Рассказы - Роберт Альберт Блох

— Фу! — бормочу я. — Я не могу заниматься этим всю ночь. Внутри костюма жарко. Кроме того, я обнаружил, что сегодня на ужин ты ел чеснок.

— Мы можем расстаться на балу, — говорит Маккарти. — Хотя я знаю, что буду чувствовать себя без тебя потерянным.

— Ладно, — ворчу я. — Я собираюсь позвать девушку.

— Ну, это дело благородное! — согласен Маккарти.

Мы бежим вниз по лестнице и вверх по улице, держа костюм под мышкой, но только для практики. Наконец мы добираемся до дома этой девушки. Ее зовут Жозефина, но я называю ее «пайк», потому что она — мой сахарок. Мы подходим к ее порогу, и я готовлюсь позвонить. Потом Маккарти хлопает меня по плечу.

— Подожди минутку, — шепчет он. — Почему бы нам не удивить эту твою помидорку? Давай наденем наш серебристый костюм Хай-Хо и изобразим лошадь. Она будет очень удивлена и смущена.

— Почему бы и нет? Я пожимаю плечами. Она в любом случае увидит это.

Итак, мы садимся в коня, становимся рядом, и тогда Маккарти звонит в дверь копытом. Жозефина подходит к двери и открывает ее. Она стоит и моргает, глядя на нас.

— Никак Левша Фип, — говорит она. Это задевает меня, учитывая тот факт, что я конкретно замаскирован. Не знаю, как она меня узнала, и гадать не хочу.

— Слушай, это великолепно, — хихикает она. — Ты не мог выбрать более симпатичный костюм?

От этого мне становится легче, потому что я боялся, что Джозефина не одобрит. Но она, кажется, без ума от этой идеи.

— Как раз то, что нужно, — бормочет она. — Лошадь! Потому что я приеду как Энни Оукли, Королева западных равнин, и ты сможешь покатать меня на своей спине!

Конечно, когда она выходит, я вижу, что она одета как корова. Будучи кривоногой, она смотрится в этом наряде вполне органично. Но когда я думаю о том, как понесу ее на спине, это уже не кажется хорошей идеей. Но она настаивает, и мы присаживаемся. Она забирается сверху.

— Головокружительно! — кричит она. — Ух ты!

И вонзает шпоры мне в уши. Мы уходим. Это настоящая поездка. Я очень рад, что улицы довольно пустынны. И я еще больше радуюсь, когда мы подъезжаем к месту, где Лига против развлечений проводит этот маскарад. Потому что Жозефина — это тяжелая ноша, и она так прыгает…

— Вы, ребята, выиграете все призы, — говорит она нам, когда мы входим.

Мы с Маккарти вприпрыжку вбегаем в бальный зал и оглядываемся.

Веселье уже началось, и внутри огромная толпа. Маккарти и я разделяемся и встаем, чтобы оглядеться, каждый из нас одет в свою половину костюма. Я замечаю несколько знакомых личностей. Например, есть тусуется Болтун Горилла. Он подходит, когда видит меня, и широко улыбается.

— Как тебе это нравится? — спрашивает он, так как одет в костюм гориллы, и выглядит очень реалистично.

— Очень мило, — усмехаюсь я. — Но почему ты не одел какой-нибудь костюм?

— Но я… о, я понял! — рычит он.

— Ты считаешь себя умным, Левша. Чесал бы так языком про свой наряд. Ты выглядишь как беглец с конного завода.

— Привет, Левша, отлично выглядишь! — прерывает нас Оскар, уже успевший переодеться. На нем длинная белая ночная рубашка и Золотая Корона, в руке он держит что-то вроде комбинации морской раковины и старомодного рога виктролы.

— Кто ты и что это? — спрашиваю я.

— Я царь Крез, — говорит он мне. — Просто оделся так в знак того, что я богат. А это Рог изобилия.

Он протягивает руку и достает пригоршню фальшивых денег, которые разбрасывает по полу. Это забавляет меня, потому что единственный способ заставить Оскара расстаться с деньгами — это отрезать ему руки. На мой взгляд, кукуруза выглядит довольно банально. Внезапно я замечаю Зигмунда Подсознания. Он машет мне и подходит.

— Кем, черт возьми, ты вырядился? — ахаю я.

Психолог улыбается.

— Я ничто на свете, — говорит он. — Я — что-то в моем собственном уме. Я представляю инфантильную стадию эго. Детский эмоциональный уровень интеллекта.

Зигмунд одет в длинный нагрудник и шляпу как ребенок. Но при этом он еще курит сигару, и я замечаю, что у него под пеленками выпирает фляжка.

— Кстати, — говорит Зигмунд, — со мной гость. Посетитель. Господа, познакомьтесь с моим уважаемым европейским другом, изгнанным из Германии — герром Тоником.

Герр Тоник подходит и кланяется. Это высокий лысый ребенок в большой пурпурной мантии, расшитой звездами и полумесяцами. В одной руке он держит забавного вида трость.

— Что это за наряд? — спрашиваю я.

— Это одеяние Мага, — говорит он мне. — А это, конечно, моя волшебная палочка.

— Как мило, — подхватывает Джозефина. — Прийти в наряде мага.

Герр Тоник хмурится и пожимает плечами. Но прежде чем он успевает что-то сказать, наклоняется Горилла.

— Давайте разомнем ноги, — предлагает он.

Итак, Джозефина и Гэбфейс танцуют. Зигмунд тянет меня в угол с этим герром Тоником. Маккарти следует за нами.

— Давай выпьем, — говорит Зигмунд, размахивая фляжкой.

Маккарти вежливо кивает и вырывает фляжку из рук Зигмунда. Мы пускаем бутылку по кругу.

— Разве это не весело? — говорит герр Тоник, оглядываясь с улыбкой на своей мрачной физиономии. — Приятно видеть, как люди веселятся, да? И такие красивые костюмы!

Маккарти кивает.

— Разве это не правда? — говорит он. — Мне всегда нравилось веселиться, потому что это так забавно, особенно если хочешь насладиться развлечениями.

Герр Тоник смотрит на Маккарти, и я вижу, что он впечатлен его умом. Маккарти начинает болтать.

— Хотите кое-что узнать? — говорит он. — Когда я прихожу сюда сегодня вечером на этот бал-маскарад, я говорю себе: «Старина, разве это не напоминает тебе историю Золушки? Так оно и есть».

— Золушка? — спрашиваю я. — Что это?

Он поворачивается ко мне.

— Хочешь сказать, что никогда не слышал историю Золушки?

— Я не хожу на девичники.

— Но это сказка для детей, очень известная. Разве ты никогда не слышал ее, сидя на коленках у мамы?

— Когда много лет назад я сидел на коленях у мамы, — сообщаю я ему, — я всегда смотрел вниз и не слышал ничего, кроме звука шлепков.

Итак, начитанный болтун Маккарти рассказывает мне историю Золушки. Он использует много десятицентовых слов, но в переводе на английский это звучит так.

Когда-то давным-давно в лесу жила-была одна маленькая Золушка, и с ней не было никого, кроме мачехи, двух сводных сестер и стремянки. Другие девушки назывались сводными сестрами, потому что они всегда ходили гулять, но Золушка должна была оставаться дома и драить окна, в то