Испытание прошлым - Оксана Алексеевна Ласовская

Я перезвонила. Долгие гудки, и наконец - её заплаканный, срывающийся голос:

- Александра Леонидовна! Простите, что ночью, но… мама пропала!

- Как пропала? - Остатки сна испарились мгновенно. - Что случилось?

- Не знаю! - всхлипнула она. - Я звоню ей с восьми вечера, а она не берёт трубку! Александра Леонидовна, я одна, мне страшно, я не знаю, что делать!

- Послушай меня: успокойся и возьми себя в руки, - сказала я уже твёрдым тоном, скидывая одеяло. - Я сейчас буду. Перестань плакать и подумай, куда она могла уйти. Жди меня!

Миша приподнялся на локте.

- Ты куда это?

- Татьяна пропала!

- Это кто? - Он сонно зевнул.

- Потом объясню!

Я на ходу натягивала джинсы, потом несколько минут металась по комнате в поисках кофты и сумки. Наконец нашла.

- Мне нужно сейчас же ехать! Я позвоню!

Я уже была в дверях, когда Миша крикнул вслед:

- Осторожнее там!

Глава 4

Ночные улицы были пустынны, и такси домчало меня до Марининого дома минут за пятнадцать. Выйдя из машины, я подняла голову. Окна их квартиры пылали неестественно ярким светом. В три часа ночи, когда весь дом погружён во тьму и сон, это выглядело зловещим знаком - за освещёнными окнами явно творилось что-то неладное.

Я вошла в подъезд и на цыпочках прокралась мимо консьержки. Объясняться с ней, зачем явилась к ученице среди ночи, не было ни сил, ни желания. Женщина сидела в своей стеклянной будке, скрестив руки на груди и низко опустив голову. Когда за моей спиной захлопнулась тяжёлая дверь, она лишь шумно вздохнула, но глаз не открыла.

Поднявшись на нужный этаж, я нажала кнопку звонка. В ответ раздалась бодрая трель, и дверь тут же распахнулась. На пороге стояла Марина, но в каком виде! Волосы растрёпаны, майка измята и вся в мокрых пятнах, а по щекам размазаны чёрные дорожки от туши.

- А, это вы… - Её лицо вытянулось от разочарования. - А я думала, мама…

- Что случилось? - спросила я, едва переступив порог. - Рассказывай всё по порядку, любые мелочи. Может, вы с мамой поссорились?

- Да нет… - девушка беспомощно пожала плечами. - Всё было как всегда. Мама встала утром, выпила кофе, спросила про мои планы и ушла. Я позвонила ей после тренировки, она сказала, что задерживается из-за сложного пациента. Я не волновалась. Но когда стало поздно, я снова попыталась дозвониться… а она не отвечает. И вот уже который час - тишина…

Марина снова расплакалась.

- Успокойся, - мягко сказала я, обнимая её. Марина всегда казалась такой взрослой и самостоятельной, а сейчас напоминала испуганного птенца, и я поняла, что в душе она ещё совсем ребёнок. - Ты звонила её подругам, знакомым? Могла она к кому-то зайти?

- Нет! Мама бы обязательно предупредила! Она всегда это делает!

- Значит, ты никому не звонила?

- Нет. - Она виновато насупилась.

- Тогда давай все телефоны, какие есть, - попросила я.

Больше часа я звонила подругам Марининой мамы с одним и тем же вопросом:

- Когда вы в последний раз видели Татьяну Горохову?

Вычеркнув последний номер, я с горечью поняла: настоящих друзей не бывает. Трёх последних женщин Марина назвала мамиными лучшими подругами. Сонные, раздражённые голоса вежливо, но твёрдо уверяли, что Таню не видели уже несколько недель. Они с любопытством выспрашивали подробности, притворно охали и спешили положить трубку. Ни в одном голосе я не услышала ни капли искренней тревоги - лишь праздный интерес.

Следующим этапом стали больницы и морги. Вооружившись телефонным справочником, я принялась обзванивать все подряд. Марина стояла рядом, судорожно сжимая кулаки и нервно переминаясь с ноги на ногу.

Наконец и этот тягостный обзвон был закончен. Татьяны Гороховой ни в одном учреждении не значилось. Слава Богу! По крайней мере, оставалась надежда, что женщина просто где-то загуляла. Как бы Марина ни уверяла, что мама на такое не способна, я считала иначе. Ну могла же Татьяна перебрать и забыть об ответственности! В жизни всякое бывает впервые.

Но Марина смотрела на меня с такой надеждой, что я, вздохнув, набрала номер Миши. В трубке долго звучали гудки - мой супруг славился крепким сном. Наконец раздался его заплетающийся голос:

- Алло…

- Миш, это я! - выдохнула я. - Мне срочно нужна помощь.

- Саша? - он проговорил удивлённо. - Ты откуда звонишь? Из ванной?

- Миш, очнись, какая ванная! - вспыхнула я. - Ты что, забыл, что я поехала к Маринке?

Наступила пауза, в трубке послышался шорох. Я отчётливо различила скрип кровати.

- И у какой это ты Маринки в такую рань? - вдруг ехидно поинтересовался он.

Меня накрыла волна ярости. Так и захотелось оказаться рядом и хорошенько встряхнуть его.

- Миша, возьми себя в руки! - рявкнула я в трубку. - Сунул бы голову под холодную воду и собрал мозги в кучу! Я всего час назад из дома вышла, а ты уже забыл?

В ответ муж лишь обиженно хмыкнул.

- А… вспомнил! - наконец произнёс он. - Это твоя ученица, да?

- Да! - обрадовалась я. - Умница! Нам нужна твоя профессиональная помощь!

- И во что она влипла? - лениво протянул Миша. - Саш, тебе своих проблем мало?

- Эгоист! - вырвалось у меня. - Фу, как тебе не стыдно! У Марины мама пропала, а тебе лишь бы поспать!

- Как пропала? - его тон мгновенно переменился, и я мысленно возликовала: наконец-то он понял, что дело серьёзное.

- Очень просто, - пояснила я. - С работы не вернулась. Заявление, сам знаешь, у нас так скоро не примут, так что ты должен помочь! И даже не думай отказываться!

- Куда я денусь? - пробурчал он. - Ты же всё равно не отстанешь.

- Ни за что, - подтвердила я.

- Не сомневаюсь, - Миша тяжко вздохнул. - Ладно, диктуй данные, сейчас позвоню ребятам.

Я выдала ему всё, что знаю о Татьяне, и мы попрощались.

- Он поможет, правда? - Марина молитвенно сложила руки. - Поможет?

- Поможет, - кивнула я. - Марин, мне нужно домой, у меня же дети. Ты не боишься одна остаться? Может, поедешь со мной?

- Нет! - она замотала головой. - Вдруг мама вернётся, а меня нет! Я останусь.