Искатель, 2011 №4 - Владимир Соколов

осенних дней Петя, между прочим, сказал, что видел у речки за РОВД двоих мужчин, которые крюками пытались что-то достать из воды. Но от непрерывных дождей вода в реке поднялась и усилия «рыбаков» были тщетны.

Бичи оказались неисправимы. За ужином Кэп тяжко вздыхал, трясущейся рукой разливал «стрелецкую» и приговаривал:

— Сколько добра утопили!

— Жаль икру, — вторил Васька.

«Чтоб вас понос пробил, как Вальку», — подумал я, а вслух в шутку утешил горемык:

— Летом вода упадет — еще «порыбачите», не все потеряно.

— А не посадят? — спросили бичи озабоченно в два голоса.

— Посадят... попу на хрен!

...За две недели до Нового года в Соболево на Камчатку приехала моя семья: жена Мария и дети — Олег и Элла.

Стояла суровая зима, трещал мороз, на градуснике температура зашкаливала за минус сорок.

Однако было тихо. Ветра здесь буйствовали редко, и холодная погода переносилась довольно сносно. Неделю наша семья прожила в гостинице. Нам выделили комнату на восемь метров, поставили четыре панцирные кровати, небольшой столик — вот и вся мебель. Контейнер с обстановкой и домашними вещами должен был прибыть к нам через город Владивосток только летом следующего года.

Еду готовили на круглой электрической плитке, чаще ходили обедать в столовую; иногда на ужин мои знакомые Кэп и Васька приносили гольцов, и мы варили уху. Дети пошли в школу, а примерно через неделю нам дали двухкомнатную квартиру в двухэтажном старом деревянном доме. Стены в жилище были все в трещинах и потеках, полы гуляли под ногами, и к тому же в квартире сильно воняло навозом.

Дело в том, что прежняя хозяйка квартиры повариха школы-интерната Люся держала в кладовой свинью. Кое-как выветрили запах, залили кладовку хлоркой — вони стало поменьше. Но, несмотря ни на что, мы рады были и такому жилью. Только в комнатах было очень холодно, помещение давно не отапливалось, градусник показывал плюс семь, и нужно было что-то делать.

На кухне стояла большая печь, но топить ее было нечем. Оптимизма у жены поубавилось, но пришедшие из школы дети подняли ей настроение. Олег и Элла радовались новой обстановке, шумели, не обращая внимания на неприятный запах. Кое-что перекусили, но холод давал о себе знать — даже в одежде пробивала дрожь.

Рано стемнело. Приближалась ночь. Что делать? Пошли с дочкой в соседний дом попросить дров. Во дворе при свете фонарика увидели поленницу березовых чурок. К нашему сожалению, хозяев не оказалось дома. Решили самовольно позаимствовать топлива, набрали в руки дров и принесли домой. Затопили печь: она загудела, пламя жадно лизало березовые чурки, в помещении скоро стало тепло и уютно. Мы легли спать и заснули крепким сном. Рано утром нас поднял с постели холод, дрова давно прогорели, тепло улетучилось. Опять что-то надо было делать. На электроплитке согрели чай, дети перекусили и убежали в школу. По пути на работу забежал электрик Васька.

— Ну и холод у вас!

Я обрисовал ему ситуацию и рассказал о том, как ночью мы с дочкой воровали дрова. Васька засмеялся:

— Что-нибудь придумаем, я скоро приду.

Жена грустно смотрела на меня:

— Куда я попала?

Через час пришел Васька и припер большую выгнутую железяку, размером больше метра, с которой свисали гроздьями черные провода.

— Тэн, — деловито пояснил электрик.

Большими гвоздями он присобачил тэн-электрообогреватель к потолку в то место, где должна висеть люстра, протянул провода к розетке, включил штепсель и... чудо! Тэн медленно начал краснеть, потом быстро раскалился добела. С потолка хлынул спасительный поток теплого, нагретого спиралями агрегата воздуха. Мы с Васькой и Машей сели за стол и стали пить индийский чай с печеньем. Через час приперся опухший с перепоя Кэп и приволок четыре больших гольца, пять картофелин и две луковицы, а также из-за пазухи вытащил бутылку водки:

— Как у вас тепло, будем варить уху, а за новоселье полагается выпить!

— Ты со вчерашнего дня еще не протрезвел, — с иронией обронил я.

— Обижаешь, начальник, главное — не напиться, а опохмелиться, — рассудительно произнес бывший капитан дальнего плавания.

Налили два граненых стакана, и мужчины по очереди выпили за новоселье. Маша, морщась, тоже отпила спиртное из стакана, улыбнулась и благодарно произнесла:

— Спасибо вам, ребята, что бы мы без вас делали?

Сварили уху. Пришли из школы сын с дочкой и присоединились к трапезе.

— У самого моря жили четыре человека: муж с женой и две собаки... — начал рассказывать Игорь Николаевич.

— Кэп, ты осточертел со своими собаками, в сотый раз рассказываешь одно и то же! — стал возмущаться Васька.

— Маша и ребята еще не слышали, — обиделся Кэп и продолжил свой рассказ о медведе-шатуне и том, как отважная лайка ценой своей жизни спасла людей.

Жена увлеченно слушала рассказчика, дети внимали ему, открыв рты. По окончании повествования Олег спросил:

— Дядя Игорь, а где были еще два человека?

Кэп нахмурился и поучительно сказал:

— Собаки тоже люди, сынок.

— A-а... понятно, — произнес пацан и почему-то задумался.

— Собаки не люди, а животные, — не согласилась с дядей Игорем Элка. — И было не четыре человека, а два! — спорила девочка.

Капитан не стал вступать в полемику с неразумным, по его мнению, ребенком, промолчал, допил водку и засобирался по своим делам. Помощники ушли. На следующий день я привез с лесосеки машину дров, и жизнь стала налаживаться.

...Жена решила к Новому году сделать в квартире косметический ремонт. В рыбкоопе я купил шесть рулонов простых бумажных обоев, клей и большой эмалированный таз. Ремонт наметили на выходной, чтобы дети были дома и помогали в работе. Кэп и Васька, узнав о приведении квартиры в порядок, в воскресенье с утра пораньше приперлись к нам, не забыв прихватить с собой две бутылки перцовки, и набились в помощники. Развели в тазу обойный клей, раскатали рулоны и нарезали полосы по высоте стен. Ни я, ни жена обои никогда не клеили и не знали, к чему приступить.

Главным консультантом вызвался быть Кэп, хотя он всю жизнь плавал, а точнее, ходил по морям и океанам и обои никогда в глаза не видел.

Осмотрев потрескавшиеся стены, покрытые краской ядо-вито-зеленого цвета, он авторитетно произнес:

— Нужно стены намазать клеем, а потом приложить к ним обои, прогладить руками, и все будет о'кей. За границей все так делают.

Васька тоже обои никогда не клеил, но что-то слышал об этом, поэтому возразил бывшему капитану:

— Вначале нужно размазать клейстер по полосам, а потом прикладывать к стене.

— Тебе жопу намазать клеем и посадить на пол, посмотрим, как она приклеится, — заорал командным голосом капитан,