Смертельные ловушки - Кэй Клевер Стрэхен

историю с бумагами? А у папы ужасный характер. Помните, как лет тридцать тому назад он отправлял людей на смерть – какими речами он это сопровождал? Тех измученных мужчин, плачущих женщин…

– Стоп! – приказал мистер Лаки. – Об этом ты мне уже говорила. Одного раза хватит. Это предательские разговоры. Подозревать одного из представителей закона и порядка только лишь из-за того, что…

– Тише! Меня тошнит от этих банальностей. Столкнувшись с ужасом, вы говорите лозунгами…

– Я замолчу, когда во всем разберусь. Меня тоже тошнит от многого. Тошнит и возмущает. И я хочу заявить, что больше всего меня тошнит от всех этих обвинений, которыми ты сыплешь во все стороны. Ты обвинила старого мистера Фисби, едва ли не ему в лицо, что заставило его ужасно перенервничать. Ты публично обвинила Эйлин Мэддор, невесту твоего брата. Да еще и приплела потусторонние силы. А теперь, что хуже всего, ты обвиняешь собственного отца. Пусть даже из лучших побуждений. Но скажу прямо – мне не нравится…

– Конечно, нужно подумать об этом кошмарном мистере Фисби, – перебила его Рода. – Это единственная надежда на то, что отец может оказаться невиновен. Джастин как-то говорил мне, что мистер Фисби…

– Угу, знаю, – сказал мистер Лаки, направляясь к двери. Вдруг он остановился и обернулся к Роде: – Говоря о мистере Фисби, на днях он выдал такое! Не помню, как он это назвал, что-то вроде того, что что нашей компании потребуется профессиональный лжец.

– Думаете, это обо мне?

– Ты сама показала, что можешь лгать со скоростью света. Пора бы тебе прекратить. И еще одно. Надеюсь, я не глупее большинства людей, и я не пискнул, пока Джералд пересказывал мне твои слова о мистере Фисби. Но кому-то показалось бы странным – с чего бы Джастину рассказывать тебе о том, как запирается его спальня. Нет-нет, я знаю, что в твоих словах не было ничего такого. Но другие могут не понимать этого. «Умному достаточно…». Забудь эту байку про засовы.

– Неделю назад это убило бы меня. Но со временем привыкаешь даже к пытке. Не стану мучительно объясняться. Скажу лишь, что Джастин упомянул засовы на двери во время длинного разговора – с месяц назад, я тогда пришла к нему и напрямик попросила его застраховать жизнь.

– Попросила?

– Ради брата. Я отчаянно пыталась уговорить Боба стать страховым агентом. Я думала, что это подтолкнуло бы его. Джастин был моим другом. И он сказал мне, что не оценивает свою жизнь настолько высоко. Помимо прочего он упомянул, что мистер Фисби – мелкий воришка, и его, то есть Джастина, окружают враги…

– Ясно, – ответил мистер Лаки, подумав о том, что профессию страхового агента можно предлагать ордам безработных, осаждавших его в Якиме. Хотя, выражаясь языком Джералда, для них это слишком вычурно. Мистер Лаки подождал, пока Рода не окончит длинную речь об агонии, ужасе и мучениях. Затем он сказал:

– Но Джастин не испытывал смертельного страха перед бедным, старым мистером Фисби, не так ли?

– Иногда мне интересно, может, он имел в виду Саллиэнн? – ответила Рода.

– Кстати, эта мысль пришла и Мамуле. И говоря о Мамуле, мне бы хотелось, чтобы ты как следует поговорила с ней. По душам. А затем, если твое желание уехать вместе с папой не пройдет, мы посмотрим. Но чтобы показать тебе, что из себя представляет твоя тетушка, я приведу небольшой пример. За то время, что мы гостим здесь, мы временами… ну, немного придирались и критиковали здешнюю родню. По крайней мере я так делал. Честно говоря, вчера я так и сказал Джералду. А после разговора с ним я поговорил с твоей тетей. «Мамуля, – сказал я, – мы ошибались в нем. Мы очень несправедливо относились к нему. Он был добропорядочен и в отношении тех бумаг, и в том, что касалось Ив и мисс Мэддор, как и всего прочего». Так сказал я. А Мамуля посмотрела на меня своими большими голубыми глазами (временами твоя тетя выглядит милой, как на картинке) и сказала… ох, я позабыл, как она это сформулировала, но суть ее слов сводилась к тому, что все вы здесь – очень хорошие люди, просто золото. «И ни одной паршивой овцы», – так она сказала, ну, или что-то в этом духе. Еще она сказала мисс Баркер… Что такое?

– Я сказала, что мне бы хотелось быть осторожной и не доводить тетушку.

– Вот так новость! Но может я просто не расслышал? Знаешь, что мне послышалось? Мне показалось, что ты посоветовала «не доверять тетушке».

Глава XXX

Пока доктор Норт пытался подавить улыбку, чтобы выглядеть посолиднее, мистер Лаки думал, почему у него в памяти крутится его утренняя ошибка в словах Роды? «Не доверяй тетушке». Может, голубые глаза и полу-извиняющаяся детская улыбка скрывали хитринку? Может, Фелисия что-то замышляла без его ведома?

– Миссис Лаки, я никак не могу высказывать мнение по этому поводу, – сказал доктор Норт.

Улыбка Фелисии исчезла, и сердце мистера Лаки забилось быстрее от понимания, насколько она хрупка, а он еще сомневался в ней.

– Ночная сиделка говорит, – пояснила она, – что не существует такого яда, который не оставлял бы следов – при тщательно проведенном вскрытии они должны обнаружиться. Вот я и спросила вас.

– Скажите Мэддор, что она слишком много говорит, – доктор Норт обратился к миссис Фординг. – Пусть помнит о профессиональной этике.

– Доктор Норт, если вы помните, Мэддор больше здесь не работает, – отозвалась миссис Фординг и снова разгладила фартук. – Здесь новенькая сиделка – она практикующая медсестра.

– И правда. Я и позабыл. Конечно, у медсестры достаточно знаний, и она охотно делится ими. Миссис Лаки, мой совет вам: пусть эта женщина говорит как можно меньше, а вы постарайтесь вовсе не слушать ее. А теперь…

Но Фелисия перебила его, сказав:

– Ну, конечно, на самом деле я хотела спросить у вас о цыплятах и о соли.

Чувство достоинства доктора стало жертвой любопытства и он заколебался.

– Вы знаете о знаменитостях, – попыталась подольститься Фелисия, – которые умерли от яда, хотя вовсе не были отравлены?

Достоинство победило. Отбросив все знания о семействе куриных, доктор Норт подкрутил свои усы и величественно пожелал миссис Лаки доброго дня. Миссис Фординг вышла с ним в холл.

– Этот человек смертельно напыщен, – сказала Фелисия. – Я замечала это во многих докторах. Это из-за медсестер и прочих. Но какое мне дело? Потакать ему я не собираюсь.

Миссис Фординг вернулась в комнату, чтобы изгнать последнего посетителя:

– А теперь, мистер Лаки…

Тот наклонился, чтобы поцеловать жену.

– Кстати, Коротышка. Когда мне вновь позволят провести полминутки в твоем