Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

– Если вы хотите прочесть лекции, то могу дать номер сержанта Пака, наверняка ему будет интересно послушать ваши умозаключения. – Мне страшно хотелось сбросить звонок, но, несмотря на сложные взаимоотношения между нами, что-то не давало мне этого сделать.

– Сержант Пак прекрасно знаком с моей точкой зрения, – ответил Гитэ, никак не реагируя на мой выпад, – мы созваниваемся каждый день. Невероятно дотошный полицейский.

Я только собиралась спросить, зачем он об этом рассказывает, как судмедэксперт Ким продолжил:

– Кстати, у меня есть нечто интересное для него. – Мужчина помедлил. – Через два дня я как раз вернусь с конференции и закончу, но прежде чем звонить сержанту, решил, что тебя тоже заинтересует эта информация.

Несмотря на полученный опыт, пережитые события, взлёты и падения, во мне удивительным образом сохранились ниточки, за которые когда-то мог дёргать отец, заставляя меня мыслить и поступать так, как желал этого он.

Думаю, когда он впервые позвонил мне по этому делу, то только проверял, сохранился ли на мне отпечаток его влияния, и когда убедился в этом, решил прибегнуть к старым методам манипуляций – заставить мой разум ожидать чего-то невероятного.

Как-то я читала о том, что распознавание манипуляций позволяет лучше с ними справляться, но в моём случае жажда узнать что-то парализовала любое сопротивление.

– Вы не делитесь результатами расследований с посторонними, – проговорила я, – что изменилось?

– Думаю, в этот раз ты должна увидеть это сама. Жду тебя в понедельник. Как и в прошлый раз, судмедэксперт Бён встретит тебя у входа.

После этих слов из динамика послышались короткие гудки. Я убрала мобильный от уха и уставилась на экран, поражённая такой дерзостью. В этот раз отец определённо превосходил сам себя, но, видимо, не только меня поглотило расследование, но и великий и ужасный Ким Гитэ не смог устоять перед такой загадкой.

Я открыла календарь на телефоне, и лёгкий холодок пробежал по моей спине. Вечером в понедельник должна состояться презентация «Красной мантии».

– Уже вот-вот, – проговорила я и села на край кровати, положив правую руку на левое плечо, а левую на правое. Замерев на секунду в таком положении, я закрыла глаза и начала тихонько похлопывать себя по плечам.

Осталось всего шесть дней до того, как в Сеуле прогремит имя Гом Ынталь.

– И пусть оно будет громче, чем имя Ким Лины, прошу, – произнесла я в тишину. – И никто не умрёт из-за этого.

* * *

На следующий день я решила ещё раз посетить О Саби в больнице. Гостиница располагалась не так далеко от неё, поэтому было несложно пройтись до места назначения пешком с маской на лице в качестве меры безопасности.

По улицам дневного Сеула я двигалась медленно, разглядывая каждое здание, словно видела подобное впервые. Определённо, город изменился за то время, которое я провела вдали от него. Кофейни стали встречаться чаще, доставщики на скутерах добавляли мегаполису ещё больше шума, отчего казалось, что вокруг всё бурлит, как в кипящей кастрюле с ччигэ[47] с мягким тофу.

Люди на улицах передвигались с большой скоростью, и казалось, что, кроме меня, больше никто не прогуливался, а только бежал. В том, что в моей маске не было никакого смысла, я убедилась спустя пять минут прогулки. Никому не было дела до того, кто шёл рядом или позади, все смотрели либо вперёд, либо в смартфон, не замечая ничего вокруг. В каком-то смысле это успокаивало мои страхи и паранойю, но, с другой стороны, я прекрасно понимала, почему у полиции всё так плохо со свидетелями.

В обществе, которое двигается, как бурлящий бешеный поток, очень легко затеряться тому, кто охотится на людей, – чувствовал он себя более чем уверенно.

Оказавшись в фойе Юльдже, я, не сбавляя шага, направилась к лифтам, но затормозила, увидев двойные двери морга, где вчера была замечена госпожа Хан. Что она тут искала? Тело Хонки было не здесь, значит, возможно, умер кто-то ещё из «Потерянных душ»? Но главное, мне не давало покоя то, как женщина смотрела на меня: словно мы не были знакомы. На неё это не похоже. После её дочери я была вторым человеком, которым она чрезмерно интересовалась.

Размышляя над этим, я направилась к лифтам и вскоре оказалась на нужном мне этаже. В больничном коридоре было немноголюдно. Огибая пост медсестёр, я увидела возле палаты художницы патрульного офицера в форме, а недалеко от него на стуле сидел детектив Ханму.

Мужчина выглядел измученным. В руке он держал небольшой блокнот и что-то скрупулёзно записывал, но затем зевнул и, оторвав взгляд от своих записей, заметил меня.

– Госпожа Ким, – тихо произнёс он, поднимаясь со своего места, – что вы здесь делаете?

Я поклонилась:

– Решила навестить О Саби ещё раз, может, появились какие-нибудь новости.

Детектив помотал головой, и вблизи он казался не только уставшим, но ещё и постаревшим. Словно это дело забирало не только его энергию, но и годы жизни. Какое-то время назад я уже замечала то, что детектив изнурён, но сейчас ему явно стало хуже.

– Она всё ещё без сознания. Прогноз у врачей хороший, поэтому нам остаётся только ждать.

Я покосилась на дверь палаты, размышляя над тем, что входить мне всё же не следовало. Мы не были близки, да и фактически незнакомы, поскольку на приветственное письмо О Саби я так и не ответила, но, несмотря на это, своим присутствием я как будто бы хотела исправить то, что с ней случилось.

– Сержант Пак не здесь? – спросила я, переводя взгляд от двери палаты на мужчину.

– Нет, – всё так же тихо ответил Ханму, – он работает над делом…

– Как и вы, – возразила я, и пара медсестёр покосилась в нашу сторону.

Детектив Квон устало улыбнулся:

– Сегодня я только на подхвате.

Я порывалась сказать, что сержант Пак несправедливо отправил детектива прохлаждаться в больницу, когда расследование шло полным ходом, но затем вновь посмотрела на Квона Ханму и прикусила язык. Возможно, детектив был бы и рад в полной мере поучаствовать в деле, но, кажется, он и сам прекрасно осознавал, что не поспевал за происходящим.

Тёмные круги под его глазами, слегка взъерошенные волосы подтверждали мои наблюдения. Затем я вспомнила про его больную супругу и догадалась о том, что не только погоня за подражателем так вымотала детектива, но ещё и личные проблемы.

Я выдавила из себя вежливую улыбку и произнесла:

– Я, пожалуй, пойду. Раз вы здесь, значит, художнице О Саби ничего не грозит.