Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

когда уже полным ходом шли оперативные работы, а мясник оставил после себя три выпотрошенных тела. На месте преступления нашли ДНК и отпечатки, только совпадений ни по базе, ни по подозреваемым не было. Да и патрули с засадами не давали никаких результатов. Убийцей оказался владелец закусочной с самгёпсалем, которая была рядом с полицейским участком, и он заранее знал, какие действия предпримут правоохранительные органы, потому что один из офицеров после тяжёлого рабочего дня любил выпить соджу[44] и рассказать владельцу о том, как продвигаются дела. – Джинхо громко выдохнул. – В какой-то момент мясник потерял бдительность и в разговоре назвал имя последней жертвы, хотя в прессе и на брифинге об этом не упоминалось. Другой детектив это заметил, и, когда владелец стал сначала подозреваемым, а затем и обвиняемым, детектив вцепился в того, кто любил трепать языком.

– Этим детективом был ты? – осторожно спросила я.

Вместо ответа Джинхо продолжил:

– Оказывается, коллегам болтуна не очень понравилась идея внутреннего расследования и то, что новенький Пак Джинхо зубами вцепился в уважаемого детектива, стараясь доказать факт утечки важных сведений о расследовании. По одной из версий, потому, что сами были не без греха. Закончилось всё тем, что болтуна с позором уволили, а остальные, испугавшись, что в один прекрасный момент я доберусь и до кого-то из них, сделали дальнейшую работу в оперативной группе невозможной.

Я вспомнила слова Джинхо о том, как порой правоохранительная машина несправедливо обходится с теми, кто её запускал, и теми, кто от неё бежал.

– Поэтому меня решили отгородить от Инчхона повышением и переводом в управление Сеула. Вдогонку дав прозвище Бешеный пёс.

С момента нашей первой встречи сержант Пак Джинхо произвёл на меня неизгладимое впечатление человека, который благодаря своим принципам или моральному компасу не мог отступиться от дела, несмотря на колоссальное давление. Поэтому сейчас мне до ужаса хотелось узнать, почему он оставил продажных полицейских Инчхона в покое, но, поразмыслив, я не стала этого делать – не хотелось разрушить возникшую между нами искренность.

– Кстати, о том, что ты говорил ранее. – Мой голос слегка дрогнул. – Я не знаю Ким Санхи и братьев Сон никогда не встречала прежде до того визита в «Потерянные души».

– Для убийцы достаточно того, что он видит связь между вами, – ответил Джинхо, – и всё желание подражателя сводится к тому, чтобы и ты увидела её.

– Слишком сложно, – принялась я рассуждать вслух, – если он хотел втянуть меня во всё это, чтобы по итогу подставить, то как будто можно было провернуть всё намного проще. Подкидывая страницу из «Руководства к убийству», на что он рассчитывал? Что полиция обнародует эту улику?

Джинхо терпеливо выслушал меня, а когда я закончила, принялся объяснять:

– Скорее всего, наоборот. Он надеялся, что о найденной странице никто не узнает и полиция придёт к писательнице Ким Лине.

Я поднялась с кресла и подошла к окну. Отодвинув плотное полотно шторы, я принялась искать глазами машину детективов из отдела Джинхо, которые после нападения устроили засаду возле моего дома. Автомобиль стоял чуть поодаль от привычного места, и из окна кабинета виднелся теперь только её капот.

– Это возвращает нас к вопросу о том, как подражатель поддерживает связь с Ким Минсоком и что из происходящего прихоть Минсока, а что его последователя, – произнесла я и отошла от окна.

– Сегодняшнее нападение точно не имеет отношения к этим двум, – тихо произнёс Джинхо, – хотя… в этом деле нельзя ни о чём сказать наверняка. Уже поздно, будут новости – наберу тебя завтра. Не зацикливайся и постарайся поспать.

Утром, доставая из холодильника остатки риса и параллельно с этим заваривая свежий кофе, я вспомнила последнюю фразу сержанта и скорчила недовольную гримасу. Разумеется, советом Пак Джинхо я не воспользовалась и большую часть ночи проворочалась в кровати, прокручивая в голове всех возможных знакомых, которые могли бы заинтересовать подражателя, и от осознания того, что кто-то из них может пострадать просто потому, что знаком со мной, становилось ещё хуже.

Когда бодрящая жидкость была готова, прежде чем сделать первый глоток, я включила телевизор, чтобы посмотреть утренний выпуск новостей, и чуть не опрокинула горячий напиток, поскольку увидела на экране Мин Суа.

– Продолжается расследование недавних убийств в Сеуле. – Проникновенный голос репортёра Мин нарушил тишину моей кухни. – В нашу редакцию поступило обращение от осуждённого серийного убийцы Ким Минсока; он утверждает, что полиция обращалась к нему за консультацией по текущему делу. По его словам, следствие полагает, что нынешние преступления совершает подражатель. Напомним, три года назад Ким Минсок был приговорён к пожизненному заключению за тринадцать убийств, совершённых, как сообщается, по мотивам дебютного романа писательницы Ким Лины «Руководство к убийству». По неподтверждённым данным, для помощи в расследовании властями было привлечено гражданское лицо. Мы продолжим информировать вас о ходе событий.

Я уставилась на экран телевизора, а затем горько рассмеялась.

– Подписанные соглашения о неразглашении – это, конечно, замечательно, но никто не учёл того факта, что Минсок выдаст всех с потрохами.

Глава 13

Люди не меняются

Когда не по своей воле оказываешься ограждённой от общества, остаётся только два варианта: либо сокрушаться над тем, как же так всё получилось, либо оглядываться на свою жизнь. Второй вариант мне оказался ближе.

Сколько я себя помню, мне всё время хотелось что-то значить, но не тихо наслаждаясь личными достижениями, а завоевав авторитет в определённых кругах. В школе, а затем и в университете моё сердце жаждало успеха и следующего за ним признания. Желания отца Ким Гитэ сделать из меня лучшего судмедэксперта только подпитывали мой неистовый голод.

Но когда ты идёшь по, казалось бы, правильной дороге, в какой-то момент начинаешь понимать: даже если ты получишь то, что хочешь, вряд ли сможешь насладиться этой победой в полной мере.

Поэтому я всё чаще и чаще задумывалась над тем, в какой области смогу проявить себя иначе, где смогу применить свои знания и способности. Мысли о писательстве практически сразу возникли в моей голове и оставались там, когда все прочие варианты постепенно отметались.

Закрепилась эта идея после того, как я случайно пришла на презентацию новой книги нового автора Джиха. Если бы меня попросили описать свои эмоции и впечатления после презентации и её истории успеха, я бы ответила только одно: у меня определённо получится лучше.

С таким настроем я начала работу не только над рукописью, но и над всеми сопутствующими ей делами. И когда наступил