Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

Краткий взгляд на Сегюра, выражающего такое же недоверие.

«Тони Туссен из офиса капитана порта», — настаивал полицейский.

В этот момент мы в полной растерянности. Ни слов, ни мыслей, ни реакции. Свифт, несмотря на трудности с речью, похоже, чувствует, что должен попробовать ещё раз. Он начинает рассказывать историю о брошенном ребёнке, сахарном тростнике и тонтон-макутах…

Его слова меркнут на свету, пока остальные пациенты дремлют. Они чёрные, как куски угля, и их чернота ещё больше подчёркивается белыми простынями, которые уже образуют вокруг них саван.

Что ж, Свифту придётся дать более подробное объяснение. Он тянется к графину с газированной водой на тумбочке, но Сегюр оказывается быстрее и тут же наливает ему стакан. Мы выпиваем. Мы смачиваем свистки. Начинаем сначала.

Примерно каждые десять предложений Свифту приходится возвращаться к графину, а самому Сегюру приходится наполнять его по нескольку раз. В эти несколько минут передышки Хайди может лишь глупо улыбаться. Теперь, когда она осознаёт всю серьёзность ситуации, она приходит в ужас. Она дрожит, несомненно, от страха, но также и от этого кондиционера, который она здесь ненавидит так же сильно, как и в Африке.

«Мы вытащим тебя отсюда», — с улыбкой заверил его Сегюр.

Какая ошибка! Доктор говорил так, словно обращался к сумасшедшему…

– Мы позаботимся о вашей медицинской репатриации и…

«Нет», — резко ответила Свифт, ее голос дрожал от гнева.

- Что ?

– Нет. Я не хочу уезжать и я не сумасшедшая.

– Конечно, но…

– Заткнись. Послушай меня.

Повинуясь порыву, Хайди встаёт и садится, перенося вес на кровать раненого. Она берёт его за руку. Удивительно: это совершенно нормально.

– Я хочу остаться здесь и хочу, чтобы вы закончили расследование.

Хайди улыбнулась. Чего ещё можно было ожидать?

Эта новая улыбка заставляет Свифт взорваться от восторга:

– Послушайте меня, ради Бога! Санс-Солей здесь, в этом городе. Вы должны найти его.

«И что потом?» — спрашивает Сегюр.

– Посмотрим. Здесь есть военный атташе, который может организовать арест и…

«Тебе нужно отдохнуть», — прошептала Хайди.

Свифт жестом убрал свою руку из ее руки.

«Не разговаривай со мной так», — сказал он, уже спокойнее. «Я просил тебя приехать и закончить работу. Просто следуй моим указаниям, и всё будет хорошо».

На этот раз Сегюр встаёт. Он услышал достаточно. Он не читает полицейскому нотации, а отдаёт приказы. Он — врач, а Свифт — пациент. У каждого своя роль. Хайди не слушает речь Сегюра, которая длится уже три тысячи лет. Разум против страсти, знания врача против невежества пациента. Но решимость Свифта пугает его. Он оставит от себя лишь то, что останется — плоть и кости.

«Я знаю, как найти негодяя», — просто ответил Свифт, словно Сегюр ничего не сказал. «Я дам тебе…»

– Мы никогда не были на Гаити.

– Я тоже! Дело не в этом.

«Почему бы тебе не вызвать полицию?» — спросила Хайди.

– В Порт-о-Пренсе нет полиции, по крайней мере в том смысле, в каком мы ее понимаем.

– Неужели никто не расследует ваше нападение?

– Нет. В любом случае, эта страна развалена. Диктатор только что сбежал, временное правительство пытается собрать осколки, население жаждет лишь мести… Нет места для расследования.

Хайди забирает плевательницу:

– Вы уверены, что Тони всё ещё в Порт-о-Пренсе?

Не зная почему, она предпочитает называть его по имени. Она знала Тони, шутила с ним. Они проводили вечера вместе. Он не может быть тем монстром, о котором говорит Свифт. По крайней мере, не совсем.

«Я в этом уверен», — ответил Свифт.

- За что?

– У него тут есть какое-то дело, я не знаю, что именно. Но он не уйдёт, пока не выполнит свою миссию.

- А ты?

– Что, я?

– А ты не боишься, что он вернется… к тебе?

Улыбка Свифта. Болезненная улыбка. Бледная рана на побледневшем лице.

– Я защищен.

– Кем?

– Ими.

Хайди и Сегюр бросают взгляд на пациентов, едва потерявших сознание на соседних койках. Что касается телохранителей, то они могли бы быть и получше.

– Санс Солей не болен СПИДом. Он его боится.

«Он не боялся подойти к Федерико или Котелё», — заметил Сегюр.

– Напротив, его крайняя жестокость была признаком ужаса. Его неустанное стремление убить их, уничтожить, пока они уже умирали, было паникой. Он хотел уничтожить эти рассадники заразы ударами мачете, словно тушат огонь каблуком.

Сегюр делает короткий вдох кондиционированного воздуха, насыщенного эфиром, и восклицает:

– Представьте, что мы найдем Санс-Солейл. Что произойдет?

– Повторяю: здесь есть надёжный военный атташе. Он организует эвакуацию Тони Туссена, и его будут судить во Франции.

Эти слова – «эксфильтрация», «судим» – звучат как бессмыслица.

«Почему бы тебе не спросить его?» — вмешалась Хайди. «Я имею в виду, твоего парня там. У него должны быть средства найти Тони и…»

– Ты лучше его.

Сегюр вынужден разразиться смехом.

– Я не чувствую, что вам пока что сильно помогли.

– Ты ошибаешься. В любом случае, нет смысла это обсуждать. Ты был вовлечён в это с самого начала, и тебе решать, закончить ли дело.

Хайди не знает, что думает Сегюр, но, в своём полном неведении, соглашается со Свифтом. К тому же, раз уж они проделали такой путь, почему бы не сделать ещё несколько шагов?

Кстати о шагах: они услышали шорох позади себя. Они обернулись. К ним, шаркая, направился крупный мужчина в шлёпанцах и цветочной рубашке. Настоящая говяжья говядина, запечённая на солнце и обжаренная в роме. Он был похож на бармена колониальной эпохи.

Хайди сразу догадывается, что этот краснолицый экспат — тот самый сторонник, о котором только что упомянул Свифт. Она могла бы ответить ему тем же: если уж этому толстяку-неряхе предстоит организовать операцию по эвакуации…

Как будто мы не уловили тяжелую иронию его вопроса, болван добавил:

– А маленькая девочка, она массовка?

В книге или фильме Хайди придумала бы отличный ответ, чтобы заткнуть ему рот. Но сейчас ей ничего не приходит в голову. Неважно. Она гораздо выше этого обмена репликами, этой секунды, этого придурка.

Она наконец осознала неизбежность ситуации: им придется вернуть Санс-Солейла к постели Свифта, живым или мертвым, посмотрим.

Остальное, всё остальное, как сказал Верлен, — литература.

80.

Даниэль Сегюр всегда был подходящим кандидатом на эту работу.

Независимо от времени и срочности, он