Смертельная удача - Ричард Томас Осман

Но что, если отец был прав? Он умер в преклонном возрасте, купаясь в деньгах и ни в чем не раскаиваясь. А Роберт? «Или ты убиваешь, или тебя». Что, если именно этот главный жизненный секрет всегда от него ускользал?

Роберт Таунз решает, что с него хватит. Он должен взять ситуацию в свои руки. Можно сколько угодно сидеть и ждать, если сидишь в мягком кресле и куришь дорогую сигару, — но есть ли смысл сидеть и ждать в холодном одиноком доме, зная, что на помощь никто не придет?

Именно поэтому вчера Роберт Таунз позвонил в Крепость.

Еще есть время передумать, но Роберт сомневается, что передумает. Всю жизнь он только и делал, что держался в стороне, — настало время заявить о себе.

В среду утром. «Или ты убиваешь, или тебя».

В среду утром он узнает, был ли прав его отец.

Впервые с того дня, когда к нему пришли Холли Льюис и Ник Сильвер, лорд Таунз ощущает себя хозяином положения.

39

Джойс

В понедельник вечером по телевизору показывают сплошные телевикторины: «Мастерские разума» (где я не могу ответить ни на один вопрос), «Общее звено» (где я не могу ответить ни на один вопрос), «Университетский турнир»[10] (где я не могу ответить ни на один вопрос). Ибрагим обычно приходит и приносит бутылку вина, а я разогреваю ужин.

Он садится на диван, наклоняется вперед, подпирает рукой подбородок и с улыбкой выкрикивает: «Анна Болейн!» или «Аргентина!» — а если спрашивают про футбол, то: «Гари Линекер!»[11] И так весь вечер. Иногда отвечает правильно и смотрит на меня, будто хочет сказать: «Вот видишь, Джойс!», а иногда даже говорит: «Вот видишь, Джойс!» А если отвечает неправильно, входит в раж и утверждает, что ошиблись организаторы викторины, а потом гуглит ответ и замолкает. Ему нравится смотреть викторины, и мне нравится: я вожусь на кухне и иногда выкрикиваю «Мэрилин Монро!» или что-то подобное. И Алану нравится, ведь его гладят не один, а двое, а когда ему наскучивает кто-то из нас, он переходит к другому, чтобы тот его приласкал.

Тем вечером одной из тем вопросов в «Мастерских разума» был сериал «Вызовите акушерку», и Ибрагим пришел в ярость: он считает, что в телевикторинах должны спрашивать только о том, что было до тысяча девятьсот пятидесятого года. Но мне понравилось. Я по-прежнему не могла ответить ни на один вопрос — они слишком быстро сменяли друг друга, — зато все слова наконец-то были знакомые. Дальше шли вопросы по «Мидлмарчу», и тут уже Ибрагим был в ударе. Он не ответил правильно ни на один вопрос, зато много кивал.

Сегодня, пока мы с Элизабет разъезжали по делам, Джоанна оставила мне длинное сообщение: хотела узнать, есть ли новости по нашему расследованию. Бедняга Ник Сильвер больше Полу не писал, а это о чем-то говорит.

Нам приходится работать быстро, и, признаюсь, это весело. Сегодня мы были у лорда в особняке. Кажется, я впервые в жизни побывала в особняке лорда, где не было сувенирного магазина.

Лорд Таунз — он велел называть его Робертом — явно нуждается в деньгах, это видно, но в остальном он был очень убедителен. Хотя лорды, наверное, всегда убедительны, на то они и лорды.

Дэйви Ноукс гораздо больше подходит на роль убийцы. Я говорила Ибрагиму то же самое, но он велел мне молчать, потому что в викторине как раз спрашивали про землетрясения, а Ибрагим в последнее время интересуется землетрясениями, так как слушает специальный подкаст.

Ибрагим теперь постоянно слушает подкасты. Как ни приду к нему в гости, он слушает подкаст. Его любимый ведут ученый и священник: спорят на разные темы, но при этом, кажется, неплохо ладят. По Куперсчейзу Ибрагим расхаживает только в наушниках, а при встрече снимает их и говорит: «Подкаст про историю Финляндии» или «Подкаст про облака» или нечто подобное. Может, я тоже могла бы найти себе подкаст по душе, если бы знала, где их берут. Я спросила Джоанну, и та ответила, что их «скачивают», — больше я ее не слушала. Лучше буду слушать «Радио Сассекс», там я уже всех знаю.

Может, я слишком наивна, раз считаю, что лорд Таунз не мог никого убить. Я, наверное, предвзята, потому что он — лорд, а Дэйви Ноукс — наркоторговец. Люди постоянно твердят, что по одежке не судят и все такое, но иногда это просто экономит время. Умные люди вроде Ибрагима или Элизабет радуются, когда происходит что-то необычное и внезапное, когда все случается не так, как кажется на первый взгляд, но обычные люди вроде нас с Роном предпочитают, чтобы дерево оставалось деревом, ботинок — ботинком, а убийцей был наркоторговец, а не лорд.

Как я это вижу (опять же, я пыталась говорить об этом с Ибрагимом, но, похоже, без толку): Холли и Ник пришли к Дэйви Ноуксу посоветоваться насчет биткоина; тот решил, что это его последний шанс прибрать к рукам деньги, глазки у него загорелись при мысли обо всех этих фунтах и биткоинах, он достал телефонную книгу и нанял киллера, чтобы тот убил Холли Льюис. Должно быть, он каким-то образом разузнал код Холли и держит Ника Сильвера в пыточной, стараясь выяснить его код.

Я изложила свою версию Алану, и он со мной согласился.

В «Университетском турнире» один из студентов был египтянином, и всякий раз, когда он правильно отвечал на вопрос, Ибрагим кивал и говорил: «Знай наших» или «Так и есть, так и есть». Когда спрашивали про флаги, я все время отвечала, что это флаг Венесуэлы, а на все вопросы про страны я говорила: «Венесуэла», и это очень бесило Ибрагима.

В общем, сегодня третий флаг, который показали, действительно оказался флагом Венесуэлы, и я сказала Ибрагиму: «Я же говорила». Он был недоволен, а я обрадовалась; Алан залаял, а Ибрагим, который думал, что это флаг Эквадора, заметил: «У Венесуэлы и Эквадора просто очень похожие флаги». А я возразила: «Похожие, но все же разные», и Ибрагим начал так усердно гладить Алана, что тому пришлось бежать ко мне за защитой.

Иногда я спрашиваю Ибрагима, не слишком ли сильный стресс причиняют ему эти викторинные вечера по понедельникам, а он отвечает, что это его любимый вечер за всю неделю.

Перед уходом Ибрагима мне наконец удалось привлечь его безраздельное внимание, и я сказала, что, скорее всего, мы ищем Дэйви Ноукса — я в этом просто ни капли не сомневалась. Но Ибрагим покачал головой и ответил: «Джойс, нельзя исключать лорда Таунза и Ника Сильвера. Неужели ты до сих пор не научилась видеть не