Искатель, 2011 № 07 - Журнал «Искатель»

— А когда ты последний раз целовалась?

— Давно не пила и давно не целовалась. Вот меня и разморило... И долго я спала?

— Пять минут!.. Или семь... Влюбленные часов не наблюдают!

— Так уж и влюбленный?.. Что-то мне ужинать расхотелось. Давай, Лев, спать ложиться... Тебе отдельно стелить?

— Я даже и не знаю. Тут такой интимный вопрос...

— Так вместе или врозь?

— Ты, Дарья, хозяйка! Тебе и решать.

— Тогда, значит, вместе...

Где-то в час ночи их разбудил звонок... Сонная Даша взяла трубку.

Звонил сам Малько. Прежде всего он спросил о ключах от сейфа. Дарья проверила и сообщила, что они все время были в ее сумке. И тогда полковник сообщил о налете на ее кабинет, о разбитой двери, о стрельбе. А в последний момент Павел Иванович сказал, что храброго вахтера увезли на «скорой» с сердечным приступом. И последнее:

— Надо бы, товарищ Носова, срочно приехать в морг. Хотелось бы все проверить в вашем столе, в шкафу, в сейфе... Зачем-то он полез к вам! И именно к вам...

— А до утра это не подождет?

— Нет! Это вопрос жизни и смерти! Надо ковать железо, пока оно тепленькое... Жду вас немедленно!

Дарья с тоской посмотрела на кровать... Впервые за многие годы она решилась провести ночь с мужчиной. Можно сказать, с любимым человеком!.. И вдруг из-за ночного грабителя такой облом!

К двум часам ночи под присмотром Малько Дарья в кабинете перебрала все свои вещи — все было на месте. Перед закрытием сейфа она положила на место коробочку с пулей. Но потом взяла ее и начала рассматривать чуть смятый кусочек меди.

— Товарищ полковник, это не та пуля. Похожая, но не та... На той по ободу была четкая гравировка. Я точно помню! Четко читалось слово «Месть»...

* * *

При первой встрече Малько вручил всем свои визитки. И сыщики, как и положено в таких случаях, вручили полковнику свои карточки, в которых были номера мобильных телефонов, доступных в Шадринске... Сегодня утром Малько обзвонил всех! Взволнованным голосом он просил каждого приехать в полдень на пристань. А оттуда он повезет группу Муромцева на рыбалку.

На сборы оставалось всего полтора часа. И дела начали с обсуждения этих странных звонков начальника УВД. Нормальные люди приглашают на рыбалку под вечер. Днем нет клева! И у самой рыбалки не тот антураж. Хорошо, когда луна, когда искры над костром, когда дружеские тосты и откровенные разговоры... Но самое главное, все согласились, что Павел Иванович был не просто взволнован, а находился в каком-то шоке, в ступоре... Что его выбило из колеи? Вряд ли вчерашний эпизод в морге...

В УВД был отличный катер. Он мог спокойно вместить и десять человек, и даже больше. А река Верба в районе Шадринска была полноводна и широка. Это не Яуза, не Клязьма и даже не Москва-река. Это что-то вроде Оки в районе Коломны.

Отплывали в спешке и в суматохе. Малько сразу заскочил в каюту и не высовывался, пока корабль не вышел на середину реки.

Рыбалкой должен был руководить улыбчивый бородач, который представился кличкой «Боцман». Это потом стало ясно, что у него есть майорское звание, и формально он служит в местной ГАИ.

Боцман стоял у штурвала и весело отвечал на вопросы по теме охота-рыбалка. Стало ясно, что у него есть охотничий домик на той стороне реки, что выше по течению бродят кабаны, что в заводях стоят сазаны, а в омутах — сомы в пуд весом...

Шадринск остался далеко за кормой, а после поворота реки и совсем исчез. Когда они причалили, Малько приказал Боцману ловить рыбу, а сам увел всех в рубленый дом. Здесь, вдали от города, он перестал нервничать и начал внятно соображать.

— Садитесь все за стол... Прошлый раз, ребята, я не очень правильно с вами разговаривал. Мне нужна ваша помощь... Очень нужна!

Дальше Малько начал рассказывать, что произошло с ним в последние часы. Ему позвонили ночью. Очень не хотелось просыпаться. Он долго не брал трубку, но потом рывком рванулся к тумбочке и дотянулся до телефона. Но в этот момент звякнуло разбитое оконное стекло, вспучилась подушка и из нее вверх полетели пух и пыль. Несмотря на сонное состояние, реакция у полковника была отличная. За доли секунды он понял, что это снайперский выстрел — попали туда, где секунду назад лежала его голова. Малько сделал еще один рывок и скатился за кровать.

Теперь его не было видно из окна, а значит, можно поговорить по телефону. Звонил дежурный. Он сообщил, что пять минут назад было совершено нападение на морг.

Удивительно, но полковник нашел пулю, которая предназначалась ему. Она прорвала подушку, прошила матрац и застряла в ковре. Пуля почти не деформировалась, и на ней свободно читалось слово «Месть».

Потом Малько рассказал о ночной поездке в морг, о вызове туда Дарьи Носовой, о подмене пули, извлеченной из Котенкова...

Последние слова полковник обращал только к Муромцеву, как к старшему группы:

— Спасите меня!.. Это группа мстителей, и они охотятся за мной... Сначала убили Аллу, потом Игоря, а теперь моя очередь.

— Я не понял, почему вы решили, что это группа.

— Их несколько человек, Муромцев! Я их вычислил. Налет на морг был за пять минут до выстрела в меня. Так?.. А между нами — пятнадцать верст! Этот мститель не Фигаро, чтоб быть и тут, и там... Их трое, или больше... Кто-то стрелял в меня, а двое были в морге.

— Но вы кого-то подозреваете?

— Еще вчера подозревал одного типа. А сегодня подозреваю всех!.. Вы слышали о нашем местном маньяке?

— Тот, который двадцать лет назад? Котенков его судил, а Алла Бакунина писала статьи?

— Да, Муромцев, это Дмитрий Асадов... Так вот, в этом деле я был следователем. Значит — я первая скрипка.

— Скажите, Павел Иванович, а этот Асадов действительно был маньяком? Он был виноват?

— Нет, Муромцев, он был не совсем виноват.

— Как это?

— Асадов совсем не виноват! Меня попросили, и пришлось подтянуть улики... У любого следователя таких случаев — пруд пруди!

— А кто вас просил?

— Не важно, Муромцев! Важно то, что Асадов в лагере погиб. Мне только вчера об этом сообщили... У нас с Котенковым десятки врагов. И Бакунина за эти годы многократно писала о Шадринске. «Мстителей» — предостаточно!.. Муромцев, прошу, придумай, как меня спасти.

— Мы подумаем... Павел Иванович, вы посидите, а мы погуляем, посовещаемся.

— Нет! Это вы сидите и обсуждайте, а я по окрестностям погуляю.