Смертельная удача - Ричард Томас Осман

только очевидное», — а я сказала: «Но я же правильно угадала флаг Венесуэлы». Тогда Ибрагим очень медленно и вежливо проговорил: «Хорошего вечера, Джойс», вышел в темноту и надел наушники.

Нет, я все-таки скажу: «Я так же уверена, что убийца — Дэйви Ноукс, как уверена насчет флага Венесуэлы». Потом я погуглила и выяснила, что Ибрагим был прав: флаги Венесуэлы и Эквадора действительно очень похожи, но в жизни всегда есть лишь один правильный ответ и ошибиться нельзя.

40

Джоанна и Пол ходили в театр. Дэвид Теннант был хорош, а места плохие: негде вытянуть ноги. Теперь они ужинают в ресторане в Сохо; в переулке темно, но из окон льется мягкий теплый свет. Посетители тихо переговариваются, и ресторан гудит от суммы этих бесед. Когда Джоанна была маленькой, она именно так представляла себе идеальную взрослую жизнь. Пол делится впечатлениями о спектакле.

— Думаю, сломанный стул был метафорой горя, — говорит он.

Джоанна, конечно, любит Пола, но это уже слишком.

— Он не случайно стоял под часами, — продолжает Пол. — Часы ходят, понимаешь? А стул — нет.

— А шоколадки в антракте? — спрашивает Джоанна. — Метафора чего?

Пол смеется:

— Дай поумничать. Иногда мне это необходимо. Если не выпущу пар здесь, придется терпеть меня дома.

Пол любит театр и всецело погружается в действо. Джоанна ему завидует. У нее проблемы с концентрацией: ей сложно так долго сосредоточиваться. Джойс как-то сказала, что в театре ей больше всего нравится мороженое в маленьких стаканчиках, — Джоанна тогда рефлекторно закатила глаза и назвала ее обывательницей. Но теперь готова признаться, что ей и самой нравятся эти стаканчики. На одном из первых свиданий Пол повел ее на спектакль «Трилогия братьев Леман». Он длился больше трех часов и вполне мог бы стать концом их отношений, которые даже толком начаться не успели, но Пол объяснил, что спектакль идет с двумя антрактами. Джоанна сразу поняла, что это значит. Два маленьких стаканчика мороженого. Кажется, в тот момент, когда Пол вызвался во второй раз встать в очередь за мороженым без лишних вопросов и осуждения, Джоанна в него и влюбилась.

Она много в чем хочет признаться маме. Но кто в наше время устраивает доверительные беседы с матерью? За годы в отношениях накапливается столько напряжения, что это просто невозможно.

— Раз уж мы заговорили про горе — как ты себя чувствуешь? — задает вопрос Джоанна. Она с пятницы хотела его об этом спросить. Холли Льюис. Кажется, сейчас подходящий момент.

— Как я себя чувствую? — Пол, кажется, не понимает, что она имеет в виду. Она замечает, что он не притворяется, — ей становится любопытно.

— Умерла твоя старая подруга, — напоминает она. — А мы даже не касались этой темы. Я вижу, что ты переживаешь из-за Ника, но, если хочешь, можешь поговорить со мной о Холли.

Пол не хочет обсуждать случившееся с Холли. Джоанна это видит. Но почему? Скрывает ли он маленькую ложь или большую?

— А почему она не пришла на свадьбу? — продолжает допытываться Джоанна. Она решает попробовать зайти с другого угла: — Только не говори, что работала. Не поверю.

Рассуждая о спектакле, Пол размахивал ножом и вилкой, но теперь их опускает. Видимо, реальная жизнь не вызывает у него столь же сильного эмоционального отклика.

— Мы повздорили, — говорит Пол. — Точнее, она со мной — я просто стоял и слушал.

За столик напротив садится шеф-повар, которого Джоанна видела по телевизору. Надо рассказать маме.

— И из-за чего была эта односторонняя ссора?

— Из-за того, что мы назначили свадьбу на рабочий день, — отвечает Пол. — Она сказала, что я сделал это нарочно.

— Но это была моя идея, — говорит Джоанна.

— Я знаю, — отвечает Пол. — Но, как я сказал, Холли все для себя решила и не желала меня слушать.

Значит, Холли разозлилась, что свадьба пришлась на рабочий день? Неужели она не могла взять отгул ради свадьбы старого друга? Напрашивается лишь одно объяснение. Впрочем, Джоанна давно об этом догадывалась.

— И долго вы встречались?

— Что? — Пол, добрая душа, наверное, думал, как избежать ссоры. Но Джоанна не намерена с ним ссориться.

— У меня к тебе претензий нет, — говорит Джоанна. — Но очень странно, что платоническая подруга предъявляет такие требования.

— Согласен, — отвечает Пол.

— И странно, что она решила, будто ты сделал это нарочно, — добавляет Джоанна. — Так сколько вы встречались?

— Годик-два, — отвечает Пол. — То сходились, то расходились. Сначала — когда нам обоим было лет по двадцать пять. А пару лет назад снова сошлись.

— А «годик-два» — это годик или два?

— Два, — отвечает Пол. — Чуть меньше.

— Скажем, полтора?

— Примерно столько, да, — соглашается Пол.

— Значит, ты расстался с ней прямо перед тем, как познакомиться со мной?

— Я… — Пол притворяется, что задумался. — Наверное, так и есть. Да.

— Выходит, ты снова начинаешь встречаться с любовью своей молодости…

— Все было не так, — говорит Пол. Ну почему мужчины так странно себя ведут, когда дело касается предыдущих отношений? Впрочем, она и сама не стала бы упоминать о троих-четверых своих бывших, но никого из них недавно не убивали. Хотя как знать, был у нее один — от него всякого можно ожидать.

— В общем, вы решили снова попробовать, хотя обоим было уже за сорок, — рассуждает Джоанна. — И опять расстались, а скоро — практически сразу — ты встретил женщину своей мечты, то есть меня, и женился на ней через полгода?

Пол кивает.

— Я бы тоже не пришла на свадьбу, — замечает Джоанна. — Я была бы в ярости. Полагаю, ее бросил ты?

— Я не то чтобы… — Пол пытается подобрать слова, чтобы и не соврать, и не выставить себя в плохом свете. Вечная проблема мужчин, которые первыми заканчивают отношения. — Это было неизбежно.

— Так кто кого бросил?

— Выходит, что я ее, — признаётся Пол. — Холли… Она сложный человек. То есть была сложным человеком. Ник подтвердит. У нее был свой взгляд на мир. И порой он меня очень удивлял.

Он хочет сказать, что она была кошмарной женщиной, но не может. Вот за это Джоанна его и любит.

— Но вы все равно встречались? — спрашивает она и цепляет вилкой брокколи.

Удар ниже пояса, но ей интересно. Ей и самой приходилось встречаться с ужасными людьми. Бывают в жизни периоды, когда иначе никак. Когда просто необходимо расчесать болячку.

— Я… — Пол, кажется, больше не хочет есть свою камбалу.

Джоанна берет его за руку.

— Пол, послушай, — говорит она. — Мы нашли друг друга, и я обещаю: тебе больше никогда не придется волноваться о подобных вещах. Ты встречался с Холли, уверена, в ней было много хорошего, просто вы оба не совсем друг другу подходили. Ты