Поселок Тихий - Марина Серова

частный детектив и вы проникли сюда, думая, что спасаете Манану. Но послушайте, это действительно центр помощи женщинам, а не какая-то преступная или сомнительная организация. Я руковожу «Новой жизнью» уже много лет. Мы помогаем женщинам, не держим их здесь насильно.

Манана закивала головой:

— Это правда, клянусь. Меня никто здесь не держит. Хотите, покажу вам свой паспорт и телефон, они у меня в сумке. Я здесь по своей воле. Записку написала сама, потому что боялась, что не выдержу. Тетя Луиза начнет плакать, и я вернусь. Ольга посоветовала пока не контактировать лично. Я и правда хочу уехать, начать новую жизнь, как и написала им. Ну я не знаю, как сделать, чтобы вы поверили Ольге.

Вдруг голос подала женщина в медицинской форме:

— Вы, наверное, решили, что мы с Олей сговорились? Потому что мы как подруги общаемся? Так мы и есть подруги. Олечка же раньше на скорой работала, почти двадцать лет мы там вместе работали. Теперь она вот полезным делом занимается, а я все так же по вызовам езжу. Сегодня мои дежурные сутки.

Она протянула мне рацию:

— Да вот, если хотите, у диспетчера нашего спросите. Или вон Игоря Степановича спросите, водителя, он Олю тоже знает давно.

До меня постепенно начала доходить абсурдность ситуации.

— А как же рыжая девушка в соседней комнате? Это разве не Любовь Алаева?

Ольга погладила меня по руке, и оказалось, что ее мягкие манеры, забота совсем не фальшивые. Она выглянула в коридор и позвала:

— Машуля, выгляни на минутку. Елена Михайловна тут мимо ехала с вызова, заскочила тебя посмотреть.

Женщина в форме тоже выкрикнула:

— Машуля, иди, давление померим быстренько, и я дальше побегу.

По коридору проплыл живот, обтянутый желтым халатиком. Золотоволосая Машуля неуклюже протиснулась в комнату и удивленно протянула, глядя на опрокинутые чашки с чаем:

— Ой, а у вас что тут такое? Я спала так сладко, проснулась от криков. Думала, кино смотрите какое-то.

Елена Михайловна приобняла ее:

— Да не обращай внимания, уронили посуду. Скоро уберут все. Давай-ка манжетку надевай.

Она усадила беременную Машулю и сноровисто начала измерять беременной давление:

— Как себя чувствуешь?

— Да нормально. На приеме сегодня была в консультации. — Машуля широко зевнула. — Врач давай приставать: прописка у вас почему не местная? Вот все им надо знать. Я Оле позвонила, а она заведующей перезвонила, так та сразу отстала. Витамины мне даже бесплатные какие-то дала, сказала, надо пояс носить уже, живот большой.

— Ой, точно! Пояс! — всплеснула руками Елена Михайловна и пошла к окну. Она распахнула створку. — Игорь, я забыла там пакет в машине. Занеси, а то ноги гудят уже бегать по лестницам.

Внизу кто-то закашлял, затопал, грохнул тяжелой дверцей. Машуля продолжала что-то рассказывать, Елена Михайловна ее спрашивала, Манана начала собирать разбитые осколки, а Ольга ушла открывать дверь. Водитель оказался седым мужчиной в клетчатой рубашке, сверху была накинута жилетка с миллионом карманов, он вручил беременной большой пакет:

— Держи, вон сколько добра. У меня-то внучке уже пятый год, теперь хоть тебе пригодится. Там дочка собрала и пояс этот, еще много всего. Если что надо, так ты только скажи, купим, не стесняйся.

Он погладил Машулю по золотой голове:

— Ну что, придумала уже, как пацана назовешь?

Девушка округлила глаза:

— Игорь Степанович, имя я давно выбрала. Только у меня такая проблема — отчество! Я не хочу, чтобы у ребенка было отчество этого козла.

— Это правильно, — нахмурился водитель. — Я как вспомню, как мы тебя забирали, убил бы его. Какое ему отчество.

— Можно ваше имя будет отчеством у моего ребенка? Вы же мне как папа теперь.

Игорь Степанович вдруг смешно сморщился, вытащил из кармана носовой платок и утер увлажнившиеся глаза:

— Рожай, Машуля, пускай будет Игоревич. У меня-то девки одни, о пацане только мечтал всю жизнь. А тут на вот, раз — и такая радость на старости лет. Ох, на пенсию выйду — на рыбалку с ним ходить буду.

Зашипела рация:

— Третья, примите вызов. Советская 15, квартира 4. Этаж 3. Код вызова — 2А. Затрудненное дыхание у мужчины пятидесяти лет. Подтвердите вызов, прием.

Елена Михайловна подтолкнула водителя в бок:

— Поехали, на пенсию он собрался, работать кто будет?

Расчувствовавшийся водитель протяжно выдохнул:

— Ох, девчонки, побежали мы. Машуля, ты звони, пиши. Завтра выходной, на рынок поедем, тебе фруктов завезем.

Женщины вывалились в коридор провожать бригаду скорой помощи.

Я же одна осталась в комнате. Сгорая от стыда…

Я и правда оказалась в центре помощи женщинам, а из-за своей профессиональной деформации увидела в этих добрых людях преступников.

Когда Ольга вернулась назад вместе с Мананой, я извинилась искренне и от души.

Женщина неожиданно обняла меня:

— Таня, вы все делали, чтобы спасти попавших в беду девушек. Пускай даже и тревога оказалась ложной. Но я совсем не обижаюсь и не злюсь из-за всех этих неудобств. Знаете, мы ведь фактически занимаемся одним делом, просто с разных сторон. Вы так не думаете?

— Наверное, вы правы, — согласилась я.

Она примирительно улыбнулась:

— Теперь-то выпьете с нами чаю? Хотя бы в качестве компенсации за травму. Вам бы вообще в больницу. Как минимум гематома огромная, все-таки сознание вы на пару секунд потеряли. — Ольга виновато смотрела на меня.

И я вдруг поняла, что ужасно себя чувствую. Я голодна, изнываю от жажды, вымотана тяжелым днем, и затылок до сих пор ломит от боли.

Кажется, Ольга читала мысли.

— Я сделаю чай и принесу вам обезболивающее. И не отпущу вас, пока не проверю, что там с вашей головой.

Комната стараниями женщин была приведена в порядок. Не осталось никаких следов нашей стычки. Я сидела за столом, уставленным тарелками с бутербродами и чашками с горячим чаем, и слушала рассказ Мананы:

— Я не знала, что делать. Мне было так обидно, что Самвел меня обманывал! Хотела сначала позвонить Луизе и все рассказать, но вдруг поняла, что она только отмахнется. Я ведь ехала сюда, чтобы учиться дальше. Но тетя с дядей даже ни разу не спросили меня, подала ли я документы, разговоры были только про одну свадьбу. И если я скажу, что ее не будет, для родни это станет катастрофой. Так и бродила по улицам, не зная, куда податься. Денег у меня нет своих, в шашлычной мне не платят, дают денег совсем немного на личные расходы. Хотела поехать в Тарасов и узнать, могу ли я подать документы в училище на медсестру и дадут ли мне общежитие. Но мне даже на билет не хватило. Я