Графское наследство - Наталия Николаевна Антонова

— Тогда обойдёмся без приёма напитков, — едва заметно улыбнулась детектив. — Давайте просто поговорим.

— Да кто же против? — воскликнул хозяин гостиной, схватил второй стул и, поставив его напротив Мирославы, приземлился на него. При этом колени парня почти касались коленей Мирославы.

— Вот только я затрудняюсь с выбором темы для разговора, — проговорил он мгновение спустя.

— Ничего страшного, — успокоила его детектив, — поговорим о Таисии Бужанской.

— О Таисии Бужанской? — Глаза парня увеличились чуть ли не до размера блюдец. Поморгав довольно длинными ресницами, Хвостов спросил недоумённо: — А чего о ней говорить-то?

— Вы ведь были её любовником?

— Ну, был, — признался он неохотно. — Только когда это было? Можно сказать, до нашей эры!

— Так уж и до нашей эры, — усмехнулась Мирослава. — Лучше вспомните, когда вы видели Таисию Бужанскую в последний раз?

— Тогда и видел, когда она дала мне отставку! — Лицо Хвостова приняло обиженное выражение.

— И больше вы не встречались?

— Нет! Оно мне надо?

— Этого я не знаю.

— Так вот я и говорю вам, что после того, как Тая опошлила наши отношения, у меня пропало всякое желание видеть её.

— И вы ничего о ней не знаете?

— Откуда же?!

— Например, из социальных сетей.

— Не имею привычки следить за личной жизнью бросивших меня любовниц, — проговорил он с ноткой назидания в голосе.

— Браво! — вырвалось одобрительно у Мирославы, и она чуть не захлопала в ладоши.

— Я, конечно, весьма польщён вашим вниманием и одобрением, — проговорил Хвостов, — но я всё-таки не понимаю, чего вам от меня нужно? Чего вы докопались до меня со своей Бужанской.

— Выходит, что со следователем вы до сих пор не встречались?

— С каким ещё следователем? — забеспокоился Хвостов. Его глаза ещё больше округлились, хотя, казалось бы, куда уж больше. Он облизал враз пересохшие губы и спросил: — С Тайкой что-то случилось?

— Можно сказать и так, — кивнула Мирослава.

— Выходит, что Отелло всё-таки убил Дездемону?! — завопил Хвостов, одновременно подпрыгивая на стуле и хватаясь за голову.

— Если верить Шекспиру, — осторожно проговорила Мирослава, — то да.

— При чём здесь Шекспир? Я вас спрашиваю! — воскликнул Хвостов, простирая руки к Мирославе. — Это ужасно!

— У вас есть в кране вода? — спросила Мирослава.

— Никого у меня там нет, — горестно покачал головой Хвостов.

Но Мирослава ему не поверила, поднялась со стула, отыскала кухню, взяла со стола стакан и налила в него воды из-под крана. Вода в кране была, и, судя по приборам, имеющимся на кухне, очищенная. Вернувшись в гостиную, она вручила стакан Хвостову:

— Пейте!

Он послушно выпил всё до последней капельки, а потом произнёс жалобным голосом:

— Воду из крана пить нельзя.

— Это ещё почему? — усмехнулась детектив.

— Я могу заболеть!

— Ничего с вами не случится.

— Так он её всё-таки убил? — спросил Хвостов, тяжело вздыхая.

— Вы опять об Отелло и Дездемоне? — нахмурилась Мирослава и задумалась о том, не принести ли ещё один стакан воды, чтобы вылить его на голову парня, если приём воды внутрь не помог ему прийти в себя.

Но он опередил её:

— Я о Таисии и графе!

— Вы что же, графа считаете Отелло? — удивилась его заблуждению детектив.

— А кто же он после этого!

— После чего «этого»? — уточнила детектив.

— Так он Таисию крык-крык? — Хвостов сделал двумя руками движение, имитирующее отрывание головы.

— Нет, — ответила Мирослава, — граф не убивал Таисию. Убили его.

Хвостов покачнулся всем корпусом и едва не слетел со стула, удержавшись в самый последний момент.

— Таисия жива?

— Жива и невредима, — заверила его Мирослава и спросила: — Откуда вы взяли, что граф Бужанский был ревнивцем? Она сама вам об этом говорила?

— Нет, — Хвостов поморщился, — Тая ничего не говорила мне о своём муже. Просто я подумал, классика жанра, молодая жена и ревнивый муж.

— Значит, сама Таисия о графе вам ничего не говорила? — уточнила Мирослава.

— Ничего, — заверил её Хвостов.

— Она не жаловалась вам на то, что устала жить со старым мужем?

— Никогда!

Мирославу обрадовала такая информация, хотя она и понимала, что ответы Хвостова не могут служить доказательствами непричастности графини к смерти мужа. Но тем не менее.

— А я дурак! — неожиданно услышала она и перевела взгляд на парня.

— С чего вы это взяли? — спросила детектив.

— А вы разве не понимаете? — воскликнул он укоризненно.

— Догадываюсь.

— Каким надо было быть ослом, — продолжил он, не слушая её, — чтобы поменять Таисию на Минерву.

— И не говорите, — поспешила согласиться с ним Мирослава.

— Издеваетесь? — Хвостов скосил на детектива подозрительный взгляд.

— Ну что вы! — выдохнула Мирослава. — Сопереживаю. — Она постаралась придать своему голосу и взгляду искренность.

Кажется, она добилась своего, так как Хвостов проговорил доверчиво:

— Меня ведь тогда бес попутал!

— Когда тогда?

— Когда я с Минервой спутался!

— Так распутайтесь, — посоветовала Мирослава.

— Чего уж теперь, — вздохнул Хвостов, — Таю я всё равно упустил.

— Так у вас вроде бы появлялась новая любовь. — В голосе детектива промелькнула нотка лукавства.

— Так вы и о Стефании знаете, — догадался Хвостов. — Она шикарная! Но бедная как церковная мышь. По крайней мере пока. Ей ещё долго предстоит раскручиваться.

— А вам ждать недосуг? — спросила Мирослава.

— Вы абсолютно правы. Я хочу наслаждаться благами жизни, пока я молодой.

— А как же ваш отец? Разве он не помогает вам материально?

— Богатство моего отца — одна видимость, — печально ответил Хвостов. — Фирма отца навряд ли сможет расплатиться с долгами. Так что придётся мне идти под венец с Минервой. — Хвостов вздохнул и добавил себе в утешенье: — Но она вообще-то ничего. Карамельками пахнет и булочками с изюмом.

— Тоже неплохо, — не стала разочаровывать его ещё больше детектив.

Уходя, в дверях Мирослава спросила:

— Надеюсь, в разговоре со следователем вы подтвердите, что Таисия ничего плохого о муже вам не говорила?

— Конечно! — заверил он твёрдо и вдруг, опомнившись, спросил: — А кто же убил самого графа?

— Ищем, — ответила Мирослава.

— Желаю успеха, — пожелал Хвостов искренне.

— Я тоже желаю вам успеха, — отозвалась Мирослава.

— Спасибо. Он мне понадобится.

Оказавшись в салоне своего автомобиля, Мирослава задумалась о том, стоит ли ей встречаться с Игнатом Валюшиным. С одной стороны, альфонсов она, что ли, не видела. А с другой — было бы неплохо знать со слов самого Валюшина, насколько его язык может повредить графине. И она, решившись, набрала номер Игната.

— Вы кто это? — пробубнил он через некоторое время.

— Детектив, Мирослава Волгина.

— Ко мне уже приходил детектив, — ответил Валюшин, — Любава Залесская.

— Любава не детектив, — мягко поправила Мирослава, — она оперативник.

— Мне всё одно, — заявил Игнат и, не утерпев, полюбопытствовал: — А Таисию посадят?

— Как раз об этом я и хотела с вами