Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

– Ой, как давно это было! – воскликнула она, увидев открытую страницу с собственным снимком.

– Ты еще красивее теперь, – пробормотал Кнутас и почувствовал себя глупо.

Черт, неужели он не мог обойтись без этого банального комплимента? Но что на сердце, то и на языке, так ведь вроде говорят?

– Ах, брось ты.

Лине махнула рукой и поинтересовалась, не могла бы она тоже получить бокал вина. Естественно, она имела на это полное право, и скоро он опустился на диван рядом с ней, а потом они принялись вместе смотреть фотографии. И сразу же оказавшись в плену самых противоречивых эмоций, Кнутас постарался не позволить сентиментальности и тоске по прошлому взять верх над собой. В результате, правда, чуть не забыл про свое блюдо, но, внезапно по запаху определив, что сырная корочка может подгореть в любую минуту, поспешил на кухню и торопливо извлек макаронник из горячей духовки. Он выглядел идеально. Лине подошла и встала рядом с ним.

– М-м-м, – сказала она, – какой ты молодец. Сделал свой фирменный макаронник! – Она обняла его за плечи. – На вид он просто замечательный. А я ужасно голодна.

– Мы можем сразу приступить к еде, – ответил Кнутас.

От близости бывшей жены у него кружилась голова, и он подумал, что перерыв на ужин будет очень кстати.

Они сели за красиво накрытый стол, и Лине наполнила свою тарелку. Ему нравилось смотреть, как она ест. Это было одно из самых приятных зрелищ для него. Никакого ковыряния вилкой со скучающей миной. Она всегда отличалась хорошим аппетитом и старалась наслаждаться жизнью. Опять же сейчас высоко оценила его старания, тем самым сделав ему приятное.

– Очень вкусно, – похвалила она. – Но ты использовал какие-то новые специи, как мне кажется. По-прежнему продолжаешь экспериментировать?

Кнутас улыбнулся:

– Я подумал, может получиться интересно, если добавить немного вестерботтенского сыра.

– Очень удачно, – сказала Лине, не переставая жевать.

Их разговор плавно тек, пусть мысли Кнутаса порой уносились в область мечтаний, когда он смотрел на ее лицо. Пожалуй, из-за вина у него разыгралась фантазия, но он старался держать себя в руках. Они говорили о детях и о том, что сейчас происходило в их жизни, о результатах в учебе, подругах и друзьях. Кнутас рассказал об убийстве Хенрика Дальмана, и Лине слушала его с широко раскрытыми глазами. Она всегда интересовалась его работой, а этот случай ведь был, мягко говоря, экстраординарным.

После еды они вместе убрали со стола и навели порядок на кухне. Ему так не хватало этих самых обыденных вещей, просто ходить мимо нее, когда она стояла у раковины и мыла тарелки. А также ее запахов и рыжих волос, именно по ним он скучал больше всего.

Разобравшись с делами на кухне в своей старой привычной манере, словно их отношения никогда не прерывались, они вернулись на диван и к фотоальбомам.

– Ты сама как поживаешь? – поинтересовался Кнутас. – Я главным образом говорил о себе. Но ты почти ничего не рассказала о своих делах.

Лине пожала плечами:

– Что ты хочешь знать?

Гордость мешала Кнутасу признаться, что его крайне интересовала ее личная жизнь. Он заерзал на месте.

– Расскажи хоть немного о себе… Как твои дела?

Он сделал ударение на слове «твои» и надеялся, что она поймет.

Лине посмотрела на Кнутаса, сделала глоток вина, а потом отвела в сторону взгляд:

– Ну что мне тебе сказать? Я и Мортен не встречаемся больше.

Кнутас не поверил своим ушам.

– Он хотел большего, съехаться и так далее… Но знаешь, он слишком спешил, на мой взгляд, – продолжила она. – Меня же, оставившую за плечами долгий брак, не слишком прельщало вступать в постоянные отношения снова. Когда он стал строить планы относительно общего дома для нас, начались проблемы. Мне кажется, я сильно разочаровала его.

В ответ Кнутас только ойкнул удивленно и сразу же получил встречный вопрос:

– А как дела у вас с Карин?

Она смотрела на него с улыбкой, прятавшейся в уголках рта. Кнутас не знал, что ему сказать.

– Ну все, пожалуй, о’кей. Хотя я не знаю, на самом деле, – промямлил он, и сразу же совесть напомнила ему о себе. Что происходило с ним? – Все идет своим чередом, – добавил он и почувствовал фальшь в собственных словах.

Лине улыбнулась, но воздержалась от дальнейших вопросов о его личной жизни. Они продолжили пить вино, болтали на другие темы. Забыли про фотографии, обратились к старым воспоминаниям. К первой ее беременности. Когда Кнутасу приходилось отправляться в дорогу среди ночи и покупать кока-колу, поскольку Лине не могла пить ничего другого.

– Ой, как поздно уже! – воскликнула она внезапно, когда их разговор продолжался уже несколько часов. – Мне надо сделать массу дел завтра, так что пора в постель.

Она допила остатки вина из своего бокала, поднялась и поправила юбку. Кнутас проводил ее в прихожую и помог надеть тонкое пальто. Замер на половине движения и обнял ее. Почувствовал, как она обмякла и всем телом прижалась к нему.

Оба позволили этому случиться.

Их объятия длились дольше, чем он рассчитывал.

Кнутас просто не мог отпустить ее. Их губы встретились в нежном поцелуе. Он по-прежнему прижимал ее к себе. Хотел чувствовать ее тепло как можно дольше.

В конце концов она высвободилась, погладила его по щеке и прошептала: «Пока».

Потом она ушла. Дверь закрылась, и он остался один в доме.

Он еще ощущал ее тело, когда пошел по комнатам выключать свет.

Они пожелали детям спокойной ночи и сели на диван каждый со своей чашкой кофе. На улице шел дождь. Эмма смотрела какой-то американский телевизионный сериал, привлекший ее внимание. Юхана же он особо не интересовал, и, одолеваемый жаждой деятельности, он погрузился в размышления о смерти Хенрика Дальмана. Если верить просочившимся в прессу данным, речь шла о сексуальном убийстве. Дальмана нашли голым и связанным в собственной постели. Также, согласно слухам, его задушили собачьим ошейником, но на сей счет Юхан сомневался. Он и Пия потратили целый день, пытаясь разобраться, что же произошло на самом деле, и оба делали репортаж на месте в Льюгарне, там они пообщались с жителями поселка и попробовали взять интервью у нашедшего жертву соседа, но безуспешно. Клаеса Хольма они поймали на улице, когда он подстригал собственный газон, но тот не захотел официально разговаривать с ними, однако им удалось перекинуться парой слов у забора его дома, и, по впечатлению Юхана, между ними установился хороший контакт. В любом случае