Испытание прошлым - Оксана Алексеевна Ласовская

автобуса, я вдруг почувствовала резкий толчок в спину, не удержалась на каблуках и шлёпнулась на асфальт, больно ударившись коленкой. Сумка расстегнулась, и из неё вывалилась куча нужных и ненужных вещей, которые я зачем-то таскаю с собой. Глотая слёзы и тихонько постанывая от боли, я принялась ползать под ногами у равнодушных прохожих, собирая свои пожитки.

- Тётенька, у вас юбка порвалась! - раздался голос за спиной.

Я обернулась и увидела девочку чуть старше моей дочери в лёгком красном платье. Она сосредоточенно доедала мороженое. Видимо, на моём лице отразилось такое отчаяние, что девочка, тяжело вздохнув, выбросила недоеденный рожок в урну и принялась помогать мне. В мгновение ока она собрала растерянные по земле тетрадки, учебники и косметику. Я же, поднявшись, крепко держала порванную юбку. Поблагодарив добрую помощницу, я сунула ей денег на новое мороженое и припустила к дому своей ученицы - благо, он был совсем рядом, в двух шагах от остановки.

Нырнув в подъезд, я бросила консьержке «здравствуйте» и, глупо хихикая, попятилась задом к лестнице - лишь бы она не разглядела внушительный разрез на юбке. Кое-как взбежав на третий этаж, я нажала на звонок. Дверь распахнулась мгновенно.

- Ой, Александра Леонидовна, что с вами?! - всплеснула руками Марина, моя восемнадцатилетняя ученица.

- Ничего страшного! - я постаралась улыбнуться, входя в прихожую и стаскивая босоножки. - Немного не удержалась на остановке. Мариш, одолжи, пожалуйста, нитку с иголкой - надо юбку зашить.

- Ничего себе «немного»! - причмокнула языком девушка, оглядывая меня с ног до головы.

Я бросила взгляд в зеркало и вздрогнула. Косметика от жары расплылась неровными тенями под глазами и алыми разводами вокруг губ. Волосы были взлохмачены, будто на моей голове стая воробьёв выясняла отношения. А в довершение - порванная юбка и ссадина на коленке. Вид, конечно, был ещё тот.

- Пойдёмте скорее! - Марина схватила меня за руку и потащила в гостиную. - Садитесь!

Она метнулась к шкафу и принесла всё необходимое.

- Вот вам нитки. А я пока обработаю вашу коленку.

- Маришка, не надо, всё в порядке! - попыталась я возразить, но она пропустила мои слова мимо ушей.

Словно метеор, девушка умчалась в ванную и намочила полотенце, вернулась ко мне, промыла ссадину и, щедро полив её зелёнкой, туго забинтовала.

- Ну вот! Скоро будете как новенькая! - пообещала она, широко улыбаясь.

- Спасибо, - я улыбнулась в ответ. - Буду. Чего не скажешь о юбке…

Я горестно вздохнула, глядя на безвозвратно испорченную вещь. Этот костюм - ярко-голубая блузка и короткая юбка в тон - был одним из моих любимых. И вот его больше нет. На глаза навернулись предательские слёзы.

- Александра Леонидовна, ну что вы! - испугалась Марина и, присев рядом, обняла меня за плечи. - Из-за юбки расстраиваться? Пусть это будет ваша самая большая неприятность!

- Ты права! - рассмеялась я, глядя на расстроенное лицо ученицы. - Но как теперь до дома доехать? Да и в школу за детьми нужно.

- Сейчас я вам что-нибудь из маминых вещей принесу!

Марина тут же вскочила и бросилась в родительскую спальню. Я не стала возражать. Ехать через весь город и появляться в школе в таком виде - попросту нереально.

С того дня, как я вышла замуж за Мишу, прошло уже полтора года. Не скажу, что в нашей жизни всё идеально, но я чувствую себя счастливой. Да, есть свекровь, которая навещает нас каждую субботу и бесконечно меня «пилит». Да, сын Миши всё ещё не может смириться со мной и постоянно грубит. Но у меня теперь есть семья, и я надеюсь, что когда-нибудь всё наладится.

Поиски работы в городских школах ни к чему не привели, и тогда Миша предложил мне попробовать себя в роли репетитора. Я подала объявление и принялась ждать. Марина стала моей первой ученицей. Мы занимаемся с ней уже год, раз в две недели - она очень занятая девушка. Ходит в спортзал, бассейн, на курсы английского и французского да ещё куда-то - всего и не упомнишь. Она умная, но что странно: грамматику иностранных языков схватывает на лету, а с русским вечные проблемы. За год мы едва одолели половину программы. Видимо, правду говорят, что русский - самый сложный язык.

Мать девочки, Татьяна, работает врачом, отец - дальнобойщик и дома бывает редко. Марина по нему очень скучает, в её комнате полно его фотографий. С Татьяной у нас приятельские отношения. Мы не раз пили чай на кухне после занятий, болтая о всяких пустяках. Она очень милая и красивая женщина, с всегда идеально уложенными тёмными волосами и умело подведёнными ярко-голубыми глазами.

Маришка, похоже, пошла в неё. В одежде и причёске у неё всегда образцовый порядок. Разве что волосы не укладывает, как мать, а носит распущенными по плечам.

Она притащила из спальни целый ворох идеально отглаженной одежды и велела мне примерять. Я выудила оттуда тонкие чёрные брюки, но, натянув их, огорчилась. Татьяна гораздо… э-э-э… как бы помягче… плотнее меня, и её брюки на мне болтались, как мешок.

- Хм… - задумалась Маринка. - Великоваты… Наверное, остальное будет сидеть так же… О! - вдруг оживилась она. - Придумала! Примерьте мои, они вам точно подойдут!

И правда, её брючки сидели на мне как влитые. Поблагодарив ученицу, я сложила испорченную юбку в пакет, и мы наконец приступили к занятиям.

Через два часа, выйдя от Марины, я снова с завистью посмотрела на счастливчиков с мороженым в руках. Вскочив в отходящий автобус, я помчалась в школу. Успела как раз вовремя: детей только что отпустили по домам.

Вы, наверное, удивлены, почему мои ребята летом находятся в школе? Нет, они не учатся - у них там что-то вроде летнего лагеря. Конечно, ни Ане, ни Андрею не хочется по утрам вылезать из постели и тащиться в школу, но оставлять их дома одних мы с Мишей не решаемся. Вот им и приходится терпеть.

- Мам, что это на тебе? Ты новые брюки купила? Зря. Они тебе не идут, слишком молодёжные, - не дав мне и слова вставить, тараторила Анюта.

Андрей лишь хмыкнул, отводя взгляд. Его отстранённость ранила меня. Моя совесть была чиста - я искренне привязалась к мальчику, полюбила его, - но он всячески избегал лишних разговоров со мной.

Игнорируя его хмурый вид, я со смехом рассказала о своём злоключении.

- Ой, мам, тебе очень больно?