Поселок Тихий - Марина Серова

— Сюда, быстрее, давайте разгружайте. Да поаккуратнее, товар ценный.

Пара крепких пареньков взялись таскать из багажника коробки, женщина же пошла по рядам, то и дело что-то отвечая продавщицам. А те тянулись к ней, как пчелы к цветку, — улыбались, кивали, заискивающе смотрели снизу вверх. Женщина царственно им кивала или, наоборот, сдержанно крутила головой. Я тоже была в солнцезащитных очках, хотя, конечно, не таких дорогих, и незаметно наблюдала за этой королевой местного рынка. Женщина в шляпе подошла поближе, продавец лет шестидесяти, обычная тетенька в бейсболке, черная от загара, вытянулась, будто солдат перед генералом, и отрапортовала:

— Мария Константиновна, весь товар продан! Может, на пару коробочек дадите побольше? Уж больно новинку хорошо берут, мыло с лечебными травами. Чистота и здоровье, я всем покупателям так и говорю.

Так вот это кто — та самая бизнесменша, про которую мне рассказывала бабулька с яблоками!

Мария Константиновна кивнула:

— Молодец, получишь пять коробок. И еще новинку вам привезла — свечи с травами для ароматерапии. Предлагай дорогим клиентам, кто ищет особенное.

— Поняла, Мария Константиновна! Сделаем, Мария Константиновна! — гаркнула продавщица лучше любого солдата на смотре.

Женщина в белой шляпе поплыла дальше по торговым рядам, а я замерла на месте от неожиданности. Да я же ее знаю! Конечно, ни лицо, которое невозможно было рассмотреть под темными очками, ни фигура в шелковом костюме мне не были знакомы. Но внешность всегда можно легко изменить париком, макияжем, накладками, одеждой. Вот голос — его не подделать.

И этот голос, низкий, с хрипотцой, я точно знала! Только вот принадлежал он совсем другому человеку, который не разъезжает на шикарной машине и не носит наряды из шелка. Это был голос соседки Светки по даче — бабы Маруси, неразговорчивой старушки в скромном платочке.

Я как завороженная пошла следом за обладательницей голоса, на ходу размышляя, как так может быть. Что, если это ее дочь и поэтому голоса так похожи? Но прислушивалась к тональностям и снова понимала: это она, баба Маруся!

Вдруг наперерез мне кинулась та самая продавщица в бейсболке:

— Не проходите мимо! У нас новинка! Свечи, которые лечат! Помогают от бронхита, кашля, астмы. Сон улучшается, люди худеют, молодеют на двадцать лет.

Мне показалось, что на меня обернулись все, кто был на рынке. В том числе и королева в белой шляпе. И я инстинктивно развернулась к прилавку, чтобы она не видела моего лица. Не знаю, почему я так не хотела встречаться с ней взглядами. Наверное, подозревала, что королева рынка не будет рада тому, что я ее узнала.

Продавец затараторила, расхваливая товар, заученные фразы про здоровье, красоту, молодость.

— Вам что, девушка, приглянулось? Мыло, свечи?

Чтобы заставить ее замолчать и уже перестать чувствовать взгляд из-под очков, я ткнула не глядя и принялась копаться в сумке, делая вид, что ищу деньги.

Торговка же, обрадованная такой сговорчивостью, завалила меня коробочками и пакетиками. Я ткнула наугад в какие-то разноцветные упаковки и положила купюру на прилавок.

В яркий пакет легли зеленые бруски мыла. Хитрая продавщица заворковала:

— Ой, сдачи нет. Вы берите про запас, подарите подругам. Мыло чудесное, с лепестками роз. Я вам остаточек положу, пять штук.

Мыло, пускай даже с лепестками роз, мне было совершенно не нужно, и тем более пять штук. Я пользуюсь крем-гелем определенной марки, но ради конспирации пришлось оплатить неожиданную покупку. Слишком уж меня разбирало любопытство: почему деревенская старушка по соседству вдруг превратилась в шикарную бизнесвумен?

Я дождалась, пока Мария Константиновна нырнула в свою машину. Схватила пакет с покупками и рванула к своему автомобилю на парковке. Правда, добраться до него и выехать на дорогу оказалось сложно. Как и обещала бабулька с яблоками, рынок на глазах начал наполняться людьми. С дороги одна за другой сворачивали машины, семьи с детьми разбредались по пятачку — к киоскам с едой, к торговым рядам.

Я вырулила против потока и рванула по трассе следом за белой иномаркой, старалась ехать на расстоянии, чтобы Мария Константиновна не заметила слежки. Крыша с панорамным стеклом неслась впереди меня на приличной скорости, уверенно и легко. Так что я снова начала сомневаться, не перепутала ли я голоса. Ну неужели наша соседка может вот так лихачить на дороге? Как вдруг белое авто мелькнуло на вершине подъема и исчезло. Я чуть прибавила скорости, взбираясь следом на горку, но не торопилась приближаться. Трасса абсолютно прямая, впереди никаких разветвлений нет, Марии Константиновне деться некуда.

Но когда я оказалась через пару минут на самой высокой точке горки, впереди уже примелькавшейся белой машины не было. Я нажала на газ, промчалась еще пять километров на бешеной скорости, обгоняя остальные авто под их испуганное гудение. Но так и не увидела белую иномарку.

Несколько минут я стояла на обочине, недоумевая, что произошло и куда мог испариться автомобиль прямо посередине широкой трассы. Но потом махнула рукой: «Иванова, тебе своих загадок мало? Что ты прицепилась к этой женщине в шляпе? У них похожи голоса, скорее всего родственницы просто. Так что дуй на дачу и дальше ищи девчонок, а не наматывай круги по районным дорогам».

Так я и поступила: поскольку сотовая связь на этом участке барахлила и я не смогла открыть карту местности, пришлось снова вернуться в Горки. Там я проехала мимо рынка, который к этому часу разросся до большого, бурлящего человеческого моря. И не стала останавливаться, чтобы попытаться найти свидетелей, видевших Кристину или Любочку. В такой толпе невозможно никого запомнить, сотни лиц сменяют друг друга за час под крики, гам и громкие призывы радио.

Из-за неудачных поездок то в Тарасов, то в Горки на дачу я вернулась уже к обеду. Вымотанная от жары и бессонных суток, я вообще не хотела ни с кем разговаривать, ничего объяснять. Светка, почуяв мое мрачное настроение, шикнула на Глеба, который попытался у меня что-то спросить, и загремела тарелками на летней кухне. Я грохнула на стол все свои покупки с рынка в Горках и ушла в свою комнату. Там наконец стянула мятый, пыльный костюм, завернулась в полотенце и прошлепала в летний душ. Но, кажется, сегодня был не мой день. Флакона с моим гелем не оказалось за пластиковой шторкой.

— Света, а крем-гель мой ты не брала? — выкрикнула я погромче.

Громыхание тарелок на секунду затихло, затопали шаги по дорожке вдоль клумб.

— Танечка, так собаку помнишь? Я же так испугалась! Отгоняла его всем, что под руку попало. Ну и твой гель немножко вылился