Зарубежный детектив - Мэри Хиггинс Кларк

том же, о чем подумала она, когда заметила это впервые. Ни один ломбард не возьмет явно дешевые украшения, так что здесь копать бессмысленно. Сережки могли выпасть из ушей в результате борьбы. Или, что еще интереснее, их могли забрать в качестве сувенира.

— Есть соображения, что нам делать с этой информацией? — спросил Роган.

— Пока нет.

— Ну по крайней мере мы знаем, что искать.

— Знать бы еще где.

Белл вернулся из офиса с небольшой стопкой бумаг, и в этот момент у Рогана зазвонил телефон. Прочитав надпись на экране, он извинился и отошел в угол бара.

Белл протянул Элли две странички, аккуратно скрепленные степлером в верхнем левом углу.

— Это список вчерашних счетов за персональное обслуживание на группу — сумма и форма оплаты. Несколько оплатили налом, но тут есть и целая уйма кредиток.

Элли бегло просмотрела напечатанный через один интервал документ и чуть не поперхнулась. Две компании, платившие наличными, набрали почти на тысячу долларов каждая. Большинство счетов, оплаченных кредитками, тоже выражались в четырехзначных цифрах.

— Это что, только выпивка? — удивилась она.

Белл скрестил руки на груди, его самоуверенность вернулась вместе с разговором о знакомом предмете.

— Все зависит от того, что вы подразумеваете под словами «только выпивка». Еду мы не подаем, это точно. Но люди платят так много за персональное обслуживание.

— Это просто означает, что нужно платить за целую бутылку напитка. Даже с тройной накруткой, сколько же это выходит?

— Мы не считаем это накруткой. — Его ухмылка, впрочем, говорила совсем о другом. — Это же не просто бутылка. Это сервис! Вы получаете ВИП-зал. И личного бармена, который обслуживает только вас и ваших гостей, смешивает и разливает напитки. Вот за эту персональную заботу люди и платят.

— За это, — сказал Роган, закончив телефонный разговор, — и за то, что не надо ждать в очереди из пяти человек, только чтобы взять выпивку.

Внезапно Элли осенило. В мире, где за пятнадцатидолларовый мартини можно получить лишь отстойное обслуживание, богатые готовы платить за нечто иное.

— Ну, и почем, к примеру, у вас тут «Серый гусь»?

— У нас — по триста пятьдесят долларов.

На этот раз Элли позволила себе кашлянуть.

— А в «Бунгало-8» по четыреста, — продолжал Белл. — Я слышал, есть места, где и повыше поднимают.

— Здесь есть счета на несколько тысяч долларов, — заметила Элли, думая о том, что примерно столько она выкладывает в месяц за еду на вынос. — Небольшая группа, способная уместиться в одной комнате, выпила десять бутылок спиртного?

Билл покачал головой.

— Нет. Они заказали десять бутылок. Один парень пьет «Гуся». Его девушка любит «Патрон». Дружбан предпочитает «Джека Дэниелса».

— А если они все это не выпивают…

— Это всего лишь деньги. — Белл протянул Элли другую распечатку, потолще, тоже аккуратно сколотую степлером. — Я вам еще список наших людей подготовил.

Элли пролистала бумаги. Шесть страниц. На каждой — по две колонки. Имена, номера страховок, адреса, телефоны. Босс наверняка велел Беллу оказывать полное содействие. Человек шестьдесят в списке.

— Ну, как я и сказал, — Белл сложил ладони под подбородком в молитвенном жесте, — тут у нас все, как полагается. Но, знаете, народу-то много. И если кому-то все же удалось к нам втереться…

— Я уже сказал, мы пришли не для того, чтобы вас доставать, — напомнил Роган. — Не будем даже вспоминать, что девушка, о которой идет речь, была несовершеннолетней.

— О господи! Мы проверяем документы. Я каждый вечер парней инструктирую. И мы действительно их проверяем. Чтобы сюда не проскочил какой-нибудь сопляк с гавайскими правами на фамилию Мактрахер,[196] понимаете?

Элли улыбнулась.

— Подруги сказали, что права у нее были поддельные, хотя фамилия и другие данные настоящие. За это спасибо, — сказала она, тряхнув принесенными Беллом списками. Потом вытащила визитку из прикрепленного к поясу футляра с полицейским жетоном и, зажав ее двумя пальцами, протянула Беллу. — Позвони, если вспомнишь еще что-нибудь насчет прошлого вечера.

— Хорошо. Спасибо.

Они собрались было выйти за дверь, когда Белл окликнул их.

— Эй! М-м-м… Вы, наверное, не сможете сделать так, чтобы наше название в статьях и всем прочем не упоминалось, а? Понимаете, босс просил узнать…

— Извини, — ответил Роган, открывая массивную коричневую дверь.

Выйдя из полутемного клуба на яркий свет, оба детектива прищурились.

— Тот звонок был от Флокорски, — сообщил Джей Джей. — Отпечаток с пуговицы на блузке Челси Харт не принадлежит убитой.

Глава 12

Скрытый отпечаток выявлен. Осталось только найти подозреваемого.

Вернувшись в отдел, за свои смежные столы, Элли и Роган принялись делить предстоящие задачи. За год работы детективом Элли привыкла, что другие полицейские считали бумажную сторону дела исключительно ее обязанностью — возможно, потому что она была младше их, а может быть, некоторые из более опытных детективов (по крайней мере в подразделениях общих расследований) просто так и не свыклись с технической стороной современной полиции.

Однако они с Роганом делили эту работу пополам. Он взял на себя список кредитных карт, а она прогнала перечень сотрудников через базу данных управления, а потом — через базу преступлений НИКЦ.[197]

Роган что-то добавил в свои записи, поблагодарил невидимого собеседника и положил трубку.

— Все еще не могу прийти в себя от этих счетов. Вот, например, один на три тысячи долларов, да еще этот парень прибавил пятьсот на чай.

Элли осуждающе покачала головой.

— Это всего пятнадцать процентов. Жмот. Я теперь никогда не буду жаловаться, что плачу за выпивку по десять баксов. И там, куда я обычно хожу, в эту сумму входят еще и двадцать пять процентов чаевых.

— Это только в Нью-Йорке, — заметил Роган. — У меня приятель есть, который год назад переехал сюда из Атланты. Говорит, всю жизнь считал, что дела у него идут блестяще, и деньжат хватало. Теперь приехал к нам и сообразил, что такое настоящие деньги.

Элли поняла, что ей представился шанс.

— Ну, если ты не против, я скажу: судя по виду, у тебя дела идут получше, чем у некоторых.

— Ты, наверное, имеешь в виду мою шикарную прическу, — сказал Роган, погладив свою блестящую лысую голову. — Тринадцать баксов в «Астор Плейс».

— Очень мило. Но я об одежде. Прости, я замечаю такие вещи.

— Это просто хороший вкус.

Элли промолчала.

— Продолжай, — мотнул головой Роган. — Спрашивай.

— Я не понимаю, о чем ты. — Она вбила еще одно имя и нажала «ввод».

— Я тебя не виню. Тебе интересно. Ты хочешь знать, как мне удается иметь такой гардероб, время от времени выкуривать приличную сигару, водить хорошую машину. Даже начинающий следак ухватился бы