Графское наследство - Наталия Николаевна Антонова

А Шура пробежал пальцами по струнам и запел:

Не отступили морозы…

Но улыбаешься ты.

Резные листья мимозы

И жёлтые цветы

Напоминают комочки

Крошечных цыплят.

Маленькие ангелочки

На мартовский мир глядят.

Доверчиво так и кротко,

Словно знают наверняка, —

Весны хрустальная лодка

Приближается издалека.

— Браво! — сказал Морис, когда Шура закончил петь.

— Действительно, очень мило, — согласилась Мирослава.

После чего все разошлись по своим комнатам до утра.

Луна заглянула в каждое окно особняка по очереди и, наткнувшись на опущенные портьеры, побледнела от разочарования и, завернувшись в проплывающее мимо облако, как в пуховое одеяло, задремала.

Глава 14

На следующее утро Мирослава традиционно проснулась позднее Мориса и Шуры.

Когда она вошла на кухню, Наполеонов пробормотал:

— Явилась, соня.

Мирослава пропустила его ворчание мимо ушей и сказала:

— Доброе утро, мальчики!

— Утро доброе, — отозвался Морис. — Садитесь за стол. Сырники тёплые в духовке.

— С изюмом, — добавил Шура и положил в рот целую ложку сметаны.

— По-моему, ты забыл положить туда сырник, — подсказала другу детства Мирослава.

— Не волнуйся, я уже целую тарелку съел, правда, Морис? — обратился он к Морису.

— Правда, — подтвердил тот, — с горкой.

— Вот видишь, с горкой, — довольно проговорил Шура. Зажмурил на минуту глаза. Потом стряхнул с себя остатки сонливости и сказал: — Всё, ребята! Хорошо у вас тут. Но надо ехать на работу. Хотя чего я там забыл? — вздохнул Наполеонов.

— Зарплату, — подсказала Мирослава.

— Эх и злыдня же ты, — беззлобно проговорил Наполеонов, — а ещё подруга детства.

— Так я любя, Шурочка, — беззаботно отозвалась Мирослава и послала ему воздушный поцелуй.

Шура сделал вид, что поймал его и спрятал в карман.

Все улыбнулись.

После ухода Шуры Мирослава быстро завершила завтрак и отправилась в свой кабинет, где сразу же позвонила клиентке.

— Я слушаю, здравствуйте, Мирослава Игоревна, — торопливо отозвалась Моравская, узнав номер телефона детектива.

— Здравствуйте, Ксения Павловна. У меня появился к вам вопрос.

— Да, я слушаю.

— Кто из подруг графини мог наговорить на неё?

— Только Ленка, Елена Изотовна Козельская, — не задумываясь, ответила Моравская. — Вредная она, завистливая, хоть и подруга.

— У неё был зуб на Таисию Бужанскую?

— Можно сказать и так. Сначала они были неразлейвода. А потом Тая увела у неё Игната Валюшина. Собственно, его и уводить-то не надо было. Игнат связался с Ленкой со скуки, он как раз был не при делах.

— Без работы?

— Можно сказать и так, — хмыкнула в трубку презрительно Моравская. И пояснила: — Он альфонс. Его прежняя мамочка скончалась, а новую он ещё не подыскал, вот и спал с Ленкой. А она на него запала всерьёз и окрысилась на Таю, когда Игнат к той присосался. Но Тая не собиралась его содержать и быстро дала ему отставку.

— К Елене он не вернулся? — спросила детектив.

— Нет.

— Нашёл кого-то ещё?

— Да! Не поверите, старуху, которой принадлежит ломбард. Она, конечно, не совсем старуха. Ей лет пятьдесят, но у неё шесть подбородков и веса не меньше центнера. — Ксения грустно рассмеялась. — Нелегко Игнаше хлеб насущный достаётся. Пока такую тушу обработаешь, семь потов сойдёт.

— Вы мне в списке указали ещё одну подругу…

— Да, Света Глызина. Она сейчас в отпуске. Никуда не уехала. Дома. Можете поговорить с ней.

— Непременно поговорю, — ответила Мирослава.

Когда она вернулась на кухню, Мориса там уже не было. Он сидел в гостиной, уткнувшись в свой ноутбук.

— Ты очень занят? — спросила Мирослава.

— Не очень, — ответил он. — Интересуюсь родословной графов Бужанских.

— И что там с наследниками? — спросила Мирослава.

— Все источники констатируют их полное отсутствие.

— По прямой линии?

— Наследников мужского пола нет вообще.

— Ты шовинист, — усмехнулась Мирослава.

— Это ещё почему? — удивился Морис.

— Потому что ничего не говоришь о наследниках женского пола.

— Потому что они тоже, собственно, отсутствуют.

— А племянница графа?

— Вы имеете в виду внучку его троюродной сестры?

— Ну… Она ведь внучатая племянница, получается.

— Она, как говорят у нас в России, седьмая вода на киселе, — сказал Миндаугас, — и никаких прав на наследство не имеет.

— Понятно. — Мирослава отметила про себя его оговорку в виде «у нас в России», и у неё неожиданно приятно защемило сердце. — Морис, — сказала она, — я уезжаю в город.

— Надолго?

— Пока не знаю. Созвонимся, если что.

— Договорились, — ответил он и снова уткнулся в ноутбук.

Мирослава, которая сразу после разговора с клиенткой позвонила Светлане Глызиной и договорилась о встрече, поехала именно к ней. По крайней мере, в первую очередь. Ей очень хотелось выслушать мнение о Таисии ещё хотя бы одного близкого ей человека и узнать о взгляде Глызиной на произошедшее в семье Бужанских.

Глызина, охотно откликнувшаяся на просьбу детектива о беседе, дожидаясь Мирославу, слегка нервничала.

От Ксении она знала, что та обратилась в детективное агентство. Сама Светлана до этого не додумалась бы. Она предлагала Моравской взять часть расходов на себя, но та отмахивалась:

— Тая спасла моего ребёнка, поэтому я её должница.

— А я просто подруга, — возражала Глызина, — но тем не менее.

— Свет, если мне понадобится твоя денежная помощь, я обязательно тебе скажу, — отвечала Моравская, — а пока помоги дружеским отношением к Тае.

— То есть?

— С тобой говорила полиция.

— Ну!

— Ты держалась молодцом!

— Надеюсь.

— Детектив тоже захочет с тобой поговорить, будь честной, но о неприглядных сторонах говори отстранённо, не выпячивай их.

— Не поняла! О каких неприглядных сторонах? — удивлённо спросила Светлана.

— И полиции, и детективу известно, что у Таисии были любовники.

— Откуда?

— Ленка Козельская разболтала! И этот жиголо Валюшин язык распустил.

— Я поняла тебя. Постараюсь затушевать всё, что сумею.

— Ты, Светуля, постарайся, — попросила Ксения.

— Само собой, — заверила Светлана. Теперь же, глядя на часы, сидела как на иголках.

Мирослава позвонила в дверь за пять минут до назначенного срока. Светлана бросилась к двери, услышав звонок.

— Кто там?

— Детектив, Мирослава Волгина.

Глызина распахнула дверь. Вообще-то она ожидала, что детектив сначала созвонится с ней по домофону, но, вероятно, она прошла с кем-то из жильцов.

Разглядывая детектива, Светлана застыла в дверях.

— Вы меня впустите в квартиру? — дружелюбно улыбнулась Мирослава.

— Ой, да! Простите! Проходите, пожалуйста.

Отступая в прихожую, Светлана умудрилась задеть пуфик, и он плюхнулся на бок.

— Простите, я такая неуклюжая, — ещё больше смутилась молодая женщина.

— Светлана Юрьевна, не стоит так переживать. Я хочу помочь Бужанской.

— Бужанской, — повторила Светлана.

— Да, вашей подруге. Где бы мы могли поговорить?

— В гостиной или на кухне, — предложила Светлана.

— Давайте на кухне, — ответила детектив.

— Точно! — обрадовалась хозяйка квартиры. — Заодно и чай попьём с воздушными печеньями.

К тому времени, когда девушки разместились за