"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

– Если верить названию, то у него есть интеллект, совсем как у человека, верно?

– На самом деле он намного умнее человека. Способен предсказывать будущее, основываясь на знаниях и опыте. Не только предсказывать, но и находить всевозможные ответы и решения.

– Как навигационная система в автомобиле? – спрашиваю я. Перед глазами снова проносятся картины аварии, пережитой в начальной школе.

– Да, верно. На основе карт, данных о текущем местоположении, правил дорожного движения, информации о пробках и прочих импортированных данных вычисляется кратчайший маршрут до пункта назначения. Вроде того. Навигационная система ищет путь к цели, программа в шахматах – к шаху и мату. В любом случае это поиск самых удачных ходов.

– И вы его создали?

– Есть много исследователей, которые занимались разработкой и усовершенствованием искусственного интеллекта. Но «Велекасери» был самым точным из них.

– Точные расчеты?

– Отличная интуиция.

– Интуиция? У искусственного интеллекта есть интуиция?

– Со стороны кажется, что его интуиция не имеет логического обоснования. Все успешные решения искусственного интеллекта кажутся интуитивными.

– Как вы учите его интуиции?

Он смеется.

– Этому невозможно научить. Мы предоставляем ему данные и опыт – и позволяем учиться самому. Совсем как с людьми.

– Но почему создавший его господин Тэрасима погиб?

– Не знаю.

Некоторое время Тюсондзи Ацуси, не говоря ни слова, изучает новости.

– При чем здесь «Озбел и слон»? – спрашиваю я.

– Пока не знаю.

– Хияма, почему ты так побледнел? Не волнуйся! Этот Тэрасима сам решил спрыгнуть.

Я удивленно поворачиваюсь в сторону голоса. Это старший офицер, вместе со мной проводящий расследование в синкансэне.

– Подойди, когда успокоишься. Я просмотрю записи с камер в поезде.

Рядом со зданием вокзала «Син-Сэндай» уже вырос белый воздушный шар, заполненный воздухом. Это временный рабочий пункт полиции, куда и направляется мой старший товарищ.

Бежавшего по рельсам Тэрао Тэрасиму преследовали около тридцати минут. Я впервые гнался за кем-то прямо по железнодорожным путям бок о бок с другими офицерами, поэтому был одновременно взволнован и напуган, но теперь побледнел совсем по другой причине.

Из-за Мито.

Встретиться вот так именно сейчас…

Когда нам сообщили, что Тэрасима передвигается на синкансэне, мы сели в него на станции «Син-Сайтама». Мы обыскивали поезд, чтобы найти Тэрао Тэрасиму, но, к моему удивлению, нашли Мито. Все мое тело сковало напряжение; время, казалось, остановилось. Вернее сказать, время словно отмотали назад.

Резкий удар сзади и переворачивающийся автомобиль в зоне обслуживания на автостраде – воспоминания о пережитой в начальной школе аварии проносились перед глазами. Я был ребенком, и все, что я мог сделать, – это свернуться калачиком на заднем сиденье и молиться, чтобы автомобиль наконец остановился. После того как он встал, вокруг наступила тишина. Мои родители и сестра не дышали. Я сидел неподвижно, ожидая, что мое дыхание тоже вот-вот прекратится. Этот ужас даже спустя двадцать лет все еще заставляет тело похолодеть…

Мито ничуть не изменился. Я, не успев толком рассмотреть, сразу же узнал его. Меня тут же охватила дрожь. Почему? Почему я снова его встретил?

Помню, когда мне было шестнадцать…

Я потерял родителей и сестру в автомобильной аварии, вскоре умерли бабушка и дедушка. Первые три года обучения в общеобразовательной школе обо мне заботились дальние родственники из Дзёэцу[285], потом я переехал к родне в Токио.

В первый учебный день в новой школе, когда я сидел за партой в углу классной комнаты, ко мне подошел одноклассник:

– Ты ведь Хияма?

Сперва я был удивлен и возмущен тем, что незнакомый мальчик обращался ко мне на «ты», но затем понял почему.

– Не думал, что двое выживших встретятся в школе…

Я посмотрел на его табличку с именем – «Мито». Мне тут же показалось, что я снова оказался внутри крутящегося посреди автострады автомобиля, и ощутил сильный приступ тошноты.

Никогда не забуду тот холодный взгляд, которым смерил меня Мито, пока остальные отвернулись.

Я хотел немедленно бросить школу, но мне некуда было идти. Оставалось только как-то пережить оставшиеся три года обучения, не пересекаясь с Мито. Это было все, о чем я мог думать. Вероятно, он считал так же, потому что за все время мы почти не обменивались фразами, даже взглядами. А те немногие воспоминания о Мито, что у меня сохранились, вызывали только недоумение или дискомфорт.

Как-то раз я вошел в класс после опоздания и с удивлением обнаружил, что все ученики ушли на занятия и внутри остался только Мито. Заглянув внутрь, я обнаружил, что он сидит на корточках у моей парты и заглядывает внутрь. Я быстро распахнул дверь и вошел, а Мито, побледнев, замер. Что он собирался сделать? Я хотел спросить его, но не смог вымолвить ни слова, и он молча выбежал из класса. Позже кто-то из одноклассников рассказал мне, что у Мито забрали пенал, и он обшарил все парты, чтобы вернуть его себе. Мито знал, что в классе у него дурная слава. Он был довольно циничным и агрессивным, поэтому окружающие относились к нему с неодобрением.

Однажды я встретил Мито с девушкой, которую принял за его возлюбленную. Мой друг окликнул их, когда они проходили мимо по улице. Я не хотел стоять рядом с Мито, а тем более разговаривать с ним, поэтому отвернулся. Но тот, кажется, не понял моего поведения. Внезапно он решительно спросил, явно желая уколоть меня:

– Что, отбиваешь чужих девушек?

Меня сковал ужас, а мой друг явно выглядел расстроенным.

Я мало что знал о Мито. Можно сказать, что я не хотел ничего о нем узнавать.

У меня не было обиды на него. Несомненно, мы оба стали жертвами того несчастного случая. Но это ничуть не сплотило нас, не сделало товарищами.