Искатель, 2012 № 07 - Журнал «Искатель»

Глава 2. Шеф

В офисе было, как всегда, суетливо и душно. Мазлтофф, недавно вернувшийся с Розовины, развлекал всех анекдотами на гомосексуальную тематику. Корделия Вудс, которая никогда не скрывала своей ориентации, огрызалась на его шутки и упрекала в отсутствии толерантности. Саша Тойвен, единственный, с кем у меня были более или менее дружеские отношения, отвел меня в сторонку и поведал о последних новостях и слухах: наверху недовольны работой отдела, поговаривают о реорганизации; шеф собирается в отпуск, а может, и в отставку; на Конкордии серьезные проблемы, ожидается экстренный выезд кого-либо из инспекторов, кого именно — пока непонятно, шеф думает над этим: нужен кто-то толковый и ответственный, а таковых на данный момент в его распоряжении нет.

— Неужели все так плохо? — переспросил я. На моей памяти экстренные командировки случались всего два раза, но это были такие тяжелые ситуации, что даже вспоминать не хочется.

Саша кивнул и мрачно добавил:

— Мы тут весь день вчера голову ломали и решили, что Олегыч пошлет тебя.

— Ну уж нет, — ответил я. — Слишком уж ты, Сашка, сгущаешь краски. Да и вообще, с каких это пор он считает меня толковым и ответственным?

— Не знаю. Но, как бы там ни было, лететь все равно больше некому: все еще земной срок не отмотали. — Он помолчал, а потом посмотрел на меня в упор и многозначительно прибавил: — Кроме тебя...

Я перебирал в уме инспекторов, которые на данный момент были на Земле, пытался вспомнить, кто из них уже исчерпал положенные после каждой командировки полгода «земного отпуска», но решительно не мог припомнить таковых. В голову упорно лез только Паатлелайлен, но и тот неделю назад сломал позвоночник и проломил череп, катаясь на горных лыжах у себя в Финляндии, так что в ближайшие два-три месяца никуда лететь не сможет. Неужели оправдались мои худшие подозрения? Межзвездная инспекция, да еще и экстренная...

Вооружившись самыми железными отговорками и пожеланиями удачи от Саши, я проследовал в кабинет к шефу.

— Здравствуйте, Мстислав Олегович! — сказал я, переступив порог.

— Приветствую тебя, Андрей! — ответил шеф.

Он был очень занят. Об этом свидетельствовали расстегнутый ворот его рубашки и развязанный галстук, двумя полосками болтающийся у него на шее. Однако мне больше бросилось в глаза обилие разбросанных по столу бумаг и полупустой стеклянный кофейник. Пожалуй, хуже этого быть ничего не могло, потому что это означало, что шеф расстроен, что он нервничает и ему нужна помощь.

— Я уж подумал, что ты опаздываешь, — продолжал он, глядя прямо перед собой. — Присаживайся! Как дела?

— Неплохо. — Я сел в кресло напротив него.

— Я смотрел твой последний отчет. На мой взгляд, нужно попробовать рассмотреть корреляцию между уровнем лояльности населения Маннелинга и количеством осужденных на пожизненное заключение. Но это потом... — Он замолчал.

— Вы ведь не за этим меня вызвали? — я внутренне замер.

— Андрюша, — шеф снял очки и помассировал глаза, — нужно лететь на Конкордию.

Я уже начал заготовленную заранее речь, но он оборвал меня:

— Я знаю, что ты не хочешь лететь, что у тебя тут личные дела, что у тебя невеста и все прочее. Но, поверь, дело — дрянь.

— Что случилось-то? Кто там у нас?

— У нас там Джонсон и Де Ловерг, — шеф запнулся. — Были. Теперь только Де Ловерг. — Он опять замолчал и отпил кофе из кружки. — Двадцать четвертого числа, то есть две недели назад, от Джонсона пришел отчет о странных явлениях, замеченных в нескольких городах на Конкордии. По первым описаниям, это что-то вроде оптических миражей. Возможно, это были голограммы. Чьих рук это дело пока не ясно. За расследование взялись местная полиция и спецслужбы. В общем-то, ничего интересного, банальная ерунда. Но, как это ни странно, данные происшествия вызвали всплеск религиозных волнений в тамошнем обществе. Де Ловерг указывает на появление неких пророков и прочую чепуху. Предположительно, события трактовались, — шеф заглянул в бумаги и поморщился, — как пришествие божественных сущностей. Для подавления экстремистских настроений пришлось применить силу, вплоть до уничтожения материальных ценностей ударами с воздуха. В целом, обошлось без жертв. Организаторы беспорядков выявлены и задержаны. Ситуацию взяли под контроль. Все вроде бы утихло. Но вчера поздней ночью пришло сообщение о гибели Джонсона...

— Как это произошло?

— Его вертолет врезался в скалу. — Шеф надел очки и принялся что-то искать в бумагах. — А, вот. Де Ловерг пишет: предположительно, сбой в программе пилотирования. Пока основная версия — несчастный случай, еще рассматривается возможность самоубийства, — он поднял взгляд от бумаг. — Я не верю в совпадения. Де Ловерг — толковый сотрудник и не поддается панике. В этом он молодец. Но мы должны предпринять встречные меры.

Я задумался. Де Ловерга я представлял себе смутно — кажется, видел его как-то раз мельком в этом кабинете. Вроде бы это такой высокий француз с хитрыми глазами. А может быть, я путаю. Зато Джонсона я знал хорошо — такой лысоватый дядька в годах. Готовя аналитику по Конкордии, я часто читал его отчеты и запрашивал данные по его планете. На мой взгляд, он был слишком занудливый и ответственный, что, впрочем, важно в нашем деле. Жаль его, хороший был парень.

Ситуация и в самом деле была критической. Смерть ин-спекто-ра — это всегда ЧП, а в создавшейся обстановке — тем более.

— В их звене Джонсон был главный, как я понимаю? — осторожно спросил я.

— Да. Они прибыли на Конкордию пять месяцев назад. Их миссия была рассчитана на три года. Теперь исполняющим обязанности Главного Инспектора на Конкордии является Де Ловерг.

— А разве их сменщики еще не отбыли с Земли?

— Нет. Длительность полета до Конкордии — двадцать три месяца по абсолютному времени. То есть команда, которая должна их менять, с Земли вылетит только через полгода. Поэтому