Зарубежный детектив-2. 2026. Компиляция. Книги 1-9 - Алисия Хименес Бартлетт

— От потрясения?

— Нет, от удивления. Ничто из того, что делал Нико, не могло меня потрясти.

— Даже воскреснув из мертвых?

— Даже воскреснув из мертвых.

Вдалеке показался всадник, мчавшийся вдоль лужайки быстрым шагом. Он проскакал немного, потом замедлил ход и исчез под деревьями.

— Это был Дик, — сказала она, — на своём любимом Вспыльчивом.

— Сколько у него лошадей?

— На самом деле, не знаю. Довольно много. Они не дают ему скучать. — Я взглянул на неё и увидел, как уголки её губ стали жёсткими. — Он старается из всех сил, — сказала она с усталой откровенностью. — Нелегко быть женатым на деньгах, хотя, конечно, все думают иначе.

— Он знал о вас с Питерсоном? — спросил я.

— Я же говорила, не могу сказать. Дик держит всё в себе. Я почти никогда не знаю, о чем он думает, что он знает.

Мы добрались до деревьев. Тропинка сворачивала влево, но вместо того, чтобы идти по ней, Клэр взяла меня за локоть и повела вперед, в рощу, как, наверное, её назвали бы вы; потребовалось место, похожее на Лэнгриш-Лодж, чтобы заставить меня покопаться в словаре в поисках нужного слова. Земля под ногами была сухой и пыльной. Над нами деревья издавали сухие, бормочущие звуки — думая, наверное, о своей родной земле, где воздух, говорят, всегда сырой и дождь льёт с легкостью чего-то запоминающегося.

— Расскажите мне о вас с Питерсоном, — попросил я.

Она смотрела на неровную землю, осторожно ступая по ней.

— Мало можно сказать, — сказала она. — Дело в том, что я почти забыла его. Я имею в виду, я почти перестала вспоминать его или скучать по нему. Когда он был жив, я имею ввиду, когда мы были вместе, между нами почти ничего не было.

— Где вы познакомились?

— Я же сказала — клуб «Кауилья». Потом я снова встретила его, несколько недель спустя, в Акапулько. Это было, когда… — снова слабый прилив крови к её щекам, — ну, вы знаете.

Я не знал, но догадывался.

— Почему именно Акапулько?

— А почему бы и нет? Это одно из таких мест, где собираются люди. Как будто, место созданное для Нико.

— Не для вас?

Она пожала плечами.

— Немногие места подходят мне, мистер Марлоу. Мне легко заскучать.

— И всё же, они собираются там. — Я попытался скрыть горечь в голосе, но не преуспел.

— Вы знаете, что не должны презирать меня, — сказала она, стараясь, чтобы это прозвучало игриво.

На мгновение я почувствовал легкое головокружение, какое бывает, когда ты молод и девушка говорит что-то, что заставляет тебя подумать, что она заинтересовалась тобой. Я представил себе, как она там, в Мексике, на пляже, в цельном купальнике, полулежит в шезлонге под зонтиком с книгой, а Питерсон проходит мимо и останавливается, делая вид, что удивлён её появлением, и предлагает принести ей что-нибудь прохладное в высоком стакане, приготовленное парнем в сомбреро, торгующим напитками в киоске под пальмами за пляжем. И в этот момент, когда мы вышли из-за деревьев, показался океан, с длинными ленивыми волнами, накатывающими на берег, как будто это мне удалось его мысленно создать, суетились кулики, и труба на горизонте тянула за собой неподвижный шлейф белого пара. Клэр Кавендиш вздохнула и, казалось, вряд ли осознавая, что делает, взяла меня под руку.

— О Господи, — произнесла она с внезапной страстной дрожью в голосе, — как мне здесь нравится.

Мы вышли из-за деревьев на берег. Песок был плотно утрамбован, и идти по нему было легко. Я знал, как неуместно выгляжу в своем темном костюме и шляпе. Клэр заставила меня остановиться и, держась одной рукой за мое предплечье, наклонилась, чтобы снять туфли. Я подумал о том, что произойдет, если она потеряет равновесие и упадет на меня, так что мне придется подхватить её под локоть. Это была одна из тех глупых мыслей, которые приходят в голову в подобных случаях. Мы пошли дальше. Она снова взяла меня под руку. В другой руке она держала туфли, болтающиеся на кончиках двух пальцев. Должна была звучать музыка, громкие и, в то же время, мягкие напевы скрипок, и какой-то парень с гласной на конце своего имени, мурлычущий о море, песке, летнем ветре и вас…

— Откуда вы обо мне узнали? — спросил я. На самом деле, это меня не очень интересовало, но мне хотелось поговорить о чём-нибудь ещё, кроме Нико Питерсона.

— От друга.

— Да, вы говорили… Но от кого именно?

Она снова прикусила губу.

— От того, кого вы очень хорошо знаете.

— О?

— От Линды Лоринг.

Это было как удар в челюсть.

— Вы знакомы с Линдой Лоринг? — спросил я, стараясь не выдать своего удивления. — Откуда?

— О, оттуда, отсюда. Наш мир очень тесен, мистер Марлоу.

— Имеете в виду мир богатых?

Неужели она снова покраснела? Ну да.

— Да, — сказала она, — наверное, именно это я и имела в виду. — Она помолчала. — Я ничего не могу поделать с тем, что у меня есть деньги.

— Не моё дело кого-то в чём-то винить, — слишком поспешно ответил я.

Она улыбнулась и искоса заглянула мне в глаза.

— Я думала, что вы именно этим и занимаетесь, — произнесла она.

Мои мысли всё ещё были заняты Линдой Лоринг. Бабочка размером с курицу хлопала крыльями где-то в районе моей диафрагмы.

— Я думал, Линда в Париже, — сказал я.

— Так и есть. Я разговаривала с ней по телефону. Время от времени мы созваниваемся.

— Полагаю, чтобы обменяться последними сплетнями международного масштаба.

Она улыбнулась и с упрёком сжала мою руку.

— Что-то в этом роде.

Мы подошли к навесу, похожему на автобусную остановку, стоявшему на краю мягкого песка, где пляж встречался с низкими дюнами. Внутри стояла скамья, сделанная из нескольких грубо сколоченных досок, хорошо выветренных солёным ветром.

— Давайте присядем на минутку, — предложила Клэр.

Там, в тени, было приятно, с воды дул приятный ветерок.

— Это, должно быть, частный пляж, — сказал я.

— Да, это так. Как вы догадались?

Я знал, потому что если бы это было общественное место, то такое убежище было бы настолько загажено и замусорено, что нам и в голову не пришло устроиться в нём. Клэр Кавендиш, сказал я себе, была одной из тех, кого мир защищает от собственных ужасов.

— Значит, вы рассказали Линде об исчезновении Нико, а затем о его внезапном воскрешении? — спросил я.

— Я рассказала ей не так много, как вам.

— Вы мне мало что рассказали.

— Я призналась вам, что мы с Нико были любовниками.

— Думаете, такая девушка, как Линда, не догадалась бы об этом? Пойдёмте, миссис