раньше мы никогда не спали с закрытой дверью. Но теперь Лили чувствует себя в