Трагическое искажение - Анастасия Ватутина

На антикварном трюмо с витыми ножками была разбросана косметика, на дверце орехового шкафа висело изрядно помятое шелковое платье.

— Нечего надеть, — Вика раздраженно пнула раскрытый чемодан, который лежал на полу посреди комнаты. Она извлекла из его нутра очередной наряд и после беглого изучения брезгливо отбросила в дальний угол, обиженно поджав губы.

— Можем заказать еду в номер, — предложила Тася, присаживаясь в кресло.

— Ну уж нет, — Вика выхватила из лежащей у нее под ногами кучи юбку и торопливо натянула ее на себя. — С корсетом будет неплохо, — она задумчиво разглядывала себя в небольшом зеркале трюмо.

Через полчаса и три смены нарядов спустя, они наконец вошли в приветливо распахнутые двери столовой.

За большим овальным столом уже собрались гости. Тася отметила, что все приехали сюда парочками, и только во главе стола в одиночестве сидела красивая молодая женщина.

— Теперь все в сборе, — широко улыбнулась она, приветствуя Тасю и Вику. — Меня зовут Ольга, и я счастлива видеть вас на вашем первом ужине в «Усадьбе Баргиных».

После короткого представления подруги заняли свои места за столом. Тася сидела справа от Ольги, напротив нее ворковала парочка со второго этажа. Иван и Мария, или как Тася окрестила их про себя: Иван-да-Марья. Они не обращали никакого внимания на остальных собравшихся за столом, полностью поглощенные друг другом.

Рядом с ними сидели еще двое. Девушка испытывала явную неловкость от близкого соседства с влюбленной парочкой и время от времени бросала красноречивые взгляды на своего спутника, который ничего не замечал, уткнувшись в телефон.

Место напротив Ольги пустовало, и когда она сделала лакею едва заметный знак рукой, тот быстро убрал лишние приборы.

Пока несколько молодых людей в одинаковых рубашках и жилетах расставляли на столе закуски, Тася изучала убранство столовой.

Комната была просторной, с высокими потолками и огромными окнами, которые выходили на озеро и лужайку перед домом. Как и в холле, стены здесь были голубыми, отделанными деревянными панелями, выкрашенными в белый цвет.

Напротив Таси стоял большой резной буфет, на котором были расставлены разнообразные закуски. Лакеи по очереди подходили к нему и брали широкие серебряные блюда, после чего предлагали гостям угощение на выбор.

Накрытый белой скатертью стол освещали свечи в тяжелых старинных подсвечниках. Повсюду были расставлены цветы, и их аромат, смешавшийся с запахом таявшего воска и приготовленной пищи, показался Тасе удушающим.

Тасю вдруг замутило. Захотелось поскорее выбежать на свежий воздух, навстречу неистовому ветру, что с силой бросал в высокие окна крупные капли дождя. Она отодвинула от себя фарфоровую тарелку, намереваясь встать, но тут ее руки коснулись прохладная ладонь останавливая.

— Как вам у нас нравится? — мягко спросила Ольга.

— Все хорошо, — прочистив горло, неуверенно ответила Тася. Она потянулась за хрустальным бокалом и отпила немного воды. — Представить не могу, насколько сложно было превратить заброшенную усадьбу в такую прекрасную гостиницу.

— Кстати, — вынырнув из телефона, вклинился в их разговор парень напротив, — а хозяин не присоединится к нам за ужином?

— Сожалею, — слабо улыбнулась Ольга и задумчиво покрутила на пальце помолвочное кольцо. — Петр сейчас восстанавливает гостевой флигель и часто задерживается за работой допоздна.

Она еще раз печально посмотрела на пустующее место за столом, а Тася подумала, что после дня тяжелой работы ей, пожалуй, тоже меньше всего хотелось бы вести светские разговоры с кучкой незнакомых людей.

— А вы живете здесь же, в усадьбе? — присоединилась сидящая рядом с Марьей девушка. Тася напряглась, вспоминая ее имя. Кажется, Анна. Или Алла.

— Алена, — угадав ее мысли, шепнула на ухо Вика. — А рядом с ней — Антон.

— До открытия гостиницы мы жили здесь, занимали две комнаты в мансарде. А сейчас привели в порядок часть гостевого флигеля и перебрались туда. Он буквально в пяти минутах ходьбы от главного дома. Там, конечно, еще очень много работы, но в целом жить можно.

— Как вы вообще решились на такой масштабный проект? — Вика положила подбородок на сложенные в замок руки и с любопытством уставилась на Ольгу.

— В жизни бывают моменты, когда душевную боль может заглушить только тяжелый физический труд, — Ольга снова покрутила кольцо, наблюдая за тем, как в гранях бриллианта играют отблески свечей. — Когда Петр купил это место, я решила, что он сошел с ума. Бросить успешную карьеру и спустить все сбережения на ветхую развалюху казалось мне чистым безумием, но, к счастью, он меня не послушал, — Ольга хитро улыбнулась, и за столом раздались робкие смешки. — Он не сразу решился открыть здесь гостиницу. Поначалу просто работал, шаг за шагом возвращая дом к жизни. Я присоединилась к нему, когда начались отделочные работы. Помогала восстанавливать интерьеры, рылась в архивах в поисках старых фотографий. И в какой-то момент мне показалось, что несправедливо скрывать от мира ту работу, что мы проделали. Когда-то этот дом был полон смеха, любви и тепла, и он заслуживал второй шанс. Так и родилась идея открыть гостиницу и, я надеюсь, «Усадьба Баргиных» примет еще множество гостей.

— А кто такие Баргины? — мужчина напротив наконец оторвался от своей возлюбленной и решил поучаствовать в беседе. Он зажал в руках ладонь своей возлюбленной и покрывал ее быстрыми поцелуями, нисколько не стесняясь собравшихся за столом гостей. Его редеющие волосы, некогда зачесанные назад, растрепались, и несколько прядей свесились на высокий лоб, изборожденный глубокими морщинами. Тасе он показался стареющим ловеласом, который стремится доказать себе и окружающим, что все еще в строю и может соблазнить любую. В этот раз оказаться его пассией не повезло Марье.

— Баргины — древний княжеский род. Они купили эту усадьбу в тысяча восемьсот девяносто первом, но тогда на месте каменного дома стоял деревянный, который неуклонно ветшал. По приказу Алексея Баргина начинается строительство нового каменного здания. В отличие от моды того времени, Баргин не стремится к роскоши, он строит небольшой уютный дом для своей семьи. Как вы могли заметить, здание усадьбы совсем небольшое: всего три этажа. Здесь нет роскошного бального зала, картинной галереи, зимнего сада, но в то же время вполне достаточно места для семьи из трех человек и небольшого штата прислуги. А для гостей строится отдельный флигель, который в данный момент занимаем мы с Петром.

Пока идет строительство, супруга Алексея Николаевича, разбивает в усадьбе сад. Ближе к дому высаживают фруктовые деревья, некоторые из которых чудом сохранились до наших дней. В целом, семья живет довольно уединенно, лишь изредка принимая гостей, в числе которых преимущественно друзья младшего Баргина.

— Они жили здесь вплоть до революции? — пискнула