Поселок Тихий - Марина Серова

Если умышленно говорить путано, комкать слова и фразы, то можно сойти за растерянную и недалекую женщину. Хотя у меня закралось сомнение, что Ольга мне поверила. Она шла рядом, завела меня в комнату и усадила на кровать, а сама не отводила от меня глаз. Я же старалась не выдать себя. Расслабила мышцы лица, приоткрыла рот, изобразила испуганный взгляд, движения стали неловкими и суетливыми.

В комнате при нашем появлении с кровати подскочила Манана, лицо ее было в слезах.

Ольга покачала головой:

— Что случилось?

Девушка опустила голову, едва слышно прошептала:

— Простите. Это просто так, взгрустнулось.

Наша надзирательница вздохнула, раздражаясь на беспокойных подопечных.

— Вот что, вижу, вам обеим не по себе. — Выражение лица у женщины стало лукавым. — Сейчас сделаю вам одну волшебную штучку, и сразу станет легче.

У меня внутри все оборвалось: она собирается нас опоить какой-то дрянью, чтобы стали послушными, ничего не соображали!

Щелкнул замок на двери, Ольга ушла. А Манана снова разрыдалась, теперь уже в полную силу, закрыв лицо руками.

Я ринулась к ней:

— Не бойся, обещаю, я помогу.

Девушка сквозь всхлипы пробормотала:

— Все в порядке. Просто нужно привыкнуть, скоро станет легче. Иногда скучаю по родственникам. Но Ольга сказала, лучше пока приостановить общением с ними.

Я с жаром пообещала ей:

— Ни к чему не надо привыкать. Долго объяснять, но скоро все будет хорошо, спасение уже близко. Просто поверь мне! Сейчас веди себя как обычно, я разберусь с остальным.

Девушка тотчас же перестала плакать, вскочила и забилась в угол. Она была ужасно напугана.

«Может быть, на нее уже идет психологическое воздействие. Синяков нет, но Манану запугали, боится любого движения», — решила я.

Дверь открылась, вошла Ольга с подносом, на котором стояло три чашки:

— Девочки, обещаю, сразу станет лучше. Такого вы нигде не пробовали. Я еще бутербродики прихватила. Вредно есть после шести для фигуры, для нас важно быть красивыми. Но если хочется, то можно себя и побаловать.

Я подобралась: «Как запела! Важно быть красивыми. Для клиентов? Чтобы побольше платили за красивых, юных девчонок. Еще и себе притащила чашку, решила усыпить доверие. Будто она тоже будет это пить вместе с нами. Надо срочно действовать!»

У меня было слишком мало времени… Может быть, я поступила бы по-другому, будь у меня хоть пара минут, чтобы обдумать свои действия. Но времени для размышлений не было, и пришлось идти на все, чтобы не дать себя одурманить.

Как только поднос оказался на столе, я со всей силы оттолкнула его от себя:

— Какой чай! Как можно пить чай, когда рушится жизнь! Вы вообще меня не понимаете!

Вода, ложки, чашки, блюдца разлетелись во все стороны.

Ольга ничем не выдала себя. Спокойно посмотрела на лужу, которая расплывалась на полу, и сахарным голосом сказала:

— Ох, девочки, одна плачет, другая кричит. Что же мне с вами делать? — Она распахнула дверь. — Таня, пойдемте ко мне в кабинет. Поговорим по душам. Мне кажется, что стоит пригласить врача для вас. С нами работает хороший специалист, даст вам таблеточку — и сразу расслабитесь. А завтра можно будет и приступить к делу.

Стало понятно, что Ольга от меня не отстанет. Кажется, даже если она и не догадалась, что я обманом проникла в этот центр, то точно решила избавиться от слишком вредной гостьи. Хожу без разрешения, везде заглядываю, отказываюсь от непонятных жидкостей.

Пришлось экстренно спасать ситуацию. Обычно когда я иду в подозрительное место, то беру с собой оружие; владею я им отлично, разрешение есть. Конечно, навряд ли я им воспользуюсь, но как инструмент психологического давления действует отлично. При виде «макарова» даже самые дерзкие и буйные преступники становятся смирными и адекватными.

Вот только в этот раз я собиралась отдыхать на даче, а не сражаться с организаторами секты, которые похищают и удерживают девушек. И чтобы противостоять Ольге — а она была прилично массивнее меня, — я использовала свое тайное оружие. Простая штука, но хватит, чтобы напугать противника.

Рукава моих джемперов, кофт необычные, один из них чуть тяжелее, чем второй, потому что внутрь зашит… гвоздь. Он длиной в десять сантиметров, острие заточено напильником. И этого достаточно, чтобы обезвредить противника. Достаточно всадить металлическое жало как лезвие ножа в самое незащищенное, болезненное место — и сразу получить перевес в стычке.

Я рванула тонкие нитки, которыми был подшит рукав в одном месте, стальной стержень тотчас незаметно нырнул в мою ладонь.

Ольга сделала в мою сторону шаг, протянула руку, чтобы снова взять под локоть и увести насильно в свой кабинет. И в то же мгновение я сделала выпад, одной рукой перехватила ее ладонь и вывернула женщине большой палец. Очень действенный болевой прием, одно движение — противник трепыхается с заломленной назад рукой. Попытки освободиться причиняют ему боль, чем сильнее сопротивляется, тем от этого больнее.

— Татьяна, вы что делаете?! Сломаете мне руку!

Я продемонстрировала преступнице гвоздь:

— Тихо, не дергайся! Сейчас же отдай мой телефон!

— Таня, давайте поговорим. Вам надо успокоиться.

— Телефон!

Я не собиралась вести с ней никакие переговоры. Пора вызывать сюда помощь и освобождать как можно быстрее девушек.

— Он в моем кабинете, в сейфе. — Ольга попыталась шагнуть к двери. — Я отдам вам телефон, никто не тронет вас здесь, прошу, уберите ваше оружие.

— Идем в кабинет! Сейчас же отдай телефон, и я тебя не трону!

Церемониться с организатором секты я не собиралась, меня ее обходительная манера не обманет, как юных девчонок.

Женщина медленно развернулась и сделала шаг в коридор. Я, не отводя от нее взгляда, бросила Манане:

— Жди тут! Сейчас я вызову полицию.

Как вдруг в голове все вспыхнуло от жуткой боли, и меня накрыло темнотой. Будто сквозь толстую вату я слышала крик девушки:

— Ольга, бежим! Спасаемся! Она сумасшедшая!

«Они что, в сговоре? На пару похищают девушек для…» — успела я изумиться, но тут же провалилась в бездонную черную пропасть.

Когда я открыла глаза, то не смогла сдержать стон: затылок пульсировал огнем. Руки у меня оказались связаны шарфом за спиной, а рядом разговаривали Манана и Ольга.

— Очнулась! Сейчас опять начнет. Ольга, давайте ее закроем здесь, пожалуйста. Я ее боюсь, опять будет нести чушь. Про то, что поможет мне, освободит, что надо сидеть тихо. Я так испугалась, когда она начала это говорить. Ничего не понятно, полный бред. Наверняка