Искатель, 2012 № 08 - Журнал «Искатель»

кому нравится. Видимо, далеко не последние в их продолжающейся череде. Я вспомнил свое желание необычного, загаданное совсем недавно при виде похожего на падающую звезду космолета. Что ж, жаловаться мне было не на кого.

Планер заложил новый крутой вираж, и на этот раз Рэ не сумел удержать в узде мое непривычное к подобным трюкам тело: исторгнутое содержимое желудка полетело вниз, как ненужный балласт, а, казалось, несколько облегченный планер, задрав нос, опять полез вверх, в белесую зелень с ускользающим в сторону шариком голубого солнца.

Через какое-то время я заметил, что его диск ушел куда-то вбок и вообще светит совсем не с той стороны, что вначале. Внизу же показался огромный вытянутый язык желтого океана. Красная песчаная полоска напоминала узкую губу, растянутую в, чудовищной ухмылке. Все это мне не понравилось, так как вновь угрожало встречей с коптерами Пограничников. Видимо, энергисты прилетели со стороны океана, но к нам заходили по гигантской дуге, чтобы обмануть бдительность Пограничников и подстраховаться на случай возможного преследования.

Вылетев на океан, планер опять повернул и пошел теперь на некотором удалении от берега параллельно полосе прибоя.

«Не лучше ли было дождаться темноты?» — опасливо усомнился я.

«Дело в том, что, скорее всего, нам не дали бы такой возможности. К тому же я мог бы пропустить момент окончания маршрута. Космос их знает, куда они подевали прибор ночного видения и был ли он у них вообще. Хотя теперь, надеюсь, он нам уже не понадобится, — охотно поделился пилот нашего планера и моего тела. — Кроме того, в случае опасности нашу птичку можно легко переделать в скоростной аппарат с гравидвигателем».

«Держись!» — внезапно вскрикнул Рэ через какое-то время, выводя меня из тягостных раздумий о будущем. Скорее всего, он имел в виду чисто моральное действие с моей стороны. Рука моя указывала на две появившиеся точки, идущие нам навстречу на такой же примерно высоте. Они быстро приобретали легко узнаваемые очертания коптеров. Наш планер стремительно пошел вверх, и вскоре оба встречных аппарата оказались значительно ниже нас. Хотя мы уже находились от дома на довольно приличном расстоянии, на равных промежутках по периметру побережья имелись другие базы Пограничников. И если раньше дневная встреча в воздушном пространстве с патрульным копте-ром ничем не грозила противной стороне, то после известных событий вся их служба наверняка была поставлена на ноги. К тому же по времени и на тела энергистов в развалинах нашего дома кому-то пора было уже наткнуться, да и Друг Пограничников наверняка доложил о моем терроризме. По угнанному элмобилю, выйдя к месту хранения планера, не составило труда определить, что сбежал я с помощью этого вполне реального аппарата.

Коптеры разделились под нами по широкой дуге, и правый из них начал свечой набирать высоту, выходя в плоскость полета планера и продолжая подниматься выше. На его борту замигали яркие вспышки, надо понимать — предупредительные сигналы, чтобы мы снижались для посадки и досмотра. Продолжая одной рукой управлять аппаратом, другой Рэ извлек из удерживаемой дополнительной лямкой сумки прибор, лишь отдаленно напоминавший захваченный нами портативный лучемет. Раздвинув ствол и откинув приклад, он попытался поймать в прицел верхний коптер. Я догадался, что это и есть дальнобойный лучемет с лазерным наведением. Планер завалился на крыло, и в тот же миг нечто, отвратно шипящее, пронеслось выше моей головы и исчезло в пространстве. По дымному следу от одного из коптеров я сообразил, что Пограничники пальнули по нам ракетой, древним, но эффективным оружием, и только реакция Рэ вновь спасла нас. Маловероятно, что экипаж коптера стал бы тратить время и снаряд на предупредительный выстрел. Наверняка меня ославили по информсети как вооруженного и крайне опасного, на все готового преступника, со всеми соответствующими инструкциями в случае обнаружения.

Пасс моей левой руки над панелью управления, и вот неожиданно режим полета изменился, крылья ушли назад и сомкнулись на фюзеляже, приняв вид дельтовидной пластины, а сам корпус деформировался, вздуваясь, пока не застыл в каплевидной форме. Теперь я находился уже не в планере, а, скорее, в гравиплане, ибо новая форма крыла уже не могла удержать аппарат от скольжения вниз. Опять желудок подскочил к горлу. Мы провалились вниз в тот самый момент, когда второй снаряд с длинным дымовым шлейфом прошел через только что занимаемую нами пустоту. Промелькнул мимо коптер, уносясь вверх, но моя рука успела нажать гашетку, и закрепленный ствол лучемета плюнул тонким лучом, поразившим, как показалось, цель. Заработал в полную силу антигравный двигатель, и мой аппарат полез ввысь, переворачивая меня вверх ногами. Небо и океан поменялись местами. Высоко над головой, точнее, ниже к земле, подбитый коптер закувыркался, совершая тщетные рывки для стабилизации полета. Мой аппарат закончил мертвую петлю, а далеко подо мной заваливающийся на борт коптер рухнул на занявшую прежнее положение поверхность океана и подскочил над ней несколько раз, как огромный поплавок.

Второй механический шмель неожиданно объявился в поле зрения сбоку и чуть ниже, от него тотчас отделился третий снаряд и, напоминая дымное копье, устремился прямо к нам. Точное попадание иглолуча из моего оружия разметало летящую боеголовку на полпути до цели. Но тут же глаза мои ослепли на мгновение от заработавшего лучемета Пограничников. Мой аппарат, начавший было превращаться в летающую тарелку овального сечения, вздрогнул всем корпусом, получив сильный удар пучком энергии, и прекратил незаконченную метаморфозу. Уже успевший нарасти надо мной прозрачный колпак кабины оплавился и помутнел, сохранив мне жизнь. Рэ попытался развернуть в прорези блистера лучемет, ловя в прицел приближающегося врага, но ствол заклинило натекшей расплавленной массой. У меня создалось впечатление, что Рэ стремился не столько поразить атакующие коптеры, сколько сохранить доставшуюся нам машину энергистов, вывести ее из-под огня, использовать скоростное преимущество, изменив форму аппарата для отрыва от преследователей. Пограничники успели нанести еще один удар по корпусу прежде, чем Рэ сумел отклонить наш флаер в сторону берега.

Завалившись на бок, незавершенная тарелка пронеслась над прибрежной полосой; мелькнул тонущий в волнах сбитый прежде коптер с темными мячиками голов спасающего вплавь экипажа; замелькали, не успевая запечатлеваться на сетчатке глаз детали красноватой поверхности. Деревья, валуны, мелкие строения, прямоугольные делянки местных жителей, затем потянулся светло-фиолетовый лесной массив. Я и не представлял таких плотных зарослей всего в каких-то двух часах лета от наших сравнительно пустынных мест. Высота стремительно