Искатель, 2010 № 09 - Журнал «Искатель»

— Да, да, полагаю, это было бы неуместно... Господин нунций, будьте так добры, захватите вон тот большой кувшин. В него как раз входит целый галлон, и раз мы уж все равно идем в подвал, так не лишним будет пополнить запасы абсента... Что же порожняком-то ходить! Надеюсь, я вас не слишком затрудню?

Ассур поднял и взвесил в руке здоровенный серебряный кувшин, обильно изукрашенный чеканкой.

— Между прочим, настоящий Бенвенутто Челлини! — не преминул заметить прелат. — Подлинник!

— Да, массивная штуковина, — согласился нунций и постучал кувшином о мраморную столешницу. — Таким запросто и убить можно.

— О боги Тартара! — простонал Сапролегний, сморщившись, как от зубной боли. — Осторожнее! Это же антикварная вещь!

Глава пятнадцатая

В ЦАРСТВЕ ХТОНИЙ

В подземный мир ведет на суд Отца

Сын, Ястреб-Гор. Шакал-Анубис будет

Класть на весы и взвешивать сердца:

Бог Озирис, бог мертвых, строго судит.

И. А. Бунин

Сначала они все втроем спустились по монументальной двухмаршевой лестнице в холл первого этажа, а оттуда — в подвал. Ассур заметил, что это не тот подвал, через который Алимпта провела его днем в замок. Тот располагался в левом крыле Градека, этот же лежал прямо под лестничным холлом и был много обширнее и поместительнее.

Как только распахнулась массивная дубовая дверь, Ассура едва не сшиб с ног тяжелый спиртуозный дух. Центр подвального помещения занимал мраморный бассейн-фиала, где искрилась и сверкала колдовским изумрудным пламенем чудесная влага. Оттуда-то и поднимались дурманящие, насыщенные полынными ароматами испарения.

— Вот он след зевесова скакуна, мой источник Иппокрены! — торжественно возгласил Сапролегний и с наслаждением потянул носом полный «изысканных» миазмов воздух. — Видите вон те свинцовые трубы? По ним излишек абсента расходится по большинству кабаков и таверн Кутной Горы. Достаточно перекрыть вентили — и весь город взбунтуется! Можете мне поверить.

— Черта ли мне в том! — отозвался нунций, прижимая к лицу платок. — Где вход в катакомбы? Показывайте скорее, пока я не задохнулся.

Епископ обошел фиалу и остановился напротив гобелена с изображением висящего на дубе кудлатого Авессалома. Он откинул гобелен в сторону, и за ним оказалась маленькая, едва в половину человеческого роста металлическая дверца. Сапролегний погремел в кармане ключами, выбрал один и сунул его в замочную скважину.

— Вот, прошу. Отпирайте сами, — сказал он, понизив голос и отходя в сторонку.

Ассур повернул три раза ключ, замок с лязгом отомкнулся, металлическая створка взвизгнула и отворилась.

— Там есть старый подъемник, — сказал Сапролегний почти шепотом, — на нем вы сможете спуститься на первый уровень. Только кто-то должен крутить лебедку...

— Вы и будете крутить, — ответил Ассур — Полагаю, свидетели вам не нужны. Я не прав?

— Правы, правы... — проворчал епископ.

— Вот и хорошо. А теперь пошлите кого-нибудь из слуг, пусть доставят из отеля мой саквояж, и можно будет начинать экскурсию... Кстати, — добавил он, обращаясь к Алимпте, — а что насчет твоего плана?

— Успокойся, он у меня тут, — постучала она пальцем себе по лбу. — За ним посылать не надо. А пока не принесли твой багаж, предлагаю подождать наверху. Если ты, конечно, не планируешь спуститься под землю мертвецки пьяным...

Против ожидания Ассура, чрево города встретило их вовсе не сырым мраком и гнилостным запахом. Здесь было на удивление сухо и прохладно.

Он и Алимпта поместились в некое подобие допотопного лифта, а точнее — грубо сколоченное из толстых досок корыто, привязанное к металлическому тросу, который, в свою очередь, был пропущен через блок и намотан на ворот, приводимый в движение исключительно мускульной силой. Спуск занял не менее получаса, ибо тучный прелат крутил лебедку с продолжительными перерывами на отдых. Но в конце концов они оказались на первом уровне — в бетонном тоннеле с низким потолком, перекрытым массивными балками. Тоннель вывел их в коридор с полукруглыми кирпичными сводами, достаточно высокими, чтобы двигаться дальше в полный рост.

Через две сотни шагов, миновав несколько более мелких боковых ответвлений, они уперлись в огромную кучу битого кирпича и щебня, возвышавшуюся в коридоре почти до самого свода.

— И куда же ты завела меня, дочь Цереры? — поинтересовался Ассур, шаря фонарем по казавшемуся непреодолимым препятствию. — Заплутала? А как же твой хваленый план?

— Лезь за мной, — коротко бросила Алимпта и стала ловко карабкаться вверх по завалу.

Ассуру ничего не оставалось, как взбираться следом; по пути он старался не наступать на дебелых мокриц, облепивших буквально каждый кирпич и камень. Достигнув верха и протиснувшись следом за Алимптой в узкий — не более пятидесяти сантиметров — зазор между завалом и потолком, он принужден был довольно долгое время передвигаться ползком, то и дело задевая спиной за кирпичи свода. Потом проход немного расширился, Ассур поднялся на ноги и, пригнувшись, двинулся дальше. Скоро потолок стал еще выше, и он смог наконец выпрямиться.

Когда завал остался позади, Ассур спросил, в какой части подземелья они сейчас находятся и далеко ли еще до штолен.

— Не шуми! — шикнула на него Алимпта. — И смотри под ноги, где-то здесь дыра была.

Действительно, буквально через несколько метров дальнейший путь им преградила глубокая воронка, за которой подземный коридор продолжался все так же прямо и горизонтально.

Несколько камешков, брошенных Ассуром в эту воронку, исчезли в глубине, и секунд через пять оттуда донесся глухой звук их падения.

— Будем прыгать, — сказала Алимпта и с ловкостью гимнаста сиганула через черный провал, а затем, не оглядываясь, двинулась дальше.

Ассур отошел на несколько шагов, разбежался и перепрыгнул следом. Но очень скоро дорога оборвалась новой воронкой, на сей раз значительно шире. Из глубины ее доносились неясные звуки, похожие на слабое журчание. Ассур прислушался: так и есть, где-то далеко, в нижних ярусах подземелья, лепетал ручей.

Алимпта молча указала ему вниз; он посветил в провал и обнаружил на одной из его стен что-то вроде металлической лестницы. Цепляясь за покрытые коростой окислов и буквально крошащиеся под пальцами скобы, они начали спуск в беспроглядную тьму. По прикидкам Ассура, они спустились метров на восемьдесят, прежде чем достигли дна каменного колодца. Там и вправду протекал прозрачный до невидимости ручей. К счастью, неглубокий; вода едва доставала им до колен.

Ассур огляделся: он стоял в узкой наклонной штольне, размеры которой не превышали двух метров в высоту и полутора — в ширину. Стены и потолок ее сверкали в луче фонаря, будто облитые расплавленным серебром, а пол весь состоял из живописных известковых натеков. Вода, многие сотни лет струящаяся по каменистому дну этого рукотворного тоннеля,