Графское наследство - Наталия Николаевна Антонова

опрятным кухонным столом, Мирослава уже успела составить мнение о хозяйке квартиры. Миловидная блондинка показалась ей симпатичной, искренней и не злой.

И она оказалась права, Светлана при всём своём пристрастии к материальным благам жизни Таисии не завидовала. Она одобряла замужество подруги и не видела в нём ничего плохого. Не видела она плохого и в том, что Таисия имела любовников. Мирославе она сказала откровенно:

— Таисия не виновата, что ей приходилось изменять мужу.

— Не виновата? — улыбнулась Мирослава.

— Конечно нет! Она же молодая здоровая женщина, и её организм требует физической близости с молодым здоровым мужчиной. Природу не обманешь!

— Тогда, может, не стоило выходить замуж за графа? — поинтересовалась Мирослава.

— Как же не надо! — всплеснула руками Глызина. — Граф обеспечил её на всю жизнь! Любовь и деньги — это разные вещи!

Мирослава кивнула и спросила:

— Таисия когда-нибудь говорила, что хочет избавиться от мужа?

— Да что вы?! — Светлана настолько перепугалась, услышав этот вопрос, что даже побледнела. — Никогда! — заверила она Мирославу. — А Ленка всё врёт!

— Вы имеете в виду Елену Козельскую?

— А кого же ещё! Она просто умирает от зависти!

— Чему же она завидует?

— Ну как же! У Таи законный муж. И титул графини, и деньги. А у Ленки папик. Он может в любое время сделать ей под зад ногой! И ещё Ленка злится, что альфонс Валюшин от неё к Тае перебежал. Но Тая его сразу раскусила и дала ему отставку. Вот они теперь и гудят в одну дуду.

— Таисия никогда не рассказывала вам о врагах графа?

— Нет, — помотала головой Светлана. — Да и какие у графа могли быть враги. Он был хороший человек, хоть и старый, — вздохнула Глызина.

— А что вам известно о племяннице графа Софье?

— Ничего мне о ней не известно! — отмахнулась Светлана. — Дальняя родственница Бужанского. Совсем девчонка. Сирота. Граф из жалости о ней заботился.

— А как к ней относилась Таисия?

— Ой. Носилась с ней как с писаной торбой. Баловала девчонку. Я Тае говорила, что зря она это делает.

— Почему зря?

— Потому что девочка привыкнет к роскошной жизни, а потом ей самой придётся зарабатывать себе на кусок хлеба.

— Вы думаете, что граф ничего ей не оставил?

— С чего бы ему что-то ей оставлять? — искренне удивилась Глызина.

— Она всё ж таки внучатая племянница, — проговорила Мирослава.

— А вы поддерживаете отношения со своими троюродными и прочими племянницами? — спросила Глызина детектива.

Мирослава ничего не ответила, так как она не имела понятия, есть ли они у неё вообще. Её племянниками могли стать дети двоюродного брата Виктора, но он пока даже не планирует их появление на свет. Племянниками она станет считать и детей Шуры Наполеонова, если он удосужится обзавестись ими. Поэтому, ничего не ответив на вопрос Глызиной, она спросила:

— Как вы думаете, кто в доме Бужанских был самым осведомлённым человеком?

— Савельич, конечно, — не задумываясь, ответила Глызина. Она посмотрела на Мирославу и пояснила: — Дворецкий. — Потом спросила: — Правда, смешно?

— Что именно? — уточнила Мирослава.

— Да наличие в доме дворецкого! Прямо как в девятнадцатом веке. Когда мне Таисия в первый раз о нём рассказала, я сразу вспомнила Англию времён Шерлока Холмса и Эркюля Пуаро. Ещё там старушка прикольная была, мисс Марпл. Я хохотала до слёз!

— Да, на первый взгляд веет старой доброй Англией, — согласилась детектив. А про себя подумала: «А была ли Англия вообще когда-нибудь доброй? Может, в те времена, когда Альбион порабощался обнаглевшим Римом? И аборигены на своей шкуре испытывали все прелести колонизации». Развивать свою мысль она не стала. Вместо этого спросила:

— Какие отношения были у вашей подруги с дворецким?

Глызина задумалась на пару секунд, а потом проговорила несколько удивлённым голосом:

— Как ни странно, но хорошие.

— Почему странно?

— Потому, что Тая говорила, что Савельич видит и слышит сквозь стены. А о том, чего не видит и не слышит, догадывается.

— И что?

— А то, что ему, чует моё сердце, было известно о Таиных любовных похождениях.

— Он давал ей об этом понять?

— В том-то и дело, что не давал. Никаких косых взглядов с его стороны в её сторону не было.

— Так, может, он ничего не знал?

— Тае казалось, что всё он знал.

— То есть Савельич будет рад, если Таисию осудят за убийство его хозяина?

— Не думаю, — снова ненадолго задумавшись, ответила Светлана.

Мирослава отметила про себя, что с дворецким стоит поговорить.

— Таисия говорила вам что-то об обслуживающем персонале графского дома?

— Ничего особенного, её все работавшие на них устраивали. Кухарка их Варвара, хоть и глухая, готовит так, что пальчики оближешь!

Мирослава подумала про себя, что готовит-то Варвара не ушами, а руками. Вслух же спросила:

— Таисия ладила с горничными?

— Да. Делить ей с ними было нечего. Всем в доме командует Савельич. И горничными тоже.

— Как вы думаете, ваша подруга могла поссориться с мужем и толкнуть его?

— Ни в коем случае! — возмутилась Светлана. — Вы эту мысль даже в голове не держите!

— А кто, по-вашему, мог помочь Бужанскому упасть с лестницы?

— Я грешу на пришлого вора, — уверенно ответила Глызина.

— Но охранник говорит, что никто, кроме графини и позже горничной и дворецкого, в тот вечер не приходил.

— У них камеры только спереди! А территория-то какая! — Светлана широко развела руками.

— Мне известно, что там высокий забор и штыри сверху чуть ли не по метру в высоту.

— И что? — пожала плечами Глызина. — Всякие акробаты встречаются. А соседи у них далеко.

Мирослава поблагодарила Светлану за откровенный разговор и, попрощавшись, направилась к двери.

— Я вот думаю, не мог кто охранника опоить? — спросила Светлана.

— Это навряд ли, — отозвалась Мирослава. — К тому же камера работала.

— И ничего стёртого там нет? Ни одного пятнышка? — с надеждой спросила Светлана.

— Ни пятнышка, — покачала гововой Мирослава.

— Вот незадача, — вздохнула Глызина и пообещала ещё подумать над этим вопросом.

Мирослава не стала уточнять, над каким именно вопросом она собирается думать. Детективу было понятно, что больше ничего полезного для расследования Глызина не сможет ей сказать. Хотя очевидно, что Светлане очень хочется помочь подруге.

Со слов Ксении Моравской, кроме неё самой и Светланы Глызиной в подругах графини Таисии Бужанской числилась ещё и Елена Козельская. Но после того, что детектив узнала о Козельской от следователя и от двух подруг, она не видела смысла беседовать с ней.

«А вот поговорить с хозяином клуба «Старый романс» не помешало бы. Сейчас клуб не работает, — подумала Мирослава, — но позвонить-то Уральцеву я могу и сейчас. Интересно, что он мне ответит».

Несмотря на неизвестный ему номер