Прощайте, господин полковник! - Леонид Сергеевич Колосов

— Куда?

— Не могу знать.

— Это черт знает что. Вы работаете или…

— Мы не были предупреждены о вашем визите.

— Я не обязан вас предупреждать. Надо сидеть на месте и заниматься делом.

Американец усаживался в кресло и клал ноги на стол. Говорят, что в капле воды можно увидеть море. Может быть. Но Ингвар был твердо убежден, что нельзя по одному человеку судить о народе. Существует мнение, что все американцы кладут ноги на стол. Видимо, это не так. Ну а если и кладут, то, наверное, не в присутствии незнакомых людей и не в официальной обстановке. Ноги американского полковника на столе действовали на него, как красная тряпка на быка. Приходилось всеми силами сдерживаться…

— Может быть, я могу быть чем-нибудь полезен?

— Мне нужны сводки прохождения подготовки бельгийских курсантов.

— Они в моем распоряжении.

— Да? Ну тогда докладывайте.

Росс делал подробный обзор тренировочных вылетов и оценок теоретической подготовки пилотов. Американец что-то помечал в своем блокноте.

— Доложите вашему шефу, что я приеду завтра в это же время. Пусть ждет и никуда не выходит… Кстати, вы неплохо говорите по-английски, молодой человек, и могли бы работать в нашей конторе. Подумайте над моим предложением. Разумеется, получать вы будете значительно больше, чем в вашем паршивом заведении. Прощайте!

— Хорошо, я подумаю, господин полковник…

Но переходить к американцам Ингвару не хотелось ни за какие деньги. А вот попросить у своего шефа при случае надбавку, так сказать за нервность в работе… Но просить об этом не пришлось.

Вскоре Росса вызвал начальник секретариата министерства национальной обороны.

— Завтра к трем часам дня, — сказал он, — вам надлежит явиться в отдел кадров министерства.

— Зачем? — спросил Росс вместо обычного «слушаюсь».

Начальник, ничего не ответив, пожал плечами, что могло означать и «ничего не знаю», и «не задавайте наивных вопросов».

Впрочем, непосредственный шеф задал тот же наивный вопрос, когда Ингвар доложил ему о вызове.

— Не знаю, господин полковник, мне ничего не объяснили.

— Странно. Но надеюсь, вы не искали протекции, чтобы сбежать на другую работу?

— Нет, уверяю вас. Я сам в полном неведении, о чем пойдет речь…

Речь пошла именно о другой работе. Какой? На это не ответил и майор, перед которым лежало личное дело Росса. Сначала он задал ему тьму вопросов в отношении предков, потом выразил удовлетворение тем, что Росс говорит на некоторых европейских языках, затем снял телефонную трубку и набрал какой-то номер.

— Привет, Шарль. Ты помнишь наш вчерашний разговор? Да… Он у меня. Думаю, что подойдет… Ты тоже? Ну и хорошо. Когда он должен явиться к тебе? Так, договорились…

Разговор касался, вне всякого сомнения, Ингвара, но он ничего не понимал. Майор явно забавлялся его ошарашенным видом и тянул паузу.

— Не волнуйтесь. Возможно, вам предложат более интересную работу. Вы ведь не против?

— Какую работу?

— Это объяснит майор Мартенс, к которому вы придете завтра к десяти часам утра вот по этому адресу.

Он протянул маленький листок из отрывного блокнота и встал из-за стола, давая понять, что визит окончен.

— Простите, а где работает майор Мартенс?

— Узнаете завтра. Желаю удачи.

Росс вышел из кабинета. Он стал лихорадочно соображать. «Другая работа. Более интересная. Чего же тут плохого? Ведь не пошлют же разносить письма человека со знанием четырех языков, хотя случается и такое… Но почему столько таинственности и недомолвок?»

Ни адрес на листочке, ни разговор с майором не приоткрыли тайну. «Подождем до завтра, — подумал он. — Утро вечера мудренее».

На следующий день, без пяти минут десять Ингвар нажал кнопку звонка у входа в здание, адрес которого был указан на листке из блокнота. Дверь открыл дежурный в военной форме.

— Вы к кому?

— К майору Мартенсу.

— Ваши документы. — Дежурный посмотрел список, затем дал бланк, который Росс должен был заполнить: фамилия, цель визита, с кем встреча, число, месяц и время заполнения бланка. Написав все, что требовалось, он вернул бланк.

— Идите за мной, — сказал дежурный.

Майор Мартенс оказался высоким и сухопарым человеком с вкрадчивым голосом. Он предложил сигарету и задал несколько вопросов, из которых сразу стало очевидно, что биография Росса известна ему во всех тонкостях. Поговорив затем о погоде и последних кинофильмах, майор вдруг спросил:

— Хотите у нас работать?

Россу в общем-то давно осточертела подготовка пилотов из-за конфликтов с новобранцами и инспекторами, из-за постоянной нервотрепки и перегрузки, которые не компенсировались ни морально, ни материально. Он мысленно спрашивал себя, не рискнуть ли. А майор между тем бесстрастным голосом начал перечислять блага, которые Ингвар мог со временем получить.

— Господин майор, я, право, не знаю, чем мне нужно будет заниматься. Но исходя из того, что вы сейчас сказали, мне пока в принципе возразить нечего.

— Вот и отлично. Значит, договорились. Работа несложная. Вы будете моим помощником в некоторых делах, которые потребуют ваших знаний иностранных языков и умения держать язык за зубами. Это не каламбур. Вы начинаете свою карьеру в службе безопасности и разведки. На прежней работе своему начальству пока ничего не говорите. Они все узнают в свое время.

Майор увидел, что Ингвар внимательно рассматривает большую, во всю стену карту Восточной Европы, которая была наполовину скрыта зеленой занавеской.

— С этой картой вы еще встретитесь, как только мы закончим некоторые формальности… До скорого свидания.

Формальности заняли не так уж много времени. Примерно через неделю авиационный полковник получил секретный приказ. Сказать, что он обрадовался продвижению Росса, было бы преувеличением. Он был крайне недоволен, даже взбешен потерей специалиста со знанием иностранных языков.

— Черт знает, что творится в нашем государстве. Вот почему шла вся эта мышиная возня с вами… А вы тоже хороши! Не могли сказать заранее — я бы отстоял вас от этого зверинца.

Росса поразило столь непочтительное отношение полковника к разведывательной службе.

— Почему «зверинца»?

— А вы думаете, что разведка — это пансион для благородных девиц? Увидите, там зря денег не платят.

Шеф, теперь уже бывший шеф, не подал руки, хотя Ингвар вежливо и почтительно сказал ему:

— Прощайте, господин полковник.

Ингвар Росс перешел на новое место работы. Майор познакомил его со всеми офицерами службы. Многие из них не пришлись ему по душе. Молчаливы, неприветливы, подозрительны. Все на одно лицо. А вот майор нравился Россу с каждым днем все больше и больше. Обаятелен, демократичен. Никаких начальнических ноток в голосе, никаких признаков высокомерия. И свое отцовское напутствие, когда они однажды остались тет-а-тет, он произнес непринужденно, как бы шутя, хотя речь шла о вещах довольно серьезных.

— Дорогой Ингвар, поскольку отныне вы