Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

был вызван последний свидетель. Дэйв Хэнкок, репортер из «Эль-Пасо таймс». Он заявил, что 31 августа 1985 года он отправился в дом Рамиресов на Хасиенда-Хайтс и застал дома Хулиана Рамиреса. Далее он заявил, что свободно говорит по-испански, и спросил Хулиана, согласится ли тот на интервью. Его пригласили в дом на разговор, а позже он написал статью.

Он заявил, что, когда он спросил Хулиана, когда тот в последний раз видел Ричарда, он сказал ему: «Два или три года назад», что резко контрастировало с тем, что Хулиан сказал на трибуне.

На перекрестном допросе репортер показал, что интервью произошло в субботу в 16:30 и длилось десять минут, что Хулиан был в доме один, а он делал записи, но выбросил их. Дом Рамиресов он нашел, поговорив со старыми соседями Рамиресов на Ледо-стрит, а потом позвонил редактору в газету, и тот помог отыскать Хулиана Рамиреса на Хасиенда-Хайтс.

Кларк попросил у него копию статьи, и судья Тайнан дал адвокату пятнадцать минут на то, чтобы ее прочитать.

Дэйв Хэнкок показал, что интервью с Хулианом Рамиресом записал на пленку, и что отец Ричарда был очень расстроен случившимся. Кларк также отметил, что в статье слова Хулиана не были закавычены.

У защиты была односторонняя встреча с судьей Тайнаном в его кабинете. Кларк сказал, что защита с помощью двух очевидцев может доказать, что Ричард действительно находился в Эль-Пасо с 22 по 31 мая. Даниэлю придется поехать в Техас, чтобы допросить свидетелей во время июльских перерывов в суде. Судью просьба встревожила, но он любой ценой стремился избежать аннуляции процесса и, заглянув в свой календарь, неохотно сказал Кларку, что удовлетворит ходатайство, предоставив им время до 10 июля. Он добавил, что все это уже должно было быть сделано.

В открытом судебном заседании Тайнан объявил, что он «неохотно» позволяет команде защиты вызвать свидетелей из Техаса, чтобы опровергнуть показания Дэйва Хэнкока, и собирается предоставить им для этого время до 10 июля.

Фил Хэлпин пришел в ярость от этой новости. Он напомнил судье, что доктор Лян опознал Ричарда и даже имел рентгеновские снимки и датированные карточки, доказывающие, что тот находился в его кабинете.

Присяжным сказали, что они в отпуске до 10 июля.

* * *

– С возвращением, дамы и господа. Надеюсь, у вас была небольшая передышка в нашей работе, – сказал судья Тайнан присяжным утром 10 июля.

Защита назвала Раймондо Пантоха, толстого, сильного человека с грубым, обветренным лицом, дружившим с Хулианом Рамиресом уже тридцать лет. Через переводчика с испанского он заявил, что они работали вместе и что он одолжил у Хулиана канализационный трос, чтобы прочистить водосток у себя на кухне 25 мая, в субботу.

Когда он пошел в дом Рамиресов одолжить инструмент, у дочери Рут был праздник первого причастия, и он видел там Ричарда. На лице Раймондо Пантоха лежала печать пожизненной тяжелой работы, и он казался вполне уверенным в себе, и, по выражению судебного репортера, «человеком, говорящим истинную правду».

Хотя Хэлпин встал и тщательно допросил его, желая узнать все о его посещении дома Рамиресов, Пантоха сказал, что он не остался и с Ричардом не разговаривал. Он пошел туда просто одолжить у друга инструмент.

– Я просто видел его, вот и все! – с досадой сказал он недоверчивому прокурору.

При новом прямом допросе он заявил, что поездка в Лос-Анджелес была его первым полетом в самолете. Защита хотела, чтобы присяжные знали, что это был простой, трудолюбивый, честный человек, которого не в чем упрекнуть. Кларк пытался показать полароидный снимок Ричарда позирующего с Глорией, матерью и отцом на празднике. Возражение Хэлпина было поддержано. Судья сказал, что не установлено, когда снимок был сделан. Хэлпин сказал, что двадцать пятое не имеет ничего общего с тридцатым – и что Хулиан Рамирес лгал, заявив, что Ричард был в Эль-Пасо тридцатого.

Кларк, в свою очередь, сказал, что лгал репортер, что он мог написать все, что ему могло взбрести в голову:

– Он не вел никаких записей или записей своего разговора с Хулианом Рамиресом.

Судья Тайнан постановил: если защита не сможет доказать, что фотография сделана в Эль-Пасо в тот день, снимок не может быть показан присяжным.

Свидетель был отпущен. После обеда Кларк сказал, что хочет представить фотографию и готов предложить доказательства. У него был свидетель, который действительно видел, как фотография вышла из фотоаппарата. На трибуну вызвали Марию Торрес. Она была сестрой жены Джозефа и стала последним свидетелем, давшим показания в судебном процессе. Мария была приведена к присяге и сообщила жюри, что была на первом причастии Глории и видела там Ричарда. Когда Кларк спросил ее, уверена ли она в дате, 25 мая, она ответила, что абсолютно уверена, потому что это также был третий день рождения ее дочери, и она устроила для нее праздник. Кларк протянул ей фотографию, и она заявила, что действительно была там, когда Рут сделала снимок с Глорией в платье для причастия.

Она показала, что видела Ричарда в Эль-Пасо во второй раз, 29 мая, в доме сестры. Она помогала сестре убираться, когда вошел Ричард, поздоровался с ней, пошутил насчет конфет и пошел поговорить с Джозефом, который лежал и страдал от мигрени. Ричард, по ее словам, пробыл с Джозефом несколько минут и ушел. Рут ждала его на улице. Она понимала, что Рут везет его либо в аэропорт, либо на автовокзал. Она была уверена в дате, потому что 29 апреля она рассталась с мужем, а 29 мая ознаменовал конец первого месяца их разлуки.

Хэлпин решил, что либо она лжет, либо Ричард улетел в ту субботу, прилетел в Лос-Анджелес и напал на Мэйбл Белл и Нетти Лэнг. Он обязательно укажет на это в своем заключительном слове.

Мария Торрес сошла с трибуны, и Рэй Кларк объявил: «Защита окончила».

Они поспорили о времени своих заключительных речей и заключительного обращения судьи к присяжным, и Тайнан отпустил присяжных до завтрашнего дня, когда они вступят в новую фазу судебного разбирательства и услышат заключительные выступления сторон.

В десять утра судья Тайнан сказал защите, что найденный полицией в Тихуане пистолет «утерян», и обвинение передаст присяжным для обсуждения его фотографию. Судья поблагодарил присяжных за внимание и попросил их попытаться сконцентрироваться на заключительных речах адвокатов сторон.

Фил Хэлпин начал с обрисовки всех сильных сторон доказательств обвинения и всех слабых стороны защиты. Его заключительная речь была длинной, чрезвычайно подробной и продолжалась четыре полных дня. Кондиционер в зале суда работал неважно, и всем было