Поселок Тихий - Марина Серова

— Он палец мне сломал. Взял и сломал, как палку. И отказывается вызвать мне врача, отправить в больницу. Он — чудовище, он — монстр.

Я присела рядом с ним:

— Я предупреждала тебя. Поэтому и предлагала рассказать, что произошло. Кристина — его дочь, и ты — подозреваемый в ее похищении. И единственная надежда найти ее. Поэтому он не отстанет от тебя, пока ты не заговоришь.

— Но я рассказал все! — Артем едва мог шевелить разбитыми губами, но он торопливо говорил, будто не чувствуя, как кровь сочится из ран. — Я переписывался с Кристиной, наврал ей, что я богатый. Пригласил ее на тусовку на озере, будто бы там у меня коттедж. И приедут миллионеры, продюсеры всякие. Я просто хотел посмеяться, наказать ее за глупость и жадность. Понимаете? Она ведь ни за что и разговаривать со мной не стала бы, да ни с кем из обычных парней, а тут была готова приехать к незнакомому. Даже не зная, кто там будет. Но я ничего такого не делал с ней, клянусь. Только обрезал волосы, сделал пару фоток, чтобы, чтобы… она знала свое место. Была нормальной. Я не похищал ее! Она просто убежала вместе со своей подружкой. Вцепилась сначала мне в лицо когтями, визжала и плакала, а потом просто сбежала! Клянусь!

Он вдруг упал на колени и пополз ко мне. От наглого, жестокого вершителя правосудия над высокомерными девицами не осталось и следа. Парня трясло от ужаса.

— Помогите! — Голос срывался в слезы. — Я не похищал никого! Честно, не похищал! Это не я! Скажите ему! Он же убьет меня!

Я смотрела на него — раздавленного, жалкого, мокрого от пота и слез — и верила. Коробов не похож на настоящего преступника, способного похитить девушку или убить. Так, мелкий, задиристый трус, который исподтишка пакостит своим обидчицам, но не опасный злоумышленник.

Я открыла на своем телефоне фотографии Любы, потом Мананы, показала Коробову. Тот старательно рассмотрел снимки и покачал головой:

— Нет, с такими я не знакомился. Я всех помню. У меня переписки на компьютере есть и в телефоне. Фотографии. Могу все показать. — Лицо его кривилось, дергалось от боли. — Я знаю, что поступал плохо. Но не мог остановиться, не мог смотреть на всех этих девчонок. Мне казалось, что каждая смеется надо мной.

— Даже Маруся? Она ведь, кажется, тебя любит по-настоящему. Или любила, ты ее очень сильно обидел.

Артем ссутулился так, что голова утонула в плечах, будто черепаха, прячущаяся в панцире.

— Она жалела меня, и это еще обиднее. Я ее специально прогнал, чтобы не стать снова дурачком, который девушкам верит.

— И что же, помогло тебе это все? Издевательства твои, шутки злые, фотографии. Легче стало? Или, может, девушки стали больше внимания обращать?

Я не удержалась, чтобы не укорить Артема. Хотя знала: ответа не будет. Конечно, парень запутался в своих страхах и обидах, творил гадости, не задумываясь о последствиях. Однако я верила, что он не переступил черту, за которой начинается преступление. Именно потому, что слишком бурно реагировал и переживал из-за насмешек девчонок. Значит, под злобой и жестокостью скрыта целая буря эмоций, а по-настоящему отпетым преступникам — бандитам, маньякам, которые похищают и убивают людей — такое не свойственно. Чтобы издеваться над человеком, необходимо ничего не чувствовать, оставаться равнодушным к его страданиям, к слезам и мольбам. И Коробов сейчас даже отдаленно на такого человека не походил. Он стоял передо мной на коленях, протягивая изувеченную руку:

— Вы поможете мне?

Я покачала головой:

— Как? Вытащить тебя из этой истории? Но ты и правда издевался над дочерью майора.

— Я извинюсь перед всеми девушками, которых обидел, — горячо пообещал Артем. — Заплачу вам, скажите сколько. Мои родители найдут деньги. Только вытащите меня отсюда. Прошу! Я знаю, что этот майор… Он не оставит меня в покое. И не поверит мне никогда. Будет мучить, пока я не признаюсь в том, чего не совершал. Он сломает меня, я сойду с ума и окажусь в тюрьме или психушке. Моя жизнь — она закончится. Я знаю, знаю, знаю…

Артем распластался прямо у моих босоножек, уткнулся в пол, все тело его содрогалось от рыданий — парень был в полном отчаянии. И отчасти в этом была и моя вина, не стоило отдавать Артема на растерзание Драгуну. Я слишком была уверена в своей победе. А еще, наверное, хотела как можно быстрее завершить свое расследование и все-таки насладиться обещанным летним отдыхом. И совершила ошибку. И теперь должна ее исправить.

И я знала как: надо найти настоящего похитителя, а также спасти его жертв.

Но майор уже жаждал признания, а отведенные пять минут закончились. И Драгун ввалился в кабинет:

— Ну, где моя дочка? Адрес!

Я загородила собой сжавшегося в комок Артема:

— Он не знает, где Кристина и Валя.

— Ты что, спелась с ним, значит? — Большие ладони мгновенно сжались в кулаки.

— Ударите — и от этого Кристина найдется?

Я не отводила глаз от мрачной физиономии Драгуна. С таким действовать только так: не показывать своего страха, ставя себя в равной позиции с ним; бить только по его выгоде, потому что жалость или вина ему неведомы.

— Вы, по-моему, уже применили к Коробову свои методы. И они не подействовали, виноват он или нет — это не важно. Допрос с пристрастием не помогает узнать правды. Поэтому придется искать другие пути. И я готова помогать, потому что, помимо Кристины, пропали и другие девушки. Вы это знаете прекрасно, просто не даете ход заявлениям.

Драгун дернул подбородком:

— Это совсем другие истории, никакого там криминала. Девчонки просто сбежали к своим любовникам.

— А я считаю, что их исчезновения надо рассматривать как разные эпизоды, но одного злоумышленника. И у меня есть доказательство, что Любовь Алаева тоже побывала на озере, как и Кристина. В лесу была найдена ее сумочка! — Я все еще надеялась, что майор услышит мои доводы. — Если будем искать всех пропавших, то это поможет быстрее выйти на преступника. И самое главное, мы сможем обнаружить то место, где он держит девушек. Поэтому я предлагаю: пока не трогайте Коробова. Я проверю новую версию, мне хватит суток. А дальше вы будете сами решать, что делать с обнаруженной информацией.

С грохотом кулак опустился на стол:

— Трое суток, как ее нет! Телефон отключен! Ты что думаешь, я буду ждать и надеяться на эти твои детективные штучки? Я в полиции двадцать лет, знаю, что