Сердце жаворонка - Лев Брусилов

– Такого списка у меня нет! – сказала в раздумьях Наталья Федотовна и таким тоном, словно сожалела об этом. Потом глаза ее вдруг вспыхнули, зажглись каким-то озарением. – А вы знаете, я вот тут вспомнила, несколько лет назад его превосходительство, уж не знаю по какой причине, ну, наверное, какая-то блажь, увлекся фотографией.

– Фотографией? – переспросил начальник сыскной, перед глазами его возник раскинувший деревянные ноги фотографический аппарат в гостинице «Хомяк Иванович» и суетящийся возле него человечек в полосатых брюках. Лица его Фома Фомич, как ни старался, вспомнить не мог.

– Да, фотографией, – кивнула губернаторша, – и вот по настоянию его превосходительства все мои драгоценности были сфотографированы!

– Замечательно! – воскликнул фон Шпинне и в нетерпении заерзал по стулу. – А снимал сам Петр Михайлович?

– Да что вы! Какой Петр Михайлович, у него ведь совсем, совсем нет времени. – Это было сказано так, чтобы у слушателя возникло впечатление, что дело совсем не во времени, а скорее в умении. – Он приглашал специального человека – фотографа, и вот фотограф снимал.

– А фотографии у вас имеются в наличии?

– Конечно! – кивнула губернаторша и через мгновение добавила: – Они лежат в кабинете его превосходительства, в одном из ящиков стола… Принести?

– Если вам не сложно…

– Да какие уж тут сложности. – Наталья Федотовна быстро поднялась и вышла в боковую дверь, затворять ее не стала. Начальнику сыскной было слышно, как она, стуча туфельками, прошла по коридору, хлопнула дверью, задвигала ящиками стола. Она то открывала их, то закрывала, в каких-то даже рылась. Язвительная улыбка, которая в этот момент коснулась губ Фомы Фомича, явно указывала на то, что он уже догадался: снимки драгоценностей, скорее всего, пропали. И забрала эти фотографии прислуга.

Быстро стуча каблуками, Наталья Федотовна вернулась в залу, в негодовании взмахнула руками и сказала:

– Ничего не понимаю. Они все лежали у мужа в нижнем ящике стола, но теперь их там нет! Может быть, он отнес снимки в правление, но, с другой стороны, зачем они ему там? – Губернаторша вскинула плечами. По лицу Натальи Федотовны пробежала тень догадки. – Вы думаете, что снимки унесла с собой горничная?

– Я этого не исключаю, однако, имея некоторый опыт, хочу сказать, что не стоит торопиться кого-то обвинять. Сначала нужно разобраться…

– Да что здесь разбираться! – шведской спичкой вспыхнула губернаторша. – Мне кажется, все и так понятно… Это горничная, это она!

– Может быть, может быть, – спокойным голосом проговорил начальник сыскной, – но прежде, мне так кажется, нужно поговорить с его превосходительством, может быть, действительно он унес или куда-то переложил, всякое бывает, уж поверьте.

– Да, вы правы, – Наталья Федотовна села на диван, – нужно поговорить с его превосходительством, а уж затем… Нет, но Мария какова, я бы никогда не подумала, что она может так поступить… – Губернаторша задумалась, сидела и перебирала складки платья, водила глазами из стороны в сторону. – А может быть, есть какие-то объяснения…

– Какие-то оправдывающие горничную объяснения, – закончил фразу Натальи Федотовны фон Шпинне.

– Да! – мотнула она головой.

– Нет, таких объяснений нет! – твердо заявил начальник сыскной. – Вам ведь еще не все известно…

– Не все? – Губернаторша грустно рассмеялась. – Ну что же, рассказывайте, что там еще, добейте меня!

Фома Фомич пропустил мимо ушей последние слова Натальи Федотовны, ему нечего было на них сказать, а утешать он не умел.

– Я ведь почему пришел к вам сегодня с саквояжем, хочу показать кое-что.

Фома Фомич быстро нагнулся и вытащил из-под стула валлижок[10]. Взял его в руки, поставил себе на колени и, щелкнув замком, открыл. Запустил туда ладонь и через мгновение вытащил из его недр чучело жаворонка, за ним второе…

– Где можно поставить? – спросил у губернаторши.

– Да вот здесь будет удобно, – указала она на столик-бобик у стены.

Начальник сыскной взял в одну руку оба чучела, саквояж снова засунул под стул, а сам, поднявшись, шагнул к столику и поставил на него чучела. Надо сказать, что чучела были совершенно одинаковыми: и у одного и у другого была разорвана грудь.

– Наталья Федотовна, – повернулся фон Шпинне к губернаторше, – не сочтите за труд, взгляните на эти чучела, хотя бы одно из них вы узнаёте?

Протопопова встала с дивана и не спеша подошла к столику, чуть наклонилась, сначала над одним жаворонком, затем над другим. Хмыкнула и отошла на несколько шагов, глянула издали.

– Ну, знаете ли, трудно сказать, но мне кажется, что вот этот жаворонок, – она снова подошла к столику и указала пальцем на одно из чучел, – стоял у нас на каминной полке.

– Верно, ваше превосходительство, но вы сейчас будете очень удивлены: второе чучело, вот это, – начальник сыскной ткнул пальцем в другого жаворонка, – тоже стояло на вашей каминной полке.

– Как такое возможно? – Губернаторша действительно удивилась и не пыталась этого скрыть.

– Объясню. – Фома Фомич взял в руки одно из чучел и продолжил: – Вот этот жаворонок всегда стоял на вашей каминной полке, до тех пор, пока кто-то не заменил его на это чучело. – Начальник сыскной взял и поднял второго жаворонка.

– Но зачем? – не поняла Наталья Федотовна. – Зачем менять одно чучело на другое?

Начальник сыскной поставил оба чучела туда, где они прежде стояли, на каминную полку. Пришлось сдвинуть фарфоровые статуэтки пастушек.

– У меня нет ответа на этот вопрос, есть предположения, но об этом потом, пока хочу поговорить о другом. Кто подменил чучела? – Он внимательно посмотрел на губернаторшу, та возмущенно откинула голову:

– Вы что? Хотите сказать, что это сделала я?

– Нет, ни в коем случае! – успокоительно поднял руки Фома Фомич. – Это сделала ваша горничная Мария.

– Не понимаю, зачем? – разводила руками губернаторша. – В чем здесь ее корысть?

– Мы сейчас это и выясняем, – проговорил фон Шпинне. – По делу на сегодняшний день можно сказать следующее: у вас в доме находилось чучело птицы, жаворонка, вот одно из этих, – начальник сыскной указал на мертвых птиц. – Как это чучело попало к вам, никто не знает, вы не знаете, его превосходительство не знает, что, конечно, удивительно, однако сейчас не об этом. Так вот, к этому чучелу проявляет интерес некое нам неизвестное лицо. Это лицо, как я предполагаю, каким-то образом связывается с вашей горничной Марией и предлагает ей сделку, сулит при этом хорошие деньги, да и дело-то пустяшное, нужно взять и одно чучело жаворонка заменить на другое. Горничная не смогла устоять и за деньги чучела эти поменяла…

– Но зачем? Я этого, вот что хотите со мной делайте, не понимаю! – Наталья Федотовна прижимала кончики пальцев к вискам. – Это выше моего понимания!

– Давайте пока забудем об этом