Искатель, 2011 № 07 - Журнал «Искатель»

— А где сейчас ваша жена?

— Дома! И она очень много знает!.. Могу ее сюда вызвать, если хотите? Или допросите ее на квартире? Наш дом рядышком — три квартала отсюда... Как скажете, товарищ Муромцев...

Пока Павел искал квартиру Бедновых, хозяйка в спешном порядке переодевалась, причесывалась и наводила порядок в гостиной, которую она смешно называла «залой».

— Ой, товарищ Муромцев, вы уже пришли, а у меня зала не убрана... Я последние дни так переживала по Аллочке. Думала, что меня сразу будут допрашивать. А наши лопухи не дернулись, даже когда Игорька застрелили.

— А вам, Зоя Федоровна, есть что сказать?

— Ой, товарищ Муромцев, у меня есть масса версий. Я вам сейчас разложу их по всем полочкам...

Версий у Зои Бедновой оказалось не так много — всего одна!.. И это даже не версия, а набор интересной информации из школьной жизни Аллы Бакуниной и Игоря Котенкова...

Эти двое, как и Зоя Беднова, учились в одном классе. Начиналась последняя школьная весна. Дело шло к выпускным экзаменам. И вдруг у Аллы и Игоря случилась любовь... Это был бурный роман, о котором знала вся школа, включая уборщиц и учителей.

Невольно в этой истории Зоя сыграла роль провокатора — она передала Алле ключи от теплой зимней дачи. И влюбленные провели там воскресенье... Все бы ничего, но у идиота Котенкова был с собой фотоаппарат. И он запечатлел сначала одну Бакунину как Венеру, а потом и их обоих в позах скульптур Родена...

Случайно так получилось, что эти фотографии стали гулять по школе. Поговаривали, что это сама Алла покрасоваться решила... И все это произошло перед Первомаем! Назревал не просто скандал, а скандал с политическим оттенком. Директор школы Зотова пыталась историю замять, ссылаясь на Ромео с Джульеттой. Но комсомольский лидер Дима Асадов раскрутил все по полной программе. Правда, из комсомола ребят не исключили, но заставили прилюдно покаяться и обоим закатили строгача с занесением...

— А через десять лет Димка Асадов оказался маньяком. И Аллочка в статьях его так пропечатала, что мало никому не показалось!

— Понятно... А какая у вас версия, Зоя Федоровна?

— Ой, товарищ Муромцев, если бы я знала... Я думаю, что Бакунину из мести мог убить Асадов, но зачем ему Котенков — не ясно... А если ее убил Котенков, то кто убил его?.. Я совсем запуталась!

— Да, Зоя Федоровна, это дело запутанное... Но спасибо вам за информацию!

* * *

Хирургом, проводившим вскрытие Котенкова, оказалась женщина средних лет. Вадим Хилькевич побоялся выходить с ней на контакт. Он боялся провалить дело. Тут нужен крупный специалист по тонкой женской душе... Тут нужен Лев Кузькин!..

Оперативник должен уметь перевоплощаться... Кузькин всегда таскал с собой парик, очки, усы и всякий шпионский грим. Сегодня все это понадобилось. За пять минут у Вадика появились противные усики, синяк под глазом и другие атрибуты городского хулигана...

Черная «Волга» притаилась у морга... Ирина сидела за рулем и на всякий случай не глушила двигатель. Кузькин инструктировал Хилькевича, а тот морально готовился к совершению нехороших поступков. Ему предстояло и словом, и делом оскорбить незнакомую женщину...

Патологоанатом Дарья Носова всегда с работы ходила пешком. Для этого было много причин. Первая — Шадринск город маленький, и за полчаса его можно пройти из конца в конец. Вторая — банальная экономия денег. Третья — при такой «убойной» работе вечерние прогулки очень полезны для нервов. И последняя — в пустой квартире Дарью никто не ждал, и она оттягивала время прихода домой.

Ей было сорок. Она слышала, что в этом возрасте жизнь только начинается. Она очень надеялась и верила в это, но никаких приятных событий не происходило. Не только принц на белом коне не встречался — вообще не было никаких знакомств. Почти каждый день сослуживцы привозили к ней новых мужчин, но это были трупы, которые она кромсала вдоль и поперек.

Сегодня Дарья вышла совсем поздно. Уже смеркалось, и она решила не идти через парк, а прогуляться по освещенной улице. Правда, в этом случае в конце пути ей придется идти через пустырь, а потом и проходными дворами.

Вначале она шла медленно, разглядывая знакомые витрины. И «Волга» двигалась за ней рывками — двадцать метров пути, короткая остановка, и опять вперед.

Когда Дарья свернула направо, на улице стало меньше витрин и прохожих. А потом и фонарей стало меньше — начался пустырь...

Хилькевич вышел первым. «Волга» промчалась вперед, обогнав судмедэксперта Дашу Носову. Где-то за кустами машина притормозила, из нее выскочил Кузькин и стал ждать развития событий...

Вадим с азартным настроем уже догонял женщину. Он угрожал ей и невнятно ругался... Дарья ускорила шаг, но и «хулиган» резво побежал. Он догнал ее, схватил за плечи и злобно прокричал: «Деньги давай! Или убью».

Носова попыталась вырваться, но у Хилькевича была железная хватка. Он ждал, пока появится Кузькин. А тот уже бежал навстречу с криком: «Отпусти ее, гад! Не трогай женщину...» Потом началась потасовка и активный обмен ударами. В результате преступник с позором бежал, а Лев Кузькин лежал на траве и стонал. Понятно, что Дарья не могла бросить своего спасителя.

— Что с вами? Вам очень больно?

— Больно, но не смертельно... Ребра он мне немного помял и брюки порвал.

— Пойдемте ко мне. Я врач. Я вас осмотрю, а потом брюки зашью... Спасибо вам! Я как-то совсем растерялась... Спасибо!

— Пустяки... Вот брюки зашить — это хорошо бы. Я только что из Москвы в командировку приехал, а в гостинице мест нет. Мне еще ночлег искать, а с такими брюками это просто тихий ужас...

— Простите, но переночевать вы можете у меня... Вы же мой спаситель!

— Но неудобно как-то. А если ваш муж будет против?

— Нет, муж не будет против... У меня нет пока мужа.

Последние слова Дарьи взбодрили Кузькина. Даже когда он сидел в трусах, прикрывая колени пледом, а хозяйка пыталась зашить огромную дыру в его штанах, и тогда он обсуждал эту проблему.

— Не пойму я, Даша, современных мужчин! Куда они смотрят?.. Вот вы — красавица!

— Ну что вы, Лев... Я, конечно, не уродка, но...

— Не возражайте, Дарья! Вы — красавица. Вы — умница и человек чистой души... Вы — ангел, а мужики — дураки безмозглые! Упустить